Блейз не ожидала, что он схватит ее за волосы, но освободиться не пыталась. Ее волосы были прохладными и шелковистыми на ощупь.
— Так ты пришла сюда, чтобы обсудить со мной изъяны моего характера?
Его резкий голос звучал угрожающе, но Блейз не собиралась сдаваться, ему не удастся избавиться от нее. Она этого не допустит.
— Я пришла, чтобы утешить тебя.
Он посмотрел на нее долгим, пристальным взглядом.
— Так утешай.
Он резко потянул Блейз за волосы, и она потеряла равновесие. Непроизвольно вскрикнув, она уперлась руками в плечи Джулиана, чтобы не упасть на него. К негодованию Блейз, ее грудь прижалась к лицу Джулиана. От этого внезапного прикосновения ее соски отвердели прежде, чем она успела выпрямиться. Впервые почувствовав страх, она попыталась отодвинуться назад, насколько это было возможно. На мрачном лице Джулиана она читала откровенное желание, от него исходила опасность.
— Сними халат.
— Зачем? — Блейз настороженно смотрела на него, — Что ты собираешься делать?
— Ты хотела утешить меня. Хочу облегчить тебе задачу, делай то, что я скажу.
Повинуясь желанию мужа, Блейз дрожащими руками расстегнула застежку на халате. Халат соскользнул с плеч на пол.
— Подними подол рубашки.
— Ч-что?
— Ты меня слышала.
Да, она его слышала, но не могла поверить ушам. Под рубашкой у нее ничего не было. Блейз неподвижно стояла, не подчиняясь ему. Тогда он взял инициативу в свои руки — поднял мягкую ткань и закатал ее до талии. Она стояла перед ним, наполовину обнаженная и совершенно беззащитная. Каждая клеточка ее тела трепетала.
— Подними рубашку выше.
Едва соображая, что делает, Блейз повиновалась, хватаясь за рубашку, будто та могла дать ей силы.
По-прежнему не сводя с нее глаз, Джулиан просунул ладонь меж ее бедер, заставляя немного раздвинуть ноги, а потом одним пальцем погрузился в нее.
Блейз громко вскрикнула. Джулиан наблюдал за ней из-под полуопущенных век, лаская в глубине влажной и теплой плоти отвердевший бутон ее женственности. Блейз казалось, что пальцы его горят как пламя. Мышцы живота и бедер непроизвольно напряглись в ответ, потянулись к нему, стремясь к наслаждению, которое он уже давал ей. Он не переставая ласкал ее, проникая все глубже и глубже. В одно мгновение горячие соки желания потекли из нее.
Глаза Джулиана жадно сверкнули, когда он почувствовал, как ее тело отвечает ему. Он отпустил ее волосы, освободив обе руки, чтобы обнять ее за бедра, наклонился вперед и прижался губами к ее трепетному животу. Блейз слабо сопротивлялась.
— Джулиан… — Она покачала головой. Сердце ее билось часто-часто, ей казалось, что она вот-вот потеряет сознание.
Он не обратил внимания на ее мольбу, взял за коленку ногу Блейз и поставил ее себе на бедро, раскрывая перед своим разгоряченным взором ее горячую плоть. Блейз потеряла равновесие и, чтобы не упасть, ухватилаеь-эаего плечо.
— Что ты… — Голос изменил ей, когда он провел влажным языком по внутренней стороне ее бедра. — О!.. — только и смогла вымолвить Блейз, когда Джулиан принялся целовать пульсирующий бугорок.
Потом она почувствовала, как язык Джулиана вошел в нее.
— Нет… нет… не надо… — чуть слышно прошептала Блейз.
— Нет… я не перестану. — Он почти прорычал эти слова, не отрываясь от нее. Ладонями он сжал ей ягодицы, чтобы не дать упасть. Его горячие губы обжигали нежную кожу.
Блейз задрожала. Она и представить себе не могла, что мужчина может доставлять женщине такое наслаждение. Она ухватилась рукой за его золотистые кудри. Джулиан продолжал свой натиск, будя ее чувственность. Его язык входил в нее и ласкал доводя до исступления. Когда она застонала, он притянул ее еще ближе. По-прежнему крепко сжимая ее упругие ягодицы руками, он плотнее прижал ее к своему лицу. Блейз оставалось только терпеть эту огненную муку.
Дыхание ее сделалось прерывистым и частым. Бедра ее извивались под властью его языка и его опытных губ. В груди нарастало рыдание. Мышцы ее дрожали от невероятных ощущений, жар взрывоопасной силой копился в ней. Она прильнула к нему, ища облегчения… Облегчения, в котором он ей отказывал.
Неожиданно Джулиан отодвинулся от нее. Если бы он не поддерживал ее сзади, она бы упала.
Ослепленными страстью глазами она смотрела на него, на его влажные от ее сока губы. Блейз поняла, что он хочет раздеться. Джулиан распахнул халат, и Блейз увидела его тело. Его мужская плоть, дерзко устремленная вверх, приглашала ее к наслаждению. Он взял ее руку и положил на свою пульсирующую плоть.
— Ты знаешь, что делать?
— Да, — срывающимся шепотом ответила она. Сердце у Блейз учащенно билось от возбуждения, когда она усаживалась на Джулиана. У нее вырвался вздох болезненного наслаждения, стоило ей опуститься на его твердую плоть и почувствовать, как та стремительно входит в нее. Именно этого Блейз и хотела — радости быть с ним, если не душой, так хотя бы телом.
Голова ее откинулась назад, глаза закрылись. Не переставая стонать, она приникла к нему, стремясь получить наибольшее наслаждение.
Почувствовав острое возбуждение Блейз, Джулиан забыл свой гнев, забыл обо всем, кроме этой лихорадочно жаждущей любви женщины в его объятиях и своего желания обладать ею. Он входил в нее, заполняя снова и снова.
Джулиан ощутил, как Блейз достигла пика наслаждения, волны страсти сотрясали ее, и сразу же он перестал сдерживаться. Он выгнул спину, отвечая огненной потребности своего тела, и излил в нее жарким потоком свое семя. С облегчением, которое он испытал, ушли злость и вина, подобно воде, прорвавшей плотину. В воцарившейся тишине было слышно только их прерывистое дыхание.
Блейз первой пришла в себя. Влажная и обессилившая, она лежала на груди Джулиана, прижимаясь лицом к его мокрому виску. Они еще долго-долго неподвижно сидели, не в силах оторваться друг от друга. А потом Блейз почувствовала, как Джулиан ласкает губами ее волосы, словно извиняясь за свою жестокость, и удовлетворенно вздохнула.
Она добилась своего. Блейз понимала, что муж получил не просто физическое облегчение, но и утешение. В его страсти был оттенок отчаяния, она знала это. Она сумела добиться, чтобы Джулиан забыл о своих тяжких мыслях, дал себе волю, освободился от угрызений совести, преследующего его чувства вины и попал в мир, где царствуют только страсть и желания.
Сейчас этого достаточно. Нельзя ожидать победы за одну ночь. Слишком долго мучился Джулиан, чувство это стало частью его. Потребуется немало времени, прежде чем он станет прежним, прежде чем зарубцуются раны на его сердце и оно будет способно снова принять кого-то.
