Читаем без скачивания Хроники Вергилии. Изгой - Виктор Ятаганов

– Стихия молнии! Электрозащита!

Медальон Болдасарини снова полыхнул, на этот раз голубым, и нас от стены жидкого пламени оградила мерцавшая сотнями крошечных искорок завеса.

– Стихия воздуха! Элементаль молнии! Небесная кара!..

Болдасарини закрыл глаза, одною рукой держась за амулет, а другую вытянув перед собой. Его лицо было напряжено, словно он пытался удержать под контролем немыслимые силы, а из его ладони струился ветвящийся поток искрившихся, переливавшихся всеми цветами радуги молний. Они впивались в тела корчившихся в озере лавы Безликих, сковывая их движения и усиливая наступавшую агонию.

Ошеломленная первым заклятием мага тварь помотала башкой и вновь начала надвигаться на нас.

– Светлика! Юнган! Эль! Дидра!.. – в отчаянии воскликнул я, не зная, что делать. Я был слишком далеко, чтобы дотянуться до них Элеруалем и помочь им вырваться из страшного, навеянного темной тварью оцепенения…

Первым на пути Безликого стоял Иэлай. Его лицо перекосилось от ужаса, в руках безвольно повис лук. Тварь издала жуткий визг, заставивший волосы на моей голове встать дыбом, и, не снижая скорости, пролетела через Иэлая.

Лицо эльфа посерело, и он безвольной куклой осел на землю.

– Нет!!! – закричал я, чувствуя, как мою душу разрывает океан чистейшей, первобытной ярости. Мои глаза застелила кровавая пелена гнева, я вскинул Элеруаль и с силой метнул его в белое пятно «лица» стремительно приближавшейся темной твари.

Глава 56

Спаситель

Всегда приятно знать, что рядом есть крепкое плечо друга.

Магический клинок вонзился в Безликого, на мгновение пятно обрело плотность, превратившись в уродливую белую маску, а потом разлетелось тысячей мерцающих осколков. Заверещав от боли, тварь метнулась назад и испарилась из нашего мира.

Я обессиленно опустился на землю, чувствуя, как вместе с остатком сил меня покидает и ярость. Усилием воли я заставил себя обернуться и посмотреть на Болдасарини. Колдун все так же неподвижно стоял посреди переулка, удерживая агонизирующих тварей в магической ловушке. Через несколько томительных мгновений белые маски Безликих обрели плоть и с тихими щелчками рассыпались на кусочки. Твари заверещали, и магическая лава поглотила черный дым их распавшихся тел. Болдасарини прервал мерцающий поток и с тихим вздохом осел на землю.

В тот же миг его искрящаяся защита исчезла, и вырвавшаяся на свободу лава потекла к нам.

– Эрик! Бежим! – вздрогнув, испуганно воскликнула Дидра.

Как только темные твари исчезли из нашего мира, навеянное ими на моих друзей колдовское оцепенение пропало, и они вновь обрели способность двигаться.

Юнган бросился к своему учителю и попытался поднять его бессознательное тело. Но не тут-то было – слабых силенок парнишки не хватило даже на то, чтобы оторвать его от земли. Я выругался сквозь зубы и, подскочив к ним, легко перекинул Болдасарини через плечо.

Лава подступила уже к самым нашим ногам. От нее исходил нестерпимый жар, я буквально ощущал, как медленно плавится моя кожа.

Я в отчаянии огляделся по сторонам, щурясь и часто-часто моргая из-за заливавшего глаза пота. Хикс по-прежнему неподвижно лежал у стены здания, куда в начале битвы его отшвырнул Безликий. Тело Иэлая бессильно растянулось в нескольких милиузлах впереди нас. Казалось, спасти всех было невозможно – поток лавы стремительно тек к нам по идущей под уклон улочке.

– Светлика, сюда! – гаркнул я и, нагнувшись, быстро поднял с земли Элеруаль и повесил его на пояс.

Девушка с вытаращенными от ужаса глазами подбежала ко мне.

– Ты можешь что-нибудь сделать с этой лавой?

Подбородок магини дрожал, казалось, она все слышит, но смысл моих слов проходит мимо нее, утопая в океане страха, владевшего ее душой.

– Светлика! – в отчаянии выкрикнул я и свободной рукой залепил ей пощечину.

Удар вышел сильнее, чем я планировал. Голова девушки мотнулась назад, Светлика охнула и, прижав ладонь к заалевшей щеке, отступила на шаг назад.

– Изгой, ты чего?! – удивленно выдохнула она, приходя наконец в чувство.

– Сделай! Что-нибудь! С этим! – с яростью прокричал я, при каждом слове тыкая пальцем в сторону подступавшего огненного потока.

– Я не могу! Заклятие слишком сильное!.. – в отчаянии воскликнула магиня, и в ее глазах снова зажегся огонек безумного ужаса, владевшего ею несколько секунд назад. Я раздул ноздри от гнева и нетерпеливо замахнулся. Светлика пригнулась и, закрыв лицо руками, испуганно воскликнула: – Хорошо! Хорошо! Я попробую!.. Стихия воды! Стихия воздуха! Ледяной поток!

