– Позволь не согласиться с тобой, Ник, - наконец подал голос Васа, - одно то, как ты провел исцеление Леона говорит о многом. Так не всякий маг лечить может. Это очень высокий уровень мастерства. Уж поверь мне, старому магу. Даже я бы справился с этим за большее время. Правда я и не целитель, но тем не менее это так.
Я пожал плечами.
– Мое дело предупредить. Я конечно могу полечить раненных. - при этих словах Дортмун радостно улыбнулся, видно он действительно переживал за своих людей, тьфу! Гномов. - На небольшом расстоянии смогу, пожалуй, определить засаду вроде той, что вы встретили. Кое-что еще по мелочи. Так что, особо не рассчитывайте в этом смысле на меня. Чтоб потом не было разочарования. - я вопросительно посмотрел на Васу и Дотмуна. Мерк в разговоре не участвовал, только внимательно слушал. Маг и гном переглянулись и согласно кивнули мне.
– Только у меня есть просьба к вам, вернее к мэгу Васе. - наконец решился я. Тот медленно кивнул мне, мол продолжай. - Во время пути, пока есть возможность, я бы хотел, чтобы вы мне преподали несколько уроков. Я понимаю, что за такое время чему-то научиться невозможно. Но хотя бы основы вашего искусства, - польстил ему я, не сказав 'ремесла', - и некоторые теоретические знания были бы весьма кстати.
Мы еще некоторое время поговорили о моих обязанностях. Так как мы еще на сутки собрались остаться в трактире, то я пообещал завтра же осмотреть раненных.
– Да, вот еще что, - вдруг вспомнил Дортмун, - Так как ты сражался наравне со всеми, то имеешь полное право выбрать себе трофейные доспехи и оружие по количеству убиенных тобою противников. Если захочешь взять себе больше - договоримся.
– Интересно, а как вы определяете, скольких противников воин убил? - усмехнулся я, - неужели кто-то считал во время боя? Да и как определить, кто убил данного конкретного противника? Например, если я сбил противника с ног, а другой гном его убил. Чей он? - мне действительно стало интересно как они проводят такие подсчеты.
Дотмун смутился. Оказалось, что действительно, каждый говорит, сколько предположительно завалил противников. Потом складывают, уточняют кто что видел. Спорные трофеи записываются на воина с меньшим количеством убитых врагов. Оставшихся убитых врагов записывают на своих погибших примерно равными долями, такие трофеи отдают родственникам погибших или же в денежном эквиваленте, чтобы долго не возиться с тяжестью и при первой возможности продать.
Я пообещал завтра посмотреть на трофеи. Вряд ли, конечно, что-то выберу. Может деньгами возьму, или в городе со всем остальным продадим.
У же собираясь вставать, я был остановлен неожиданным вопросом, прозвучавшим из уст Мерка Инвази.
– Если это не покажется вам бестактным, - произнес он, - и не является тайной, не могли бы вы сообщить нам из какого вы рода?
Я сначала не понял самого вопроса, слишком контрасно для моего слуха он прозвучал. Затем до меня дошел смысл, и я понял, что он задал его на том же языке, на котором я общался с Леоном. Я несколько мгновений смотрел на него, как, впрочем и Дортмун с Васой, пытаясь по-быстрому придумать ответ. Затем отрицательно покачал головой и ответил на том же языке:
– Простите, это не в моих интересах. - Я встал и, откланявшись, отправился наверх, взяв со стола только мешочек с деньгами за охрану и не тронув остальные два. Пусть этот мой жест заставит их задуматься.
'Умник! Давно хочу спросить. Как это так получается, что я спокойно говорю на чужих языках? Как насчет физиомоторных навыков? Даже для такой простой мышцы, как язык, они нужны. Знание языка еще не гарантирует способности говорить на нем - тренироваться надо, а я не чувствую особого дискомфорта, когда говорю. Не может ли быть такого, что и эти навыки снимаются и их можно передать?'.
'Хм. Возможно впопыхах я снял и такую информацию. Надо проанализировать. Хотя и сомневаюсь.'
'Ты смотри там, аккуратнее будь' - нарочито недовольно выговорил я Умнику, - 'а то снимешь так какую-нибудь информацию о вредных привычках существа, а мне потом мучайся, откуда меня тянет на всякую непотребщину". Правда немного поразмыслив, я добавил - "А вообще это интересная идея. Ты подумай, а можешь ли ты снять физиомоторные навыки с существа, чтобы их можно было безпроблемно внедрить в мою физио-структуру. Понятно, что их надо будет все равно натренировывать в своем теле, но это же какой плюс!' - я даже воодушевился от такой мысли. М-да… Мечта идиота, получить без пота, ничего не отдавая взамен. Ладно, в моей ситуации нечего комплексовать, авось в этом мире с помощью Умника удастся вытворить такое. Я вспомнил старую сказку из детства, где один король с помощью волшебства перенимал все навыки мастеров, правда полностью отбирая их у доноров и в результате остался единственным вменяемым существом в своем королевстве. Покачав головой, я выбросил все посторонние мысли из нее и направился в комнату Тишь.
Земли эльфов. Гора Бога. За несколько часов ранее до описанных событий.
На горе, непосредственно над отверстием с проходом в древний корабль инопланетного существа, на камнях сидели два эльфа и любовались закатом. Один старше другого, впрочем, этого практически не было заметно. Именно он любовался закатом. Второй эльф сидел хмурый и недовольный. Впрочем и этого было незаметно по его лицу. Надо быть эльфом, чтобы различать эмоции другого эльфа, разумеется, если он специально не показывает их. Наконец молодой прервал затянувшееся молчание:
– Ну и что теперь, отец?
Лаурин задумчиво щурился на заходящее солнце, получая эстетическое наслаждение от зрелища. Вид был даже лучше, чем из замка. Надо будет взять кисти с краской и холстом и как-нибудь наведаться сюда еще, чтобы нарисовать закат, подумал он с некоторой долей сожаления, понимая что времени у него может и не быть.
– А ничего, - ответил он и улыбнулся.
– Как ничего? - возмутился молодой, - что мы будем делать с чужаком?
– Ничего сверх того, что уже сделано. - Спокойно ответил король светлых эльфов.
– Объясни, отец. Я не понимаю, почему ты бездействуешь. Мы убедились, что чужак был в гробнице. Иначе не объяснить расположенной на входе мумии демона в такой позе. Не умер же он стоя? И что значит этот жест у мумии?
Лаурин вспомнил как у него сжалось сердце, когда он, магически заблокировавшись от всех возможных воздействий извне вошел внутрь гробницы, и потом долгое время петлял по лабиринту, в конце которого оказался тупик. От неожиданности того, что он увидел, Лаурин чуть не выплеснул заклинание огня на стоящую фигуру. Но вовремя остановился. Это оказалась старая мумия демона, очевидно бывшего ранее магом, судя по его одежде и по тому, что он здесь очутился. Правая рука демона была согнута в локте, левая лежала на ее сгибе. Что означает этот жест, Лаурин не знал, да впрочем это его особенно не заинтересовало. Понятно, что это сделал чужак, возможно даже, чтобы оскорбить эльфов, но Лаурин прожил может и не слишком долго для эльфа, но мудрости и здравомыслия у него хватало, чтобы не обращать внимания на такие мелочи. Обследовав конец дороги, он понял, что это действительно тупик. Никаких проходов ни визуально, ни магически не определялось. Древние хорошо прятали то, что не должно попасть в чужие руки. Возможно и чужак ничего тут не нашел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
