Читаем без скачивания Возрождение Феникса. Том 1 - Григорий Володин

комплекс на заднем дворе усадьбы. Куча комнат с бассейнами, бильярдом и боулингом, ну и парилкой. Сама парная необычная для жителя Постимпериуса. В Валиноре я больше привык к мраморным термам с теплыми купальнями и подогревом пола и стен. А здесь тесная деревянная комнатушка и несколько лавок лесенкой. Раздевшись, мы вдвоем с главой обматываем бедра белоснежными простынями и устраиваемся в парной.

Еще что удивляет — это банщицы. По жесту главы к нам приближаются две стройные девушки в комбинезонах из перфорированного хлопка, которые совсем не скрывают длинных мускулистых ног. Я уж было подумал, что сейчас приму участие в оргии, но банщицы всего лишь принимаются подкидывать дрова на растопку и плескать кипятком на камни из приготовленного ковшика. Шипя поднимается горячий пар, приятно охватывает кожу. Когда баня растапливается, девушки берутся за лиственные веники.

— Меня крапивным, Викулик, — командует глава. — Лизонька, по Арсению Всеволодовичу пройдись березовым.

— Хорошо, Кузьма Станиславович, — кивает блондинка, подступая ко мне с мокрым веником. — Арсений Всеволодович, ложитесь на живот.

Ох, русская баня — это нечто! Хлестким ударами Лизонька пропаривает меня от души. Кожа яростно горит, но блондинка притираниями каких-то масел успокаивает зуд на спине.

Глянув на мое красное ошалевшее лицо, глава решает, что мне хватит:

— Лизонька, отведи Арсения Всеволодовича в комнату отдыха. Сделай молодому барину банно-оздоровительный массаж.

— Пойдемте, Арсений Всеволодович, — блондинка протягивает мне руку. Я решаю, что правда, достаточно оздоровительного шока, и сжимаю длинные сильные пальцы банщицы.

Мы удаляемся в комнату с холодным бассейном, в который я с радостью окунаюсь. А когда выныриваю, за бортом меня ждет обнаженная Лизонька. Серый комбинезон сброшен к ее ногам.

— Пройдемте на массаж, Арсений Всеволодович, — томно шепчет банщица и приглашающе улыбается.

Вот тебе и с легким паром.

* * *

— Как попарился, дорогой? — спрашивает старшая жена, зайдя в гостиную, и застывает, удивленная. — Что-то случилось?

Задумчивый Кузьма в махровом банном халате утопает в кожаном кресле. Рядом стоит понурая Лизонька в хлопковом комбинезоне.

— Я старалась честно, барин, очень старалась понравиться гостю, но Арсений Всеволодович мной побрезговал, — плачет банщица.

— Думаю, нет, Лизонька, не побрезговал, — глава чешет правую бакенбарду. — Иди умой сопли и не накручивай себя. Нет здесь твоей вины, милая.

Стройная банщица, утирая слезы, уходит из комнаты. Старшая жена усаживается напротив мужа. Некоторое время оба молчат.

— Этот парень, Фрося, — вздыхает Кузьма. — Очень не прост.

— Чем же? — Ефросинья внимательно слушает. Сейчас муж снял любимую маску простецкого мужика и напряженно размышлял.

— Во-первых, Беркутов поддался мне в спарринге. Не захотел показывать превосходства, а это значит — он был уверен, что способен одолеть меня.

— Как же ты понял, что он поддался, дорогой?

— Меня сразу что-то напрягло, но не мог понять конкретную причину. Тогда принялся прокручивать записи спарринга. Крутил-крутил, пока не дошло.

— Мм, а во-вторых, надо думать, это Лизонька?

— Да, Беркутов не накинулся на нее аки голодный отрок. Думаю, он не захотел формировать субъективное мнение о нас. Секс с Лизонькой заставил бы его думать о роде хорошо. Парень решил оставаться беспристрастным.

— Либо у него просто не было настроения? — с намеком предполагает жена.

— Лизонька говорит, что с этим у него всё в порядке.

— Ясно, и что ты решил, дорогой?

— Решил, что выдам за него Иру, — кивает своим мыслям глава. — Парень — настоящий самородок. О нем сейчас все в княжестве говорят. Свиридовых уел перед Давыдычевым, свой завод вырвал из пропасти банкротства. А дерется, Фрось, ты бы видела, как он дерется! Профессионал, и это в шестнадцать-то лет.

— Похоже, именно его боевые качества — решающий фактор, — скептически замечает жена.

— Не только. С парнем мы сможем получить преимущество над Свиридовыми. Они давно стоят у меня поперек горла. То зерновой контракт прямо из рук вырвут, то рынок свата подожгут мрази.

— А Иру ты спросил? Она у нас своенравная.

— Ирка сама по этому блондинчику сохнет, — отмахивается Кузьма. — Только на ее мордашку взглянул — сразу понял. Так что, Фрось, думаем думу, как прибрать молодца к рукам.

— Раз ты решил… Сейчас только за кофе схожу. А то так голова не варит.

Глава 23 — Позабивать мячи

Следующая неделя пролетает быстро. Как и сегодняшний день. Уроки и тренировки напоминают пущенные вдаль реактивные снаряды болтера. Вжиу-у-ух. И школьное времяпровождение позади, поток учеников рассасывается по парковке. Наша ватага в том числе.

— В выходные все вместе на турбазу! — сообщает Агафья. — Не забыли?

Я хмурюсь. Убить все выходные на детский лагерь? Сдурели совсем? Блин, как бы вас одних сплавить.

Мой саботажный настрой замечает Алеся.

— Сень, ты чего задумал? — улыбаясь, Алеся качает передо мной пальцем. — Не подведи ватагу, спортсмен.

Хитрые зеленые глазки щурятся, поблескивая. Не нужно быть знатоком женщин, чтобы понять — здесь нечисто. В выходные меня ждет западня.

— Кажется, сударыня, вы задумали что-то нехорошее, — я отхожу спиной к своей «Весте». — Учтите, в таком случае вам не у кого будет брать домашку по «физике».

— Фи, физика, — Алеся морщится. — Завтра же контрольная. Отстой.

— Кстати, Алеся правильно говорит, — вставляет наш рыжий атаман.

— Тебя тоже бесит физика, Богдан?

— Я вообще-то про турбазу, Леся, — атаман оглядывает гроновцев. — Поездка для всех обязательная. Нам остались две решающие игры. Перед ними мы должны хорошенько отдохнуть и сплотиться. У англосаксов это называется тимбилдинг.

Глянув на лукаво улыбающуюся Алесю, я вздыхаю. Это замечает Агафья.

— Терпи, Сень, атаманом будешь, — синеволосая толкает меня локтем в бок.

— Не-не-не. Чур, меня не подсиживать! — сразу