В такие моменты мне казалось, что все это действительно когда-то произошло со мной, что мое тело и я сам вспоминаем нечто, в самом деле имевшее место когда-то давным-давно, когда я еще не родился.
Меня больше не удивляло, что люди, подсознательно испытывающие сильный страх смерти, с легкостью принимают на веру теорию реинкарнации, особенно в том случае, если их жизнь сложилась так, что она не удовлетворяет их. Имея чуть-чуть воображения и достигая при помощи медитации измененных состояний сознания, они сталкиваются с реализацией своих тайных фантазий и желаний, с полной достоверностью «вспоминая» и с восхищением переживая свои воплощения в царей и знаменитых полководцев, мушкетеров и танцовщиц, великих художников и поэтов.
Нить жизни уносила меня все дальше и дальше. Картины становились более яркими и отчетливыми. Я видел горы гниющих трупов людей и животных под величественными кронами священных деревьев. Я видел людей, одетых в шкуры, с луками и копьями в руках. Они спорили о чем-то на непонятном мне языке, но смысл их разговора был мне ясен.
Нити жизни противников жертвоприношений засияли передо мной сплетениями золотого жгута, и я последовал за ними, поднимаясь вверх и проносясь через время и пространство. С высоты птичьего полета я наблюдал, как группа людей с зелеными ветвями в руках вышла из леса на бескрайние просторы степей. Я поднимался все выше и выше, и кинофильм Великого Исхода прокручивался передо мной...
Люди клана рождались и умирали. Они трудились и сражались. Они упорно двигались вперед по Великому Потоку Жизни, и вместе с этим движением росли их знания, их сила, их учение. Их нити жизни уходили в бесконечность, и далеко впереди, на горизонте, я различил, как их нити жизни соприкоснулись с моей, передавая ей опыт поколений. Не важно, где и когда я появился на свет. Не важно то, что я родился вне клана. Я все равно был одним из них...
Глава 23
Типология пяти стихий
Капли дождя, упавшие на лицо, вернули меня к действительности. Дождик был легкий, теплый, грибной, не требующий зонта. Мы шли по набережной закованного в бетон Салгира. Захваченный медитацией, я даже не заметил, как мы вошли в парк. Дождь напомнил мне о стихиях, о воде, падающей с неба и орошающей крону дерева, чтобы потом быть поглощенной землей. Вслед за этим вернулись воспоминания о Лин, снова вызвавшие к жизни мой внутренний конфликт. Даже если даос должен иметь много женщин, я этого не хотел. Мне было достаточно одной, и в то же время в глубине души я понимал, что Учитель прав, и для меня уже не существует иного выбора, кроме как следовать по пути Воинов Жизни. Если моя модель мира мешает этому, я изменю ее.
Приняв это решение, я вздохнул со смешанным чувством грусти и облегчения. На губах Ли блуждала саркастическая усмешка.
– Похоже, мне придется переквалифицироваться в турецкого султана и срочно завести гарем, – сказал я. – Чего только не сделаешь ради учения.
– Рад, что ты готов на такие жертвы, – похлопал меня по плечу Учитель. – Не беспокойся, это тебе понравится. Чего у даосов не отнять, так это умения получать удовольствие.
– Может быть, ты мне дашь какие-нибудь практические рекомендации? – предложил я.
Ли изобразил удивление.
– Интересно какие? – спросил он.
– Конкретные, – пояснил я. – Например, есть ли какая-нибудь специальная даосская стратегия охмурения женщин, по каким признакам различать стихии, к которым они относятся, сколько примерно женщин я должен иметь и каким образом строить свои отношения с ними?
Учитель укоризненно покачал головой.
– Ты неисправим, – сказал он. – Ты говоришь так, словно собираешься взять на себя соцобязательства и перевыполнять пятилетний план по взаимодействию со стихиями и построению дерева в кратчайшие сроки.
