Читаем без скачивания О бочках мёда и ложках дёгтя - Юрий Болдырев

В воду ушли концы денег. А что же с должностными лицами Правительства, нанёсшими нам всем ущерб своими противозаконными действиями (сначала направили бюджетные деньги в свою карманную общественную организацию, а затем не исполнили предписание Счётной палаты и тем позволили спрятать украденные бюджетные средства за рубежом)? Как известно, тогдашние и Председатель Правительства В.Черномырдин, и министр финансов А.Лившиц - живы, здравствуют на свободе и, естественно, не бедствуют. Что ж, Россия - щедрая душа!

ВОРЫ ИЛИ ДУШЕГУБЫ?

В оправдание практического беспредела с разворовыванием госресурсов в общество году примерно в 93-м была вброшена идея альтернативы: воры или душегубы? В том смысле, что выбор ограничен: либо нынешние, совершенно очевидно уличаемые на каждом шагу в прямом воровстве или, как минимум, в потакании ему, либо - торжество душегубов и возврат к 1937-му... С однозначным выводом: "Воры -лучше душегубов!"

Эта предложенная апологетами безнаказанности воровства у общества альтернатива "воры - или душегубы" была широко распропагандирована и, безусловно, сыграла свою разлагающую роль, в том числе, позволила на протяжении длительного времени оправдывать как якобы вынужденные такие действия нашей власти, которые в любом более или менее цивилизованном обществе - категорически неприемлемы, жёстко и неотвратимо наказуемы.

У нас же эта идеология интенсивно раскручивалась до выборов Президента в 1996-м году, и это, похоже, сказалось на их результате.

Но действительно ли альтернатива именно такова?

И тогда, и тем более теперь (когда у нас за плечами уже значительный опыт) я придерживался и придерживаюсь иной точки зрения. И одно из моих интервью, данных "Известиям" по их просьбе в 1994-м году (после убийства журналиста Д.Холодова, который изучал в том числе всё, что связано с Западной группой войск, а мне в период руководства Контрольным управлением Президента в 1992 году пришлось заниматься этой проблемой), называлось так: "Воры - не могут не стать душегубами" - с соответствующим обоснованием в тексте. И смерть того же журналиста Д.Холодова - лишь первая ласточка в тогда ещё незримой, но намечавшейся череде. Ведь до начала чеченской войны оставалось всего около двух месяцев...

И в целом, если говорить не о мелких карманниках, а о тех, кто присваивает себе сотни миллионов и миллиарды, цена вопроса определяет неумолимую логику процесса: воры по-крупному - непременно со временем находят, растят и востребуют душегубов, а значит опосредованно - и сами, по существу, ими становятся.

БЮДЖЕТ - КАК ЛАКМУСОВАЯ БУМАЖКА

Стоит обратить внимание на ещё одну важную особенность всего, что связано с бюджетом - на способность этой сферы выступать в роли некоторого индикатора качества работы и даже намерений, направленности действий власти.

Ведь есть сферы деятельности исполнительной власти, в которые, в силу их специфики, обществу глубоко заглянуть трудно. Например, это касается деятельности спецслужб. Исполнение же бюджета -одно из важнейших полномочий исполнительной власти - сфера, закрытость которой от общества не может иметь никаких разумных обоснований, кроме попыток прикрыть воровство. И оценивать деятельность власти по исполнению бюджета сравнительно легко - есть вполне конкретные и бесспорные критерии. Поэтому общество, внимательно присматриваясь к исполнению властью этой функции, может делать для себя серьёзные выводы и в части выполнения ею иных обязаностей.

Конечно, возможна ситуация, когда то, что на виду, власть делает просто образцово, а то, что скрыто -совершенно недолжным образом. Конечно, это возможно. Но вот противоположное - когда власть из рук вон плохо справляется с тем, к чему приковано всеобщее внимание, да ещё и явно противится всему, что делает её деятельность наблюдаемой и понятной, но одновременно чрезвычайно старательна и добросовестна в том, чего никто не видит - такое невозможно точно!

Таким образом, в определённых случаях наблюдение за исполнением бюджета может дать нам точную характеристику как конкретных высших должностных лиц государства (их элементарной добросовестности), так и характеристику всей действующей системы государственного управления.

