то через несколько лет все твои друзья будут выглядеть лучше, а ты станешь похожим на свою ухудшенную копию», – рассказал журналу
New Yorker один из студентов корейского колледжа[418].
Возможно, южнокорейские родители впадают в крайность, желая рискнуть здоровьем детей ради конкурентных преимуществ. Но они такие не одни.
Чтобы ребенок поступил в хорошую среднюю и старшую школу в Китае, родителям приходится подключать семейные связи, платить большие деньги за обучение и даже подкупать учителей и администрацию школы. В 2013 году в газете Washington Post написали: «По словам многих родителей, для поступления в приличную среднюю школу в Пекине часто требуют выплаты и взятки в размере до 16 000 долларов. И шестизначные суммы не являются чем-то необычным»[419]. Как только ребенок поступает в школу, нагрузка на него становится невыносимой. Некоторые дети проводят в школах по семь дней в неделю. Согласно отчету Reuters, «жесткая конкуренция за работу в будущем и амбициозные родители гарантируют долгие часы, проведенные в компании школьных учебников, а не друзей»[420].
Гаокао – китайский вступительный экзамен в колледж – требует такой же тяжелой и изматывающей подготовки, как и сынун. Высокое давление способно вызывать стресс и депрессию даже у молодых учеников. Опрос 2010 года, проведенный среди детей в возрасте от 9 до 12 лет в Восточном Китае, показал, что более 80 % очень волнуются об экзаменах, 67 % боятся наказания со стороны учителей и почти 75 % боятся физического наказания со стороны родителей за плохие оценки на экзамене. У трети детей регулярно наблюдались явные симптомы сильного стресса[421].
Американские родители обычно не так сильно давят на детей, как корейские или китайские. Но установка на успешную сдачу квалификационных экзаменов для повышения шансов на поступление в колледж породила многомиллиардную индустрию подготовки к экзаменам. В целой серии американских книг с названиями типа The Pressured Child и The Over-Scheduled Child говорится о том, что самые агрессивные родители не видят грани между помощью и нанесением вреда собственному ребенку[422].
Это конкурентная гонка жизни, и родители по всему миру не ошибаются, полагая, что преимущества, полученные после рождения, помогут детям добиться успеха. Вот почему родители готовы пойти на все для успеха собственного ребенка, включая использование новых инструментов генетики.
Небольшое, но постоянно растущее число из множества генетических тестов, разработанных для потребителей по всему миру, продают родителям специально для тестирования детей. Американская компания BabyGenes предлагает родителям узнать информацию о 170 генах, потенциально влияющих на здоровье. Тестирование выполняют по мазку изо рта ребенка. Родителям, прибегнувшим к данному виду тестирования, обещают, что они смогут получить представление о пищевой переносимости детей, их пищевых привычках, чувствительности к пассивному курению, склонности к зависимостям и гиперактивности, а также о том, является ли ребенок жаворонком или совой[423].
В Китае стали открываться сомнительные «институты здравоохранения», заявляющие, что смогут предсказать будущие сильные стороны ребенка. Одна из развивающихся сетей Martime Gene предлагает родителям генетический тест, якобы определяющий таланты детей к 20 различным видам деятельности, включая танцы, математику и спорт. Некоторые китайские родители уже сейчас тратят около 1500 долларов за генетический тест под названием myBabyGenome, который показывает 950 генов, связанных с риском заболеваний, 200 – с реакциями на лекарства и 100 – с физическими и психологическими особенностями личности[424].
Источник: Map My Gene, http://www.mapmygene.com/services/talent-gene-test/*.
Изображения с сайта малазийской компании Map My Gene отлично показывают, какую именно информацию чаще всего получают родители.[425]
В настоящее время такие типы генетических тестов полезны скорее для выявления рисков моногенных мутаций, чем для точного прогнозирования каких-либо признаков. Тем не менее конкурентное давление на родителей за доступ к пока что не доказанной и мало надежной технологии велико. Зная это, ряд государств вмешивается в процесс с целью защиты потребителей. В 2013 году, признав недостаточную точность тестов и тот факт, что широкий доступ к генетическим данным плохо повлияет на общественность, Управление США по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов временно запретило генетической компании 23andMe предоставлять клиентам-потребителям прогностическую медицинскую информацию о вероятности возникновения генетических заболеваний. В Европе же Франция и Германия запретили прямое генетическое тестирование для потребителей[426].
Но такой уровень осторожности не всегда будет уместным. Генетические тесты совершенствуются. Благодаря полигенной оценке они могут довольно точно предсказывать даже более сложные признаки. Кроме того, сами потребители научились лучше управлять полученной информацией. Роберт Грин, специалист по медицинской генетике из Гарварда, и его команда представили серию исследований, которая показала: при должном уровне обучения обычные люди способны правильно воспринять даже сложную генетическую информацию[427]. Предоставление сложных генетических данных широкой публике потребует масштабной общественной просвещенности, установления новых стандартов и реформ в сфере здравоохранения. И все же работа Грина доказывает, что все это возможно. Этот тип доступного тестирования станет началом кривой принятия генетических технологий потребителями, включая родителей.
Но будут ли родители из Кореи и других стран мира, уже сейчас готовые отправлять детей в круглосуточные школы интенсивного обучения, также готовы и отбирать эмбрионы, оптимизированные под нужный родителям уровень успеха? Если они начнут это делать, то захотят ли также генетически улучшать их для устранения риска заболеваний, параллельно внося в эмбрионы небольшие генетические «правки» для повышения конкурентоспособности будущего ребенка в той или иной области? Если родители уже сейчас тратят колоссальную энергию на то, чтобы наделить детей рядом преимуществ, накопленных после рождения, то насколько большим шагом для родителей станет возможность наделить детей определенными преимуществами еще до рождения?
Лучшие мировые инженеры, программисты и другие технические специалисты получают множество преимуществ перед своими коллегами. А генетическая предрасположенность может стать одной из составляющих успеха. Здесь, как и в спорте, большую роль играют сила воли, эмоциональный интеллект, склад личности, взаимоотношения, групповая динамика и удача. Причем какие-либо различия, включая разные генетические предрасположенности, могут превратиться в разницу между тем, будет ли человек мировым лидером, признанным и получающим вознаграждения, во множестве сфер или нет.
Перспектива даже частично определенного генетикой мира весьма оправданно пугает многих. Поэтому родители будут справедливо переживать, что принятие решений о генетическом составе будущих детей способно уменьшить их чувство автономии, инициативности, значимости и свободы воли. По этим и ряду других причин большинство родителей решат частично или полностью отказаться от генетического тестирования, вспомогательной репродукции, генетического скрининга, отбора эмбрионов и генной инженерии на каждом этапе своего пути. Но выбор – согласиться, отказаться или сделать что-то среднее – всегда сопряжен с конкурентной ценой, которую родителям, как и национальным олимпийским комитетам, придется заплатить.
Например, те родители, которые выбрали полную генетическую оптимизацию, смогут