Из сложенных наподобие чаши ладоней магини вырвался обжигающе-ледяной воздушный поток и ударил в подступавшую лаву. Несколько мгновений ничего не происходило, а потом поверхность лавы начала застывать, превращаясь в черную корку. Но, увы, сил магини хватило лишь на то, чтобы остудить поверхность самого краешка приближавшегося потока. Однако это слегка затормозило его, а значит, подарило нам несколько драгоценных секунд.

– Держите! – воскликнул я и скинул на руки Юнгана и Светлики тело старого мага.

– Эль, Дидра! Хватайте Иэлая! – проорал я, пытаясь перекричать шипение раскаленного магического потока.

Я же стремительно подскочил к Хиксу и, взвалив тяжеленное тело орка на плечи, со всей возможной скоростью рванул прочь.

Вскоре мы выбрались на привратную площадь, здесь лава уже не могла нас достать. Оглянувшись, я увидел, что магический поток начал постепенно терять силу, когда поддерживавшая его колдовская энергия иссякла.

Я облегченно перевел дыхание, подумав, что теперь мы наконец в безопасности. И это едва не стоило мне жизни. Внезапно из-под булыжников мостовой прямо у меня под ногами выросла высокая черная фигура Безликого. Темная тварь с размаху ударила меня в грудь, и я отлетел на несколько милиузлов назад, больно стукнувшись головой о брусчатку. Тело орка вылетело у меня из рук и покатилось по мостовой.

– Ха'ри так! – с шипением выругался я и, поморщившись, ощупал ладонью затылок. К счастью, голова была цела, но удар о землю оказался такой силы, что на мгновение вышиб из меня дух, и я никак не мог прийти в себя.

Процесс заживления ускорил выросший надо мною Безликий. Долговязая фигура изогнулась, и белое пятно-маска склонилось к самому моему лицу. Я задохнулся, чувствуя, что от ужаса мои легкие сдавил спазм и я не могу сделать ни вздоха.

– Стихия земли! Землетрясение! – раздался рядом со мной чей-то взволнованный сосредоточенный голос.

А потом земля подо мной пришла в движение. Если Юнган хотел, чтобы тварь потеряла равновесие и упала, то этого он явно не добился – вряд ли Безликий был настолько материален, чтобы иметь необходимость ходить по земной тверди. Но привлеченная внезапным всплеском магии тварь на мгновение забыла про меня и повернулась в сторону Юнгана.

Я принялся лихорадочно хлопать себя по поясу, пытаясь нашарить рукою Элеруаль. Что-то противно звенело в моей голове, вдобавок ко всему меня начало тошнить, и я никак не мог справиться с этой простой задачей.

– Стихия воды! Водяная тюрьма! – закричала Светлика, и из-под «ног» темной твари начала выступать вода.

Вскоре она превратилась в уже знакомый мне водяной шар и поглотила Безликого. Тварь заверещала и попыталась вырваться из магического пузыря, но не тут-то было. Светлика стиснула зубы и закрыла глаза, отдавая все силы заклятию.

– Быстрее! Я долго не продержусь!.. – просипела девушка, и из ее носа хлынула кровь.

Наконец моя ладонь сомкнулась на холодной ребристой рукояти Элеруаля. Я чуть приподнялся на локте и, щурясь и часто моргая, попытался сфокусировать расплывавшийся взгляд на темной фигуре Безликого.

Тварь стояла ко мне вполоборота, и я видел лишь часть ее маски. Вдобавок ко всему, Безликий постоянно мотал головой, словно это могло помочь ему высвободиться из магической тюрьмы Светлики. Я с шумом выдохнул и метнул в него Элеруаль.

Магический клинок просвистел в воздухе и… увяз в водяной завесе!

Я разочарованно цокнул языком и безвольно опустился на холодный булыжник мостовой, сил больше не осталось.

– Помоги… мне… – раздался рядом чей-то тихий сдавленный шепот. Я приоткрыл глаза и увидел, что лежавший неподалеку Болдасарини каким-то образом пришел в себя.

Превозмогая боль, я на четвереньках пополз к магу. Сделав над собой поистине нечеловеческое усилие, я поднялся на ноги и помог встать Болдасарини.

В носу и ушах колдуна запеклась кровь, и он выглядел так, словно только что в одиночку выпил несколько бутылок саржи.

Подняв дрожащие руки, маг сглотнул слюну и тихо прошептал:

– Стихия воздуха! Стихия огня! Элементаль молнии! Возмездие Всемогущего!..

Вокруг кончиков его пальцев начало нарастать бледное желтоватое свечение. Внезапно оно вспыхнуло и превратилось в большой золотистый пульсирующий шар. Болдасарини приглушенно булькнул, и из его рта, носа, глаз и ушей хлынула кровь.