class="p1">— Что я увидел в Бригдате? Серый провинциальный городок — разве что не воняет тухлой рыбой, как та же Оргона. Крепостные стены вместо ажурных заборов. Центр столицы занимают не роскошные особняки, а маленькие замки. Да ещё и ваши аристократки… совсем рехнулись: возомнили себя рыцарями. Только два светлых пятна на весь город — театр и бордель. Мне этого недостаточно.
Вздохнул.
— Дерево, я тут подумал, — произнёс, глядя жрице в лицо, — и решил, что готов изгнаться с твоего острова добровольно.
Не дождался от жрицы никакой реакции на мои слова, продолжил:
— Да, представь себе. По собственной инициативе. Не доводя наши с тобой разногласия до драки или ругани. Как тебе такой вариант, дерево? Он станет возможен… если ты выплатишь мне каких-то жалких пять тысяч золотых монет в качестве отступных. Что скажешь?
— Зачем мне тебе платить?
В голосе Хранительницы не услышал ни намёка на те мысли и эмоции, что вызвали у меллорна мои слова. Не удержался — поморщился. Неправильная Хранительница, неправильная роща, неправильное дерево — всё это меня раздражало не меньше, чем неправильная столица.
— Включи мозги, дерево. Куда я отсюда денусь без денег? Пешком с острова не выбраться. Как я попаду на материк? Чем буду питаться в дороге? В отличие от тебя, воды и солнечных лучей мне для выживания недостаточно. Да и в королевстве я не хотел бы побираться. Улавливаешь, о чём говорю?
Поймал на лету сухой лист, скомкал, отбросил его в сторону.
— Вот только не ври мне, дерево, что тебе трудно раздобыть небольшую кучку золота, — сказал я. — Уверен: за две тысячи лет в твой храм натащили столько подношений, что ты наверняка уже не знаешь, куда их складывать. Так что поскреби по сусекам. Помогу тебе избавиться от части золотого мусора. Пять тысяч монет — скромная сумма… для владельца острова. И такая маленькая цена за возможность избавиться от большой проблемы.
Я замолчал.
Молчала и жрица.
Удивился: почему дерево медлило? Подсчитывало доступные финансы? Или просчитывало варианты событий; гадало, выполнение какого решения потребует от него меньше усилий и затрат?
— Хорошо, — сказала Хранительница. — Мне потребуется время, чтобы собрать пять тысяч монет.
Я улыбнулся.
— Вот и славно. У тебя есть время до полуночи. Ночью приду за деньгами.
— И сразу же покинешь город, а потом и остров.
Кивнул.
— Ладно. Но только после того, как получу деньги. Мы договорились?
— Мы договорились, Кира Силаева, — сказала жрица. — В полночь ты получишь золото.
— Вот и славно, — сказал я. — Тогда не буду тебе мешать. Скоро снова увидимся.
Прижал ладонь к коре меллорна, послал в «скрепы» импульс-ключ.
Вход открылся. Рука провалилась внутрь дерева. Уже собирался шагнуть сквозь превратившийся в иллюзию участок древесного ствола, но промедлил.
Вновь ощутил зуд в кончике носа.
— И всё-таки спрошу, — пробормотал я.
Повернулся к Хранительнице.
Та стояла всё там же, смотрела на меня с прежним безразличием.
— Ответь мне на пару вопросов, дерево, — сказал я.
— Что ещё тебе нужно?
— Зачем ты это делаешь? Почему заставляешь людей рубить твоих сородичей? Ведь я не ошибся — с твоей подачи боярыни занимаются… рубят меллорны? Понимаю: это не моё дело. Такие древние существа, как мы с тобой, вынуждены постоянно придумывать себе проблемы и развлечения, чтобы не сойти с ума. Но ничего не могу с собой поделать: всё же любопытно узнать причину… такого странного явления.
— Когда мои сородичи становятся старше, их голоса вклиниваются в моё сознание, — сказала Хранительница. — Они мешают мне размышлять, отвлекают. Нарушают привычный ритм жизни. Мне начинает казаться, что я теряю себя, становлюсь такой же глупой и наивной, как они. Не могу такого допустить. Чтобы подобное не повторялось, слежу за тем, чтобы другие деревья не становились слишком взрослыми.
«А как же коллективный разум?» — собирался спросить я.
Но промолчал.
Не объяснять же мне меллорну, какой должна быть священная роща. Чувствовал, что тот не поверит мне. Не поймёт, что уже две тысячи лет мается ерундой: не захочет в такое поверить. Слышал когда-то в Вечном лесу выражение «порченное семя». Не из такого ли выросло Старшее дерево предков?
— Понятно, — сказал я. — Тогда последний вопрос: чем ты бросило в меня тогда, после ритуала «удочерения»? Что это было за заклинание? Для чего оно?
— Чтобы ты стала полноценной представительницей боярского рода. Ты получила Дар рода Силаевых, Кира. Когда-нибудь ты научишься пользоваться моим подарком. И станешь настоящей воительницей, защитницей Главного храма. Такой же, какими были твои предки.
Похоже, я услышал часть стандартной речи, которую жрица произносила явно не впервые.
Спасибо ей и за это.
Махнул Хранительнице рукой.
— До завтра.
Вошёл в темноту тесного пространства, что начиналось за входом, расположенным на стволе дерева.
Показалось, что здесь прохладнее, чем в первом квадрате. Исчез запах меллорна. Я в несколько шагов преодолел крохотное помещение, упёрся в гладкую стену. Скастовал импульс ключ. Шагнул в стену и очутился рядом с кроватью, в своей комнате, в доме Варлаи Силаевой.
Подумал, стягивая с себя ошмётки одежды: «Замечательная вещь эти эльфийские дома».
* * *
Сразу после обеда я сообщил Силаевым о том, что завтра уеду: отправлюсь на материк.
Глава 38
— … Доберусь до Оргоны, — сказал я. — Там сяду на корабль.
После моего неожиданного заявления боярышни забыли о еде, уронили на стол ложки. Росля побледнела, в глазах Мышки блеснула влага. Обе смотрели на меня с недоверием, словно пытались понять: шучу я или говорю серьёзно. Примерно такой реакции я от них и ожидал.
А вот «приёмная мать» меня удивила. Она переглянулась с супругой (та едва заметно пожала плечами). Вздохнула, кивнула головой. Думал: она станет меня отговаривать. Собирался выдать ей набор вымышленных поводов к скорейшему отъезду — продумывал их всё утро.
Ошибся.
— Понимаю, — сказала Варлая Силаева. — Родная мать — это родная мать. Её никто не заменит. Я бы на твоём месте, Кира, поступила бы точно так же. Не стала бы медлить. Представляю, каково ей там сейчас… С какого места думаешь начать поиски?
Звякнул ножом о тарелку.
Совсем забыл, что отыгрываю роль потеряшки. А вот Варлая об этом помнила. Её версия мотива для поездки на материк выглядела лучше, чем те, что пришли на ум мне.
— С королевства Ягвара, —
