Читаем без скачивания 100 великих тайн России XX века - Василий Веденеев

Технологию минирования можно представить на примере работ в Большом театре. Место для закладки фугаса, как способствующее наибольшим разрушениям при взрыве, определили в оркестровой яме: так считали специалисты взрывного дела. Подрывники спустились в оркестровую яму и очень аккуратно разобрали паркет. В театре не оставалось в это время ни одной живой души, всё проводилось в строжайшей тайне и под охраной. В образовавшемся проёме вырыли глубокий шурф. Вынутую из него землю аккуратно складывали на плащ-палатки и, стараясь не уронить ни пылинки, выносили из здания, клали в машины и вывозили за город. Особенно тщательно следили, за тем, чтобы не повредить богатое убранство интерьера зрительного зала и фойе. Вёдра с землёй поднимали из шурфа вручную, на длинной и крепкой верёвке, а машина, которая вывозила грунт, ничем не примечательная полуторка, была спрятана за зданием.

Взрывчатку доставили в деревянных ящиках по двадцать пять килограммов каждый. В определённом специалистами-минёрами порядке их аккуратно уложили в шурф: глубина его составляла более трёх метров, и на минирование ушло порядка четырёх тонн взрывчатки! Силу взрыва рассчитали так, что после него на месте знаменитого ГАБТа остались бы только огромная дымящаяся воронка да мелкие куски щебня. На взрывчатку установили специальный взрыватель, яму замаскировали и вновь аккуратно настелили паркет, а пол натёрли мастикой, чтобы полностью скрыть все следы. Взрывное устройство дублировалось специально выведенными от другого взрывателя проводами, которые скрытно проложили под полом. Если бы не сработал радиосигнал на расстоянии, смертник-минёр привёл бы в действие адскую машину нажатием кнопки замыкания цепи или поворотом ключа.

По аналогичной схеме проходило минирование и других спецобъектов. В «Национале» случилось чрезвычайное происшествие. Работу бригады минёров всегда принимала специальная комиссия, которая отличалась большой придирчивостью. Она решила, что квадрат паркета, как раз тот, который вынимали, чтобы выкопать шурф под взрывчатку, несколько отличается от остальной поверхности пола. Немедленно предприняли необходимые меры: весь паркет полностью разобрали и в течение одних суток полностью настелили новый. Целиком во всём помещении! При повторном осмотре специальной комиссией никаких замечаний получено не было: «спецобъект» приняли. Особые бригады подрывников в условиях полной секретности работали по всей Москве, на каждом из определённых наркоматом и согласованных лично со Сталиным объектов. Нелёгкая и опасная работа была закончена точно в установленные сроки.

— Взрывать только в крайнем случае, — сказал Сталин. — Всё отложить до особого распоряжения.

К великому счастью, «особого распоряжения» не последовало: в битве под Москвой врага отбросили от стен столицы, и угроза сдачи города миновала. Однако бригады особого назначения по минированию спецобъектов распущены не были, и секретность с их деятельности не сняли. Несмотря на необходимость ведения партизанской войны и осуществления диверсионных актов в тылу немцев, никто из этих подразделений в тыл врага не забрасывался, хотя более двадцати человек стали Героями Советского Союза.

Эти специальные бригады впоследствии использовались для разминирования спецобъектов, заминированных ранее как нашими специалистами, так и немцами при отступлении из Киева, Харькова, Минска и других крупных городов. На счету секретных бригад разминирование Дома Правительства в Минске, Физико-технического института в Харькове, а также Ливадийского дворца и дачи Сталина в Крыму — эти здания готовили для Крымской конференции. Есть сведения, что проводились работы и за рубежом.

Маннергейм в Санкт-Петербург не вернулся

Трагический эпизод Великой Отечественной войны — блокада Ленинграда, — не перестаёт интересовать отечественных и зарубежных исследователей. Далеко не всё хорошо известно о тех трагических событиях, загадках и тайнах. Многие документы и архивные материалы специально уничтожены, а живых свидетелей практически не осталось. И всё же некоторые тайны ленинградской блокады всплывают наружу из глубин секретных спецхранов. Однако полностью ручаться за достоверность многих сведений нельзя.

