— А вы как? — неприязненно спросила она, отодвинув ногой подушку.
— Грифоны закинули. Здесь красиво…
Он приподнялся на локтях, похлопал по одеялу рядом.
— Присаживайся.
— С вами все в порядке? — настороженно спросила девушка. — Вы что-то слишком добры.
— Да ладно, — усмехнулся Эрхан, обдав винными парами. — Все нормально. Я отдыхаю. Могу себе позволить некоторые вольности.
— А вам не кажется, что вы слишком много пьете? — хмуро спросила девушка, разглядывая пузатую бутылку из-под рома.
— А тебе что за дело? — закрыл глаза мужчина, снова растягиваясь на одеяле.
«Какой он длинный», — поразилась Лиэль. Широкие плечи, грудь, едва прикрытая тонком полотном рубашки. Волосатый живот… Руки с длинными пальцами, изящные, несмотря на то, что кисти явно больше, чем её. Он лежал с закрытыми глазами. Русые волосы с выгоревшими прядями, длиннее, чем обычно он носил… Светлые ресницы. Прямой ровный нос. Губы, такие мягкие на вид, беззащитные. Лиэль вздохнула, ругая себя за такие мысли. Сейчас, так близко к нему, она была готова согласиться с девицами из университета — он ужасно красивый. До этого она не приглядывалась вот так, детально. Он был какой-то целостной фигурой, ректором, первым советником королевы, известным, публичным человеком. Она воспринимала его целиком, без деления на ноги-руки-уши. Потом его холодность, резкость, жестокость разозлила, заинтриговала её, во что бы то ни стало захотелось сломать, покорить, изменить… Внешне он был не противен, и это главное.
Лиэль легко опустилась на колени рядом, придирчиво рассматривая Эрхана. Её не волновало, что он, скорее всего, чувствовал на себе её взгляд. Грудь его спокойно вздымалась, ресницы четь подрагивали, но лежал он неподвижно, словно спал. Ей очень хотелось дотронуться до него, прикоснуться к груди — в самом ли деле она такая твердая, как кажется, к животу — мягкий ли? Ей хотелось рассматривать его не торопясь, впитывать в себя каждую его черточку, каждую морщинку под глазами. Даже уши умиляли её. Но особенно нравился ей его профиль — тот идеальный профиль, доставшийся ему от императора Эрлиха, который и поныне сверкает на монетах. Не удержавшись, не отдавая себе отчета в своих действиях, она медленно провела пальцем по выпуклому лбу, носу с заметной лишь пальцу горбинкой, прикоснулась к губам, мягким, нежным… Неожиданно он поймал её палец губами. Отдернув руку, она отчаянно покраснела, жаркая волна прошлась по животу. Он, смеясь, глядел ей в глаза, протянул руку, убрал волосы с её лба. Казалось, время замерло, наступила мертвая тишина, слышно было, как отчаянно колотятся два сердца. Эрхан осторожно, едва касаясь, провел ладонью по её волосам, положил руку ей на затылок, привлек к себе. Лиэль закрыла глаза в предвкушении. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем его губы прикоснулись к её губам. Это поцелуй не был похож на предыдущие. Он нежно исследовал её губами — рот, щеки, подбородок, глаза, лоб… Лиэль не выдержала, с всхлипом обвила руками его шею, сама нашла его губы.
«Что я делаю?» — пронеслось в её голове.
Она вырвалась из его объятий, с испугом уставилась на него.
— Что вы делаете? — спросила она растеряно.
— Я тебе говорил, что ты прекрасна? — спросил он, тяжело дыша. — Самая красивая…
Лиэль в отчаянии вскрикнула, вскочила и бросилась вниз со скалы.
Да! Демон внутри неё заверещал, забился. Ему не хотелось умирать. Крылья словно бы со скрипом расправились, задвигались. Лиэль сквозь черную боль ощутила безумную, невероятную силу. Казалось, она может все. Легко взмахнула крыльями, лишь удивившись мимоходом, что не чувствовала их раньше. Боль ушла, зрение невероятно обострилось. С глаз словно сдернули пелену. Она могла рассмотреть каждую соринку на земле, каждого муравья, каждую рыбку на дне озера. Невероятная красота окружающего мира поразила её. Зеленые цвета растений, пестрые шатры, голубизна неба, миллионы оттенков в каждой песчинке, совершенная красота прожилок каждого листа…
— Ограничивай силы, ограничивай! — заверещал над ухом Горхель. — Сдохнешь же! Выключай зрение, слышишь!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Лиэль, немного очнувшись, встряхнула головой.