Достаточную информацию о происходящем в бюджетной сфере можно почерпнуть из уже неоднократно упоминавшегося мною издания - Бюллетеня Счётной палаты Российской Федерации. Во всяком случае это касается периода по конец 2000 года, когда я работал в Счётной палате.

Здесь же, вместо перечисления воистину бесконечных примеров заведомой недобросовестности власти и нанесения ею нам с вами колоссального ущерба, я попробую буквально несколькими штрихами обрисовать некоторые особенности нашего федерального бюджета и его исполнения - те особенности, которые обычно остаются за пределами внимания широкой публики.

КАЗНА С ДВОЙНЫМ ДНОМ (причём - многослойным)

Сколько у нас федеральных бюджетов? Оказывается, несколько. Есть федеральный бюджет как таковой. Но есть ещё и так называемые государственные внебюджетные фонды. По логике нормального государства все госресурсы, разумеется, должны быть под строгим общественным контролем, для чего и создаются специальные контрольные органы, независимые от распоряжающейся госресурсами исполнительной власти.

По нашей Конституции Счётная палата создаётся для контроля за исполнением федерального бюджета. Из этого командой Президента был сделан простой вывод: к внебюджетным фондам, включая пенсионный (по объёмам средств - до трети федерального бюджета страны). Счётную палату - не подпускать. И в процессе разработки и принятия закона о Счётной палате в 1994 году мне (как разработчику закона от Совета Федерации) пришлось немало биться, чтобы доказать, что конституционное понятие "бюджет" является общим, широким, включающим в себя все имеющиеся у государства "кошельки", так как никаких "внебюджетных" фондов Конституция вообще не предусматривает. Несмотря на резко отрицательные заключения на закон в этой части со стороны Правительства и разнообразных правовых управлений, несмотря на вето Президента, в аргументации которого, естественно и прежде всего, было несогласие с объёмом полномочий создаваемой Счётной палаты, тем не менее, отстоять такой подход нам удалось. В результате государственные фонды, бюджеты которых принимаются отдельными законами, стали всё-таки подконтрольны Парламенту и обществу.

Но это оказалось не единственным вторым дном нашего бюджета. Поясню на примере.

Создаётся какой-нибудь очередной приправительственный центрик или фондик. Близкие к власти руководители и сотрудники этих кормушек начинают получать в нём по десять-пятнадцать тысяч долларов в месяц - при сохранении зарплаты министра на уровне в триста долларов, совершенно смехотворном по сравнению с масштабом полномочий и (должной бы быть) ответственности. По какому же праву и из каких средств в этих центриках и фондиках платят такие деньги? А это, отвечают нам весьма бойко, не ваше дело: деньги - не из бюджета. Откуда же тогда? А это, отвечают столь же бойко, кредиты Мирового банка (или Европейского банка реконструкции и развития и т.п.). А отвечать по этим кредитам кто будет, кому они даны? Вот в этот момент наступает некоторая заминка, вся прежняя бойкость и уверенность куда-то пропадают, но не надолго:

кредиты даны Правительству, и оно имеет право распорядиться ими как хочет... И распоряжалось на протяжении многих лет весьма и весьма произвольно - так, что какой-либо пользы, кроме щедрого кормления "своих", Счётной палате усмотреть не удалось. Оплачивать же все - нам.

Корректности ради надо признать, что какая-то часть подобных кредитных средств всё-таки шла и на дело. Но что это за дело, и какова была эффективность использования этих средств? Приведу пример.

Как-то во время командировки в Новосибирск я оказался на заседании регионального законодательного органа как раз в то время, когда сотрудники тамошней контрольно-счётной палаты докладывали депутатам о результатах проверки эффективности использования одного из зарубежных кредитов, выданного на "совершенствовани социальной инфраструктуры". В ходе "совершенствования" изучалась ситуация, а также строилось несколько объектов. И контрольно-счётная палата представила интересные данные. Во-первых, при выполнении работ по "изучению ситуации" привлечённые специалисты в значительной степени просто дублировали деятельность органов государственной власти. И во-вторых, эффективность расходования привлечённых кредитных средств (в данном случае она оценивалась как соотношение между тем, что пошло на строительство объектов, и тем, что взяли в кредит) составила ... менее тридцати процентов. А куда же делись остальные более двух третей средств? А остальные пошли на создание и функционирование соответствующей организации, осваивающей средства, изучение ситуации, консультирование и тому подобные жизненно-важные вещи...