Мотоциклисты-разведчики передовых немецких частей группы армий «Север», отыскав брешь в расположении частей Красной армии, проскочили через линию советских войск и оказались в черте города. В 11 часов 30 минут немцы подъехали к проходной Кировского завода на проспекте Стачек. С двумя-тремя немцами опешившие поначалу рабочие, выходившие из цехов на обеденный перерыв, расправились быстро — мотоциклистов просто задавили массой и забили тем, что попалось под руку.

Появление немецких мотоциклистов взбудоражило рабочих, они стихийно начали создавать ополчение. Руководство завода связалось со Смольным. Людей приучили ничего не делать без санкции сверху, поэтому директор и парторг хотели доложить городским властям о случившемся, а также попросить оружия для ополчения и указаний, как поступать дальше. Смольный либо вообще не отвечал, либо, если удавалось дозвониться до дежурных, там сухо отвечали:

— Все в городе. Сообщение будет доложено немедленно по возвращении. Перезвоните попозже.

И тут парторг вспомнил о Елизавете Алексеевне Каншиной: она много лет проработала на заводе, а самое главное, её муж руководил хозяйственным отделом Смольного. Решили позвонить Елизавете Алексеевне.

Елизавета побежала к мужу в Смольный. Позднее она рассказала о некоторых событиях того времени отечественным исследователям-историкам, но решилась сделать это только перед смертью. Естественно, Каншина знала, слышала и видела далеко не всё. Ряд событий воссоздан западными исследователями по архивным документам финских и нацистских спецслужб и показаниям уцелевших свидетелей, многие из которых предпочти не афишировать свои имена.

Несмотря на неразбериху военного времени и тяжёлое положение, в Смольном были неплохо осведомлены о складывающейся оперативной обстановке и могли в ней ориентироваться. А. А. Жданову, возглавлявшему партийную организацию Ленинграда, и К. Е. Ворошилову, назначенному командующим фронтом и ответственным за оборону города, было известно, что немцы выбросили парашютный десант и сумели захватить важный транспортный узел — станцию Мга. Немецкие части в ходе активных наступательных боёв с применением крупных танковых соединений сумели прорваться к городу Тихвину. Старались не отставать от своих союзников и финны, которыми командовал получивший в 1933 году звание маршала барон Маннергейм. Ударная финская армейская группировка «Карелия» совершила стремительный бросок, смяла части Красной армии и заняла Выборг.

Стрелки Маннергейма дислоцировались в Выборге и Олонце, совсем близко к Ленинграду. Маршал Клим Ворошилов пребывал в полной растерянности: он не умел командовать войсками при ведении современной манёвренной войны. Жданов тем более был никудышным военным и постоянно требовал запросить Москву:

— Не отвечают, — зло огрызался маршал.

Как утверждают западные эксперты, в 23 часа 6 августа 1941 года руководство города на Неве приняло решение сдать Ленинград финнам в обмен на заключение сепаратного мира с признанием границ по Тартускому договору 1920 года. Тем более что финские части всё равно стояли на них! Якобы мысль о возможности такого выхода подсказали Жданову и Ворошилову руководители НКВД города и области. Сдача города и сепаратный мир!

Расчёт строился на том, что барон Карл Маннергейм, стоявший во главе Финляндии и её армии, — старый петербуржец! Барон Карл Густав Эмиль Маннергейм родился в 1867 году в местечке Вильняс, близ города Турку. Высшее образование он получил в Гельсингфорсском университете, а затем продолжил его в Николаевском кавалерийском училище в Санкт-Петербурге.

Надев русские офицерские погоны, барон верой и правдой служил Богу, царю и Отечеству. Уже в чине генерал-лейтенанта он активно участвовал в Первой мировой войне, командуя на фронтах крупными воинскими соединениями. В 1917 году барон счёл себя полностью свободным отданной императору присяги и вернулся в Финляндию. Никакой лютой ненависти или неприязни к русским барон Маннергейм никогда не испытывал: он прекрасно знал русский язык, культуру России, уважал русский народ и любил русских солдат. Он даже нейтрально относился к большевикам, пока те не двинули на Финляндию Красную армию, чтобы экспортировать финнам «мировую революцию».

В 1918 году он стал командующим финской армией, а в 1919 году — регентом страны. Под его командой финские стрелки наголову разбили красные части и отбросили их к самому Петрограду. В 1920 году правительство Ленина вынужденно подписало мирный договор с финнами в Тарту, уступив значительные территории.