Майор вновь захохотал. Он знал, что это значит. Но он правильно оценивал свои возможности, видел инвалида Никитина и нисколечко его не боялся.
— А когда вы меня найдете, Афанасий Кириллович? Нам бы действительно нужно быстренько встретиться. И кое-что обсудить бы, а? Да и маме вашей дома будет лучше. Когда вас ждать в Городе, Афанасий Кириллович?
— Я выезжаю прямо сейчас… В Городе буду завтра вечером. И если с мамой…
— Погодите, Афанасий Кириллович! У вас есть доступ к интернету по телефону?
Доступ у меня был. Но под рукой был еще и Шарик.
— Есть.
— Зайдите на «You Tube», взгляните на чудесный ролик «Мама устала». Только что специально для вас выложил. Оцените мое режиссерское и операторское мастерство. Будете подъезжать к Городу — звоните! Я скажу куда подъехать. До новых встреч!
И майор прервал связь. Значит, мое местонахождение уже установлено. Сейчас они будут просчитывать — а не обманул ли я их со сроком возвращения. Будут считать, сколько времени мне нужно на самолет, поезд, автомашину. Про скорость Шарика они не знают.
Я залез в шарик и вызвал монитор. Быстро вызвал «You Tube», нашел ролик. В большом кресле у открытого окна спала моя мама. Объектив специально показал дышащую грудь. На коленях у мамы лежала и мурлыкала кошка. Чуть колыхалась легкая занавеска, на подоконнике стояли цветы. Картинка была мирной и спокойной. Индикатор времени показывал, что запись сделана чуть более пяти минут назад.
Я вздохнул. Мама… Потом вылез и снова просмотрел ролик на экранчике телефона. Нужно было показать приглядывающим за мной людям, что я еще здесь, в Южной Осетии. Ну, а теперь — пора! Я взглянул на часы. Было 14.53.
Поехали.
Глава 17
Мы сидели с дедом в Шарике и смотрели на двухэтажную дачу, в которой спрятали маму. Картинку нам передавал шар-клон. Дача была скромная, но чистая, ухоженная. Видимо, хозяин любил ее и заботился о внешнем виде.
— Ну-ка, ну-ка… И где же эта фазенда расположена? Внука, скажи своему спутнику-шпиону, чтобы поднялся повыше… Хорош! А теперь левее… еще… ниже давай! Вон мост, видишь? Знаю я это место. На всякий случай давай пролетим во-о-н туда, там въезд. Ну, точно!
Недалеко от автобусной остановки, на повороте в зеленый дачный массив, стояли старые металлические ворота. Над ними, по дуге, виднелась еще советская надпись из ржавых, потерявших весь вид, покореженных железных букв — «Дачный участок СпецЖБИ УВД».
— Вот они где устроились, значит… Интересно, чья это дачка? Кого твой Слизень здесь на крючке держит? Ну, ничего, узнаем еще. Давай, полетай тут кругами. Посмотрим, много ли народа вокруг.
Народа было мало. Время полива дачного участка уже прошло, и лишних людей не было. Редко-редко были видны одинокие старики, копающиеся на жаре на своих помидорных плантациях, и снующие на верандах старухи. Стояла сонная, одуряющая тишина. Даже собак и кошек нигде не было видно. Лишь осы гудели над спелыми фруктами.
— Телефонный звонок через спутник из локализованного строения, — заявил Шарик.
— Запись! — одновременно с дедом крикнул я. — Дед… ты это… Шариком я командую!
— Понял, понял. Молчу! — абсолютно не смутившись, ответил дед. — Командуй…
— Шарик, дай звук…
Разговор уже начался. Поскольку и майор, и Слизень знали, как надо вести секретные переговоры, цитировать его не имеет смысла. Майор сжато доложил, что объект вышел на связь и возвращается в Город. Слизень сказал, что звонок объекта шел с окраины Цхинвала. По мнению его аналитиков, в город я буду добираться на машине. Время, чтобы подготовиться к финалу, у майора есть. После моего захвата заложницу отпустить, а меня, в бессознательном состоянии, на автомашине везти в Москву. Самое главное было сказано в конце разговора. Слизень проинформировал своего порученца, что у него поднялось давление, и он едет домой. Я отложил эту информацию в папку «Срочно. Секретно. К исполнению».
— Ну, внука, теперь давай займемся домиком и охраной. Твой Шарик может посмотреть людей?
Я кратко переговорил с Шариком. Он, конечно, мог. Мы просмотрели домик через несколько фильтров. И в тепловом режиме, и по сердцебиению, и по мозговой активности данные не различались. На даче было четыре человека. Мама и трое охранников. Да, еще была кошка, но ее мы за противника не считали.
Шарик показал нам и охранников. Ну, что сказать? Обычные мужики, лет под сорок. Стрижки характерные, взгляды. Плевки через губу.
— Обычные быки. Но в строгости их майор держит. Ишь, как зыркают! И бдительность не теряют. Как часовые на вышках в лагере! — хихикнул дед. — А где, интересно, сам майор?
Майора не было. Шарик облетел три близлежащих дачи, но мы никого не нашли.
— Это плохо… — нахмурился дед. — Ты говоришь, мужик он грамотный? Тренированный?
— Да, полковник Тихонов говорил, что Амбал опытный спецназовец. Мастер ножевого боя.
Дед нахмурился, подумал и выдал ценное указание.
— Вот что, внука! Твоя воздушка в порядке? Сгоняй-ка ты за ней. Баллончик с газом поставь новый. Проверь все! Стрельни там пару раз. А то потом некогда будет неисправности устранять. Пулек возьми штук десять. Я думаю — за глаза хватит… Стрелять-то еще не разучился? Нет? Давай, мухой лети!
Деда нужно слушаться беспрекословно. Старый волчара что-то придумал. И я мотнулся к себе. То, что за квартирой возможно следят, меня мало интересовало. Следили, скорее всего, за входом, а я появился прямо в зале. Быстро выскочил из шара, кинулся к встроенному шкафчику, в котором держал сейф с охотничьими ружьями, патронами и прочую снарягу, и достал свою пневматическую винтовку. У меня хорошая винтовка. Мощная, с оптическим прицелом. Как-то на охоте я метров на сорок утку на болотце взял. Обмедненный шарик пробил ее почти насквозь. Вот так-то! Быстро сменил баллончик, стрельнул пару раз для проверки, схватил коробочку с пульками и стартанул к деду.
Дед говорил с кем-то по телефону. Увидев меня, он кивнул на стол. Располагайся, мол. Я положил винтовку, пульки, посмотрел на стоящую на столе маленькую розетку для варенья. В ней лежала небольшая ампула с коричневой жидкостью.
— Это что за химия, дед?
— Пульки свои сыпь в розетку… А что это? Помнишь, болгары в Лондоне своего писателя-диссидента убили, году в 78-м, что ли… Ну, да — выстрелом из зонтика. У нас тоже что-то подобное было… Только это вот не яд. Это очень сильный парализатор. На основе кураре, что ли… Буквально через секунду мышцы так сводит — как при столбняке! Еле-еле дышать можно… а вот двигаться и оказывать сопротивление уже нет. Нам нужно будет брать майора живьем… Для разговора. Все ясно?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
