— Ну-с, — произнес Бортовой, усаживая Посланника в кресло, — без сюрпризов не могём и каким ветром на сей раз? То общаться не хотим, то сами прилетаем.
Но было видно, что он по-настоящему доволен встречей.
— Так времена идут, Александр Васильевич, все течет, все меняется. И вы внут-ренне поменялись, и время настало.
— И я внутренне поменялся?
— Конечно. Амбиции, обиды — это не для государевых людей, — все-таки уколол немного Посланник.
— Да-а, не для государевых, это правильно. Так с чем пожаловал, Николай Петро-вич? Знаю — вокруг да около ходить не любите.
— Хотел свой краткосрочный и маленький саммит сделать. Брешь в большом, на-деюсь, минут на десять найдется.
— Хотите поговорить о Сирии с Президентом?
— Полагаю, давно пора, Александр Васильевич. Хватит Штатам безнаказанно иг-норировать ООН и Совет Безопасности. Кто там применял химическое оружие в Сирии — правительственные войска или оппозиция в лице Аль-Каиды — не знаю. Наверное, все-таки, оппозиция. И ООН не дает санкции на военное вмешательство американцам в си-рийский вопрос. Почему одни, якобы, подчеркиваю — якобы, могут нарушать междуна-родное Право, а другие точно нарушают и нарушать будут. Одни Быки, а другие Юпитеры что ли, одним можно, а другим нет? Давно пора американцев на место поставить.
— И каким образом?
— Да очень простым. Пусть Президент даст понять американцам, благо, что их Президент сейчас в Санкт-Петербурге, что на этот раз не прокатит. Ни один американский или НАТОвский солдат границу Сирии не пересечет, ракеты же или снаряды, выпущенные по ее территории, автоматически взорвутся после одного метра полета. То есть фактически прямо на батарее, корабле или самолете, с которых произведен пуск. И еще — все американо-НАТОвские диверсионные группы, все диверсанты, находящиеся в Сирии, сдохнут, например от инфаркта, в течение суток с сего времени отсчета.
— И все это возможно? — с озабоченной серьезностью спросил директор.
— Это все произойдет, — так же серьезно ответил Посланник, — независимо от того, какое решение примет Президент.
— А вы не много на себя берете, Николай Петрович?
— Не много, Александр Васильевич, не много. Президент — он всего лишь Прези-дент, а я Посланник, посланник вселенной. Так хочет космический разум и я там очень маленькая фигурка, гораздо меньше Президента в России. Но Россия так же мала в космо-се, как и моя роль в нем. Вот… на этом разрешите откланяться, Александр Васильевич.
— А Президент?
— Полагаю, что вы прекрасно и без меня справитесь с предоставленной информа-цией. Не первый день знаете и, надеюсь, верите. Жду теперь вас в гости — обсудим даль-нейшие планы. Конечно, когда сирийский вопрос рассосется. Вам надо подготовиться основательно, американцы не поверят и начнут атаку. Естественно, будет переполох, когда их корабли и самолеты начнут взрываться. Только потом они вспомнят серьезно о российском предупреждении и поймут, что время их Юпитера прошло, другие Юпитеры на Земле появились… без Быков, если можно так выразиться.
Посланник попрощался и ушел, а Бортовой задумался. Нет, он не сомневался в достоверности сказанного и что все произойдет именно так, а не иначе. Много раз уже невероятное становилось очевидным. Вопрос был в другом — каким образом это происходит и почему? Если Посланник так крут — не станет ли он отдельно стоящей личностью? Личностью НАД обществом, Законом, правилами и нормами. Пока реального повода не было. Но сегодня появился новый облик Посланника — он вмешивается в международную политику и, пожалуй, не очень интересуется мнением общества и решением Президента. Вроде бы все правильно, действует во благо того же общества. Но по принципу правильности лишь его мнения, а это уже диктаторские замашки.
«Стоп, — Бортовой отчетливо вспомнил фразу: «А я Посланник, посланник все-ленной. Так хочет космический разум и я там очень маленькая фигурка, гораздо меньше Президента в России. Но Россия так же мала в космосе, как и моя роль в нем». — Он поис-тине действует от имени космического разума или прикрывается им»?
Бортовой набрал номер телефона.
— Господин Президент, мне необходимо срочно встретиться с вами.
— Завтра, Александр Васильевич, позвони.
Президент положил трубку. Бортовой вздохнул и набрал номер снова.
— Господин Президент, я понимаю, что у вас через два часа встреча с Бараком Обамой по вопросу Сирии. Именно поэтому и настаиваю — перед встречей вы должны обладать этой информацией. Это очень важно.
— Хорошо, жду.
Бортовой доложил информацию Посланника. Президент минут пять ничего не говорил, потом спросил лишь одно:
— Какие имеются основания верить этому Михайлову?
Директор ФСБ не задумываясь ответил:
— Вы знаете, во что он превратил наши танки. Пока мало, но все-таки три атомные подводные лодки сделаны по его технологии. Это что-то невообразимое — американцы не могут их засечь даже на расстоянии ста метров, они ныряют на глубину десяти километров, где и батискафы не выдерживают, скорость передвижения возросла в два раза. Скорость, возможно, объяснима — за счет снижения веса. И маслом они намазаны что ли… Наши академики не могут понять, познать, выявить структуру, состав производимого Михайловым материала. Он не поддается анализу. Но материал есть и работает. Поэтому считаю, что не доверять Михайлову — оснований нет. И еще, если позволите, господин Президент, высказать свое мнение…
— Говори.
— Считаю, что не нужно сообщать американцу об этом на личной встрече. Лучше объявить журналистам на брифинге. Если американцы и их союзники по НАТО в данном вопросе все-таки пойдут на военный удар по Сирии, то они и именно они станут наруши-телями международного права, действуя без санкции Совета Безопасности ООН. Россия не может допустить такого грубейшего несанкционированного вмешательства во внут-ренние дела независимого государства. Поэтому считает возможным применение опреде-ленных мер со своей стороны. В настоящее время Россия имеет возможность контроля за всеми ракетными установками США, еще до пуска ракет знать введенные координаты цели и включить систему самоуничтожения. Впредь ракеты США и НАТО, нацеленные на Россию или другие независимые государства, будут уничтожаться самопроизвольно при нажатии кнопки «пуск». Примерно так, господин Президент. Полагаю, американцы не поверят и сами уничтожат свой флот и авиацию в средиземноморье. Ну… это их право. Только люди погибнут…
— Да-а, красиво говорите… значит, вы убеждены, Александр Васильевич?
— Убежден, господин Президент.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