– Может, я не совсем правильно сформулировал свой вопрос, – попытался оправдаться я, – но, согласись, фраза «даос должен иметь много женщин» – слишком общая. С тем же успехом можно сказать: «сексуальный маньяк должен иметь много женщин». При таких сжатых формулировках разница между даосом и сексуальным маньяком как-то не просматривается.
– Пожалуйста, избавь меня от аналогий, – оборвал меня Ли. – Если бы ты не мог отличить даоса от сексуального маньяка, мы бы с тобой сейчас не разговаривали.
– Извини, – сказал я. – Конечно, я понимаю, что ты имеешь в виду, но мне бы хотелось услышать от тебя несколько конкретных советов. Может быть, ты все-таки ответишь на мой вопрос?
– Ты имеешь в виду специальную даосскую стратегию охмурения женщин?
– И это тоже.
Ли пожал плечами.
– Тебе она прекрасно известна. Ты уже не раз выполнял упражнения по управлению людьми, входу в контакт с ними и выходу из контакта. Вопреки русской народной пословице «курица – не птица, баба – не человек», даосы все-таки относят женщину к человеческому роду, и установление контакта с женщиной относится к технике управления людьми. Как ты знаешь, эта техника имеет много составляющих.
Одна из них – это воздействие на людей через создание специфического аромата плода. Если ты помнишь, ты уже испытывал аромат своего плода на женщинах, и с немалым успехом.
Я улыбнулся, вспомнив упражнение, о котором говорил Учитель. Ли учил меня передавать идущим навстречу мне по улице женщинам исходящий от меня посыл теплых чувств, используя медитативные упражнения для создания внутреннего настроя счастья и тихой радости. Женщины, откликаясь на обращенное к ним излучение внутренней улыбки, отзывались кто удивлением, кто радостью и восторгом, а одна девушка даже остановилась, заглянув мне в глаза, словно хотела заговорить.
– Странно, я почему-то не подумал об этом, – улыбаясь приятным воспоминаниям, сказал я. – Видимо, мысли о сексе ассоциируются с чем-то не совсем обычным, и мне казалось, что для подобного общения с женщинами нужны какие-то специальные методы знакомства.
– Даже сейчас ты до конца не избавился от предрассудков, – сказал Учитель. – В твоей старой модели мира убеждение об обособленности и даже в некотором роде запретности секса укоренилось настолько глубоко, что, даже становясь даосом и во многом расширив свою модель мира, ты так до конца и не смог избавиться от этого стереотипного представления.
– Наверно, ты прав, – согласился я. – Для меня действительно не представляет проблемы знакомиться с девушками и производить на них хорошее впечатление, но, видимо, мое воспитание удерживает меня от попытки слишком быстро вступать с ними в сексуальную связь. Именно поэтому я спросил тебя о том, как соблазнять женщин. Уверен, что здесь должна быть какая-то особая тактика помимо умения завязывать знакомства.
– Эта тактика в первую очередь зависит от типа женщины, – сказал Учитель, – но прежде всего ты должен преодолеть природную стеснительность и сломать внутренний барьер, мешающий тебе переходить к сексуально окрашенным действиям. Тут дело не только в воспитании, хотя оно, конечно, играет свою роль. Подсознательно ты считаешь, что из-за излишней полноты твое тело недостаточно привлекательно, и ты привык завоевывать женщин не своим телом, не своими сексуальными достоинствами, а душевными качествами – умом, доброжелательностью и так далее, а для этого требуется время.
Теперь тебе предстоит расширить свою модель мира, включив в нее образ красивого, опытного, сексуального и страстного мужчины. Наверняка, ты не раз сталкивался с подобными моделями мира и знаешь, каким является исходящий от них аромат.
– У меня действительно есть один такой приятель, – припомнил я. – Меня всегда удивляло, что это женщины находят в нем. Физически он не особенно привлекателен, но у него просто невероятное количество любовниц. Создается впечатление, что женщины слетаются на него, как мухи на мед.
– Ты когда-нибудь наблюдал за тем, как он соблазняет женщину? – спросил Ли.
– Честно говоря, да, – ