уничтожить. Превратить в пепел. Вдыхали смерть, лишая напрочь сил. Распахиваю глаза, смотря на себе в небольшое зеркало. Видя тот же самый взгляд, что когда-то был у нее. Это казалось кошмаром, пробравшимся в реальную жизнь. Моментальной гибелью. Сглатывая жадно набирая кислорода в легкие. Вздрагиваю, когда теплые руки прикасаются к моей спине. Застываю на месте, пытаясь привести себя в чувства. Вернуться в реальный мир, в котором существует только она. Моя маленькая смелая девочка. Мое безумие, от которого нет никаких сил отказаться. Клео ведет горячими ладонями по моей спине, импульсивно царапая ногтями кожу. Делает шаг, прижимаясь обнаженным телом. Внутри все вскипает. Мгновенно возбуждаюсь, втягивая воздух носом. Я слишком многое позволил себе этой ночью. Не щадил, обращаясь с ней грубо и жестко. Но и сейчас не смогу быть нежным. Мне нужно захлебнуться в этом безумии. Хватаю Клео за запястье, сильно сжимаю. Дергаю, припечатывая к кафельной стене. Необузданно в губы впиваюсь, словно ни разу их не пробовал.
— Одержимо с ума схожу, когда ты рядом со мной. — Надрывно. Забирая весь воздух со рта. Опускаю руки, сжимая мягкую задницу. Рывком подхватываю Клео, принуждая обхватить мое тело ногами. Прижимаю к стене, и одним толчком проникаю в ее плоть. Замираю на мгновение, умирая в нем. Возрождаясь заново.
— Мой дикий лев. — Через всхлип боли, которая все еще тревожит ее тело. Клео обнимает за шею рукой, прижимаясь губами. Начинаю неистово трахать, с каждым толчком чувствую острую необходимость. Плевать. Она безумно нужна. Сейчас. Завтра. До конца моих дней. Ее тоже. Человек, истязаемый своими демонами, совершенно безотчётно мстит ближнему. Только месть ли это ближнему или самому себе? Тяжело ответить на этот вопрос, понимая, что жизнь в этот момент делится на «до» и «после». И что будет потом, абсолютно невозможно предугадать. Даже мне.
Глава 22
Клео.
Судьба не оставила мне выбора. Все решила сама, даря, казалось бы, невыносимую жизнь. Но с каждой минутой проведенной рядом с Эмиром, я все больше убеждалась, что даже в безвольном плену можно ощутить неземное счастье. Голод на чувства, который еще совсем недавно был совершенно неведом. Пугаясь перемен собственного внутреннего мира, которые подобно яду отравляли, превращая меня в иную женщину. Именно женщину. Эмир Кинг втянул меня в новый, неизведанный мир. Распахнул ворота ада, в котором сам давно привык существовать. Лениво потягиваюсь на кровати, не распахивая глаза. Моментально воспроизводя в памяти события прошедших нескольких суток. То, что происходило в этой постели. Не стесняясь, отдавалась Кингу, получая сумасшедшее наслаждение. В секунду в жар бросает, и томное ощущение расползается по всему телу. Просто вспоминая, чувствую, как начинаю сгорать от стыда и стеснения. Задыхаюсь, ловя слипшимися губами небольшие порции свежего воздуха, который проникает сквозь приоткрытое окно. Необходимо немедленно вынырнуть из этих воспоминаний, иначе с ума сойду. Распахиваю глаза, поворачивая голову. Понимаю, что в постели нахожусь одна. Не соображаю, какое сейчас время суток. За последние два дня, которые мы провели в постели, совсем потеряла счет времени. Растворяясь в объятиях и поцелуях Эмира, большее не имело значение. Наш маленький мир ограничивался стенами этой комнаты. Стонами и прикосновениями. Откровенными словами, на которые раньше я бы никогда наверно не решилась. Рядом с Кингом не узнавала саму себя. Не отдавала отчета действиям, о которых, возможно, в будущем буду очень сожалеть. Не вспоминала о прошлом. О своей семье и в первую очередь об отце. Только я и он. Сорок восемь часов безумия, разделенного на двоих. Одержимости, которая опьяняла, заточая в своем плену. Как никогда ощущала, что мое сердце предало. Покорилось мужчине, который практически насильно привел меня в свою жизнь. Присвоил все, по сути ничего не обещая взамен. До сих пор жизнь Кинга оставалась для меня загадкой. Тайной, которую наверно мне не суждено, будет узнать. Разворачиваюсь, бегло осматривая комнату. Одна. Эмир ушел, не оставив даже малюсенькой записки. Не предупредил ни о чем. Со свойственной для него манерой скрылся, оставляя меня наедине с мыслями и воспоминаниями. Нехотя поднимаюсь с кровати, опуская ноги на мягкий, пушистый ковер. Обнаженная. Расслабленная. Голова слегка кружится. Ужасно хочется пить. Встаю, придерживаясь рукой за рядом стоящий стул. Хватаю висящий на нем халат, не спеша, направляясь к зеркалу. Обида слегка душит. Конечно, я не ждала, что Эмир заговорит о любви и проявит нежности и ласки, но то, как он оставил меня этим утром, обижало. Оставило неприятный осадок, и ощущение того, что я лишь очередная девица в его бесконечной жизни. Всего несколько шагов, и я оказываюсь у большого зеркала, шокировано смотря на собственное отражение. Рассматривая каждый миллиметр тела, на котором отпечаталась вся сила страсти Эмира. Засосы и отметины от его наглых пальцев. Следы от укусов, которые он несдержанно оставлял раз за разом входя в мое тело. Ноги подкашиваются. Дышать становится невыносимо. Пламя внутри моментально разгорается. Мне нужен холодный душ, чтобы в себя прийти. Осмыслить все, что между нами произошло. Наверно рано или поздно это должно было случиться. Слишком острое желание. Чувства на грани. И даже противоречивая боль на сердце не остановила. Все бессмысленно, когда разумом правят чувства. Отшатываюсь назад, неуклюже накидывая халат. Не пытаясь укрыть свое тело. Прохожусь по комнате, не в силах справиться с одурманенным разумом, который продолжает красочно возвращать воспоминания. Одно за другим. И даже свежий воздух, которым я жадно насыщаю легкие, не помогает. Направляясь в сторону ванной комнаты. За пределами спальни не слышно ни звука. Всего десяток шагов, и я оказываюсь возле душевой кабинки. Скидываю халат на пол, заходя внутрь. Моментально поднимаю рычаг, открывая холодную воду. Слегка добавляя горячей, чтобы не замерзнуть под струями ледяной воды. Новый водоворот обжигающих мыслей. Эмир здесь творил такие вещи, которые были неизведанны. До него в моей жизни не было мужчин. Вообще ничего не было. Один отвратительный поцелуй в пятнадцать лет, с сыном партнера моего отца. На одной вечеринке, которая была у нас дома в Лас-Вегасе. Этот прыщавый мерзавец, нескромно предложил уединиться, и я не понимаю сейчас, зачем согласилась. Оставшись с ним наедине, в кабинете отца, парень нахально стал лапать тело. Трогать грудь, через тонкую шелковую блузку. А когда решился поцеловать, засунув свой язык мне в рот, едва не стошнило. Вспоминаю, как оттолкнула парня, быстро выбегая из комнаты. Судорожно вытирала рот ладонью, пытаясь избавиться от мерзкого ощущения. Сейчас понимаю, что совсем ничего не знала о чувствах и ощущениях. Об отношениях мужчины и женщины. О сексе, в