— Ты давно здесь? — удивленно спросила она грифона.
— Уж полчаса пытаюсь до тебя докричаться, — облегченно вздохнул Горхель. — Эрхан уже всех на уши поставил.
— Полчаса? — изумилась Лиэль. — Да я же только что…
— Не дури, — резко сказал грифон. — Давай вниз.
Лиэль сделала крутой вираж — ах, как сладко замирало в животе от ощущения полета! — и стрелой помчалась к земле.
— Осторожнее! — закричал Горхель, да и грифоны, внимательно наблюдавшие за ними снизу, тоже встревожено хлопали крыльями.
У самой земли девушка плавно затормозила и спокойно приземлилась. Она оглядела себя, порванное белое платье, грязь и ссадины на ладонях, грифона, сияющего золотым светом с багровыми тревожными отблесками, покачала головой и легким движением руки преобразила свое платье в белую с золотой полосой на подоле тунику до колен.
Горхелькрякнул и сел на задницу, озадаченно глядя на нее.
К Лиэль подбежал Эрхан и, схватив её за плечи, начал трясти словно грушу. Несколько раз он прижимал её к себе, отталкивал, разглядывал и снова тряс. Те слова, что он говорил, Лиэль слышала только в доках в обществе пьяных матросов.
— …. Дура! — наконец с чувством закончил он. — Я чуть не рехнулся, когда ты прыгнула. Есть ли у тебя мозги?
Он еще раз встряхнул слегка потерявшую ориентацию девушку, крепко поцеловал её и, наконец, отпустил.
- Что это было? — удивленно спросила Лиэль, потирая плечи. — У меня, кажется, мозги от такой тряски перемешались.
— Ты в порядке? — выдохнула Талана, подбежавшая к ним.
— Лучше, чем обычно, — спокойно ответила Лиэль.
Она поднесла к глазам кончики пальцев. Ей казалось, что по ним пробегают маленькие искорки, чуть покусывая, покалывая.
— Круто, — сказал Эрхан. — Ты поглотила демона.
— Как? — мгновенно посерьезнела Лиэль. — Как поглотила?
— Он слился с твоей сущностью, — ответил Эрхан. — Растворился в тебе. Он — это ты, ты — это он. Раньше еще можно было вас разделить, теперь всё.
— И что теперь делать? — растерялась Лиэль.
Она и в самом деле ничего не понимала. Неестественная острота зрения ушла, присутствующие казались уже не сияющими, а чуть заметно окруженными туманной дымкой, крылья налились чугунной тяжестью. Только острое чувство красоты окружающего мира никуда не делось.
— Боюсь, теперь мне придется заниматься любовью с демоном, — пожал плечами Эрхан. — Ничего не поделаешь.
Ахнула Талана, Лиэль открыла рот от удивления.
— Заниматься… Ой! — пролепетала она, неожиданно испугавшись.
— Нам нельзя терять ни дня, — серьезно сказал Эрхан. — Вдруг ты умрешь?
Лиэль с облегчением рассмеялась.
— Да вы шутите! Решили напугать меня! Признаю, я вела себя как дурочка…
— Не шучу, — ответил Эрхан, беря её за руку и целуя ладонь. — Ты мне нужна.
— Я не хочу! — закричала Лиэль. — Я не готова!
Талана фыркнула насмешливо. Эрхан взял лицо Лиэль в ладони, приблизил к своему, едва не касаясь носами, заглянул в глаза:
— Уверена? — спросил он. — Я буду ждать.
Он резко отпустил её и направился в свой шатер.
— Он сошел с ума, ты сошла с ума, — прокомментировала Талана. — И то славно. Не я одна свихнулась.
Лиэль нерешительно улыбнулась и потрогала пальцами губы.
Глава 45. Т’ига
— Что ты сделал? — недоверчиво спросила Эрин. — Скажи мне, что я ослышалась! Пятеро т’ига в университете? Да ты рехнулся!
— А куда мне их еще звать? — пожал плечами Тариэль. — Не во дворец же? Кстати, их будет трое. Арана вряд ли осмелится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— На корабль. Ты мог бы позвать их на корабль.
— Я хочу, чтобы ты тоже присутствовала.
— Вот еще! Даже думать об этом не хочу! Негоже мне, королеве, в ваши дела вмешиваться!
— Ах вот как мы заговорили? — вскинул брови Тариэль. — Ну смотри… Будет война, придется вмешаться.
