поднимаясь на ноги. Тоскливо взглянула на чай и, забрав чашку с собой, спряталась внутри магазина. Слишком жарко для чая. Судя по прохладе, Живко уже давно включил здесь кондиционер.
Пока Иви настраивала температуру и опрыскивала цветы, успели приехать поставщики. Снова выскочив на улицу, Иванка замерла. Чувство дискомфорта пересчитало её позвонки. Девушка тряхнула плечами и оглянулась. Но ничего, что могло бы привлечь внимание, не увидела. Всё, как обычно. Те же дома, те же люди, те же звуки. Глупость какая-то.
Приняла товар и расписалась в бумагах, всё ещё прислушиваясь к собственным ощущениям. Они ей не нравились. Что-то похожее она испытывала просыпаясь после ночных кошмаров. Словно за тобой кто-то следит. Подсматривает, скрываясь за углом. Знает каждый твой последующий шаг.
Девушка вновь ушла в магазин и сделала несколько глотков остывшего чая, смачивая пересохшее горло. Нервно заправила за ухо непослушную прядь тёмных волос.
- Богдана! – дверь открылась и в киоск вбежал Живко. Красный, взбудораженный, встревоженный. По его виску стекала капля пота. Он достал из кармана брюк носовой платок и промокнул им лицо, - сегодня работаем полдня!
- С чего вдруг?
- Анита приглашает на ужин. Или обед...
- Ну, так я тогда сама всё закрою вечером, – не поняла такого волнения.
- Ты идёшь со мной! – Живко повесил свою шляпу на крючок рядом с её сумочкой и убрал платок обратно в карман.
- Что я там буду делать, Живко? С каких пор на свидания приглашают третьего?!
- Четвёртого... - отмахнулся и сел на маленький стульчик возле двери.
- Ммм... - кивнула Ива, сдвигая в сторону вазоны и опуская жалюзи на одном из окон, - только не пойму, причём здесь я?
- К Аните приехал сын. Честное слово, если бы мог – я бы поседел заново. – Живко был похож на школьника перед первым экзаменом. Былую уверенность словно ветром сдуло. Мужчина явно нервничал.
- Сын? – подошла к двери, выглядывая на улицу и пытаясь изучить летнюю террасу напротив. Но за ветками пышного клёна она не могла никого рассмотреть. – Серьёзно?
- Господи, у меня чуть сердечный приступ не случился. Я думал, что её сыну лет двадцать! Ну, двадцать пять...
- И?
- Да это взрослый мужик! Бородатый и злой!
- Злой? – Ива прыснула, прикрывая рот ладошкой, и снова выглянула в приоткрытую дверь, - ты его что, чем-то обидел?
- Он появился из ниоткуда! Даже Анита оторопела! Просто: "Hola, madre"! Как будто призрак!
- Я впервые вижу тебя таким взволнованным, Живко! Ты же знал, что у Аниты есть взрослый сын, который живёт заграницей. Чему тут удивляться?
- Пойдёшь со мной! Ясно? Мне нужна будет поддержка. Отвлечёшь на себя его внимание. Ты вон какая... - махнул на неё рукой и стёр со лба испарину, - видная. Только слепой не посмотрит.
Иванка прикусила губы и сплела пальцы в замок, прижимая те к подбородку. Она уже и забыла, какого это: привлечь внимание мужчины. Словно дикая. Старалась быть незаметной, носила кепки и мешковатую одежду. Обрезала свои длинные волосы и обзавелась чёлкой. Что касается мужчин... она до сих пор посещает психолога. Их внимание пугает её.
- Может, всё же, я останусь?
- Кто учил тебя спорить со старшими? Сколько тебе лет? Замуж пора... Анита будет ждать нас в четыре.
- Где?
- В пекарне, - Живко взлохматил свою седую гриву и поднялся на ноги. Провёл ладонью по груди, слегка растирая ту в области сердца, - давай... пора открываться.
...
Марк принципиально поехал за цветами в другой район города. Покупать цветы у Живко он не хотел. И, если честно, хотелось его переплюнуть. Глупое желание посоревноваться одержало верх, и к положенному времени он уже стоял на пороге кофейни с огромным букетом полевых цветов.
- Марк! С ума сошёл? – Анита, не скрывая радости, распахнула объятия для сына.
- Я всегда дарю тебе цветы. Чему ты удивляешься?
- Но в этот раз ты превзошёл себя... - приняла букет и прижалась носом к синим василькам, - мои любимые... спасибо, дорогой. – Женщина сжала лицо сына тонкими пальцами и прижалась губами к колючей щеке, - я рада, что ты приехал.
- Я тоже, - Марк проследил за парой официантов, что накрывали столик на четверых, - мы там сядем? – кивнул в сторону закрытой веранды.
- Угу... Ева! – позвала одну из помощниц и всучила ей букет, - будь добра, найди для них подходящую вазу?
Девушка перехватила цветы и бросила на Марка заинтересованный взгляд. Спрятала за васильками робкую улыбку и, кивнув Аните, скрылась в помещении для персонала.
- Ну... и где твой друг? – Марк сделал ударение на последнем слове, нарочно подчёркивая статус, которым одарила Анита своего Живко.
- Будет. С минуты на минуту. Ты, кстати, мог бы и для гостьи цветы купить... - бросила снисходительный взгляд на сына, и пальцем ткнула в крепкое плечо.
- Какой? Той, что работает в его магазине? У неё и так цветов полно.
- Её зовут Богдана. И она милейшее создание. Будь вежлив, очень прошу тебя. И не только с ней...
Анита поправила на груди Марка рубашку и разгладила на ткани мелкие складки. Погладила его словно кота, и ногтями расчесала густую бороду.
- Мам... - оторвал женщину от своего занятия и поднёс её руки к своим губам. Поцеловал нежные пальцы, - я не дикий, вести себя умею.
- Сбрей ты уже эту поросль... я забыла, как ты выглядишь без этой шерсти, Марко.
- Я подумаю над этим. Хорошо. Давай, пойдём за стол, - пропустил маму вперёд и отодвинул ей стул, - я выйду пока. Покурю.
Склонился над женщиной, мягко обхватывая хрупкие плечи, коснулся губами макушки. Вдохнул родной запах и, задержав в лёгких этот аромат, вышел из веранды.
Закурил под навесом и прищурился от яркого солнца. Эта жара могла свести с ума. Даже в Мексике сейчас не стояла такая жара. Настоящее пекло. Светлые льняные брюки липли к коже, как и рубашка. Нужно было им устроить этот ужин в помещении, а не на улице. А ещё лучше – дома.
Марк затянулся дымом и перевёл угрюмый взгляд на цветочную лавку, половину которой скрывал фонтан. Скривил губы, замечая знакомого цветочника. Что мать в нём нашла? Хотя... сколько лет она одна? Марк не уверен, что у неё никого не было все эти годы, но... Живко. Что за имя такое?
Ему нужно быть мягче. Наверное, всё же маме нужен был спутник. Спутник нужен всем.
Уголок губ Маркуса дёрнулся вверх, и он незаметно качнул головой. Опустил
