И тут я почуяла его присутствие, как тогда, в лаборатории химер, кто-то пялился мне в затылок. Возможно это и не инкуб, мало ли кто еще может так использовать подпространство. Но внутренний голос упрямо вбивал одну мысль: «Он здесь… Он здесь… Готовься!».
Это продолжалось минуты две, которые можно считать за два года жизни, потом ощущение пропало, и я облегченно вздохнула. Зачем он приходил? Будет ли он на суде? Чем это все грозит мне? Какие у демона планы, связанные со мной? Почему он, то поручает меня убивать, то запрещает? Так, стоп, а кто сказал, что эльфийку послал Лазаол, это мог быть и Пророк. А ведь этого гада до сих пор не нашли. Может он и сейчас готовит очередную диверсию или убийство!
Итак, у меня есть демон, которому я поломала многие планы и одержимый предводитель тайного ордена, которому я также основательно напакостила. Да после таких врагов никакой Совет уже не страшен! В дверь постучали. Так, и здесь началось!
– Войдите. В дверях показался Оссолоэт.
– Я не поверил слухам,– насмешливо начал он.– Как провела ночь?
– Прекрасно,– буркнула я, заканчивая шнуровать сапог.– Чему обязана столь ранним визитом?
– Нервничаешь?
– С чего ты взял?
– А ты даже огрызнуться забыла.
– У меня плохое предчувствие, Лэт,– призналась я после небольшой заминки.
– Та-а-ак, чего нам ждать?
– Не знаю… Правда не знаю. Но все пройдет не так, как думаем мы – «монархисты», и даже не так, как ожидают «советники».
– О-о-о, тебя просветили о внутренней политике,– хмыкнул он и тихо добавил.– Иллия, что бы ни случилось на суде, Совет все равно попытается остаться сухим, утопив тебя, это я тебя по-дружески предупреждаю.
– Спасибо,– улыбнулась я, а потом серьезным тоном добавила:– Мне не нравится поведение твоего деда. Кажется, у него есть план, но он все решил взять на себя. Но вот осилит ли?
– Он правит страной дольше, чем мы с тобой живем на свете, справится. Значит, считаешь, что у него есть план? Не плохо было бы… Заседание начинается через час, не опоздай. Кстати, новость не слышала?– принц развернулся у самой двери.– Ночью около дворца видели белого единорога с обломанным рогом. Ничего по этому поводу сказать не хочешь?
– Лэт, клянусь, я понятия не имею, как он оказался здесь.
– Эрвиан сказал, что видел тебя с ним в особняке деда.
– Да. Я случайно его встретила, так же как до этого в кавусе, но за собой не звала.
– Я верю тебе, но согласись, очень странное поведение для животного данного вида.
Согласна, Ваша Высочество, и если выберусь из всего этого живой обязательно обсужу эту тему с Великим.
В зале Справедливости царила торжественная тишина. Только что свое выступление закончил один из Советников, и наступала моя очередь.
– Иллия, я понимаю, ты сейчас очень зла, но не давай им себя спровоцировать,– сказал магистр Рэмм, наклоняясь ближе ко мне.
– Я постараюсь,– выдавила я сквозь сжатые зубы.
Вирдирион был прав, это не суд, а посмешище. Самой первой темой внепланового открытого заседания Совета было… обсуждения реконструкции главного моста. Да, вот так. Когда я все это услышала, то минут двадцать приходила в себя. Они проводили обыкновенное заседание, на котором разбирали внутренние проблемы страны: налоги, военные реформы, экспорт товаров, подготовка к празднованию Ночи Феникса… Эти скоты просто издеваются!
Спустя три часа, после обсуждения всех тем, зашла речь о внешней политике Бэл'Лиона, и тогда слово взял один из Советников. Он коротко и четко со скучающей миной сообщил о том, что «у представительницы королевского дома сопредельного государства есть претензии, которые она хотела бы сейчас обосновать».
Я медленно поднялась со своего места и направилась к центральной трибуне. С мраморного постамента, к которому я подходила на меня надменно и презрительно смотрели эльфы. Первые признаки нервозности отозвались дрожью в пальцах. Хоть заседания и считалось открытым, народу в зале было мало.
В боковых ложах сидело не больше пятнадцати эльфов. Там же раньше сидела я, и где остались магистры Рэмм, Керль и Силониэль.
В громоздких креслах, около трибуны, расположился Совет в полном составе, то есть в количестве девяти штук, а чуть выше них, в центральной ложе, находились король, принц и какая-то незнакомая эльфийка в роскошном одеянии. Ее лицо было абсолютно непроницаемым, как восковая маска, и только подойдя, ближе я сумела заметить, что все это безразличие напускное. Если учесть, что эльфийка сидит в королевской ложе, а так же ее явную схожесть с королем, то можно сделать вывод, что они родственники. Только у одной королевской родственницы есть причины находиться на этом «суде». Поэтому рискну предположить, что данная особа и есть дочь Шеолмина – Белвериль.
Она мне не понравилась. Раньше я такой антипатии к незнакомому эльфу не испытывала, но против этой дамочки восстало все мое чутье и, судя потому как бесстрастное лицо принцессы начало искажаться злобой, чувство неприязни было обоюдным.
– Мы слушаем вас,– сказал председатель Совета, как только я встала у трибуны.– Регламент пять минут.
Ну и что после всего этого фарса я должна была сказать? Меня просто выставили на посмешище. Можно до хрипоты сыпать обвинениями, но результатов это не даст. Доказательств нет!
Я вновь окинула взглядом лощеные довольные физиономии Советников. Некоторые даже глаза на меня не подняли, просматривая какие-то бумаги на столе. Я была для них мелким недоразумением, которое несколько отвлекло от важных дел, и потому внимания не заслуживает. Растерянность вдруг начала отступать, оставляя место злости. Вы считаете себя самыми умными?! Посмотрим!
– Я хотела бы встретиться с лидером ордена «Тень грифона», известного как Пророк.
– К сожалению, мы не можем выполнить вашу просьбу, так как этот достойный эльф скончался,– ответил мне один из Советников, которого я из-за изрядной худобы стала звать про себя Тощим.
– Какой кошмар!– «скорбно» взвыла я.– А я так перед ним и не извинилась за то, что спасла короля и Владыку, сорвала опыты над собой, разрушила лабораторию по выращиванию химер, освободила старшую эльфийку и друидку, обидела вызванного им демона… И как я с такой ношей на сердце жить буду?! Может, скажите, где найти его родственников или сподвижников, выражу им соболезнования.
– Госпожа Лацская, это – заседание Совета, фамильярности и комедиантству здесь нет места,– поджав губы, процедила эльфийка с молочно-белыми волосами, которую я нарекла Белоголовой.
– Я так полагаю, и мне-то здесь не больно рады, но вам придется смириться с моим присутствием! И на будущее, я – княжна и обращаться ко мне нужно – Ваша Светлость, раз мы общаемся без фамильярности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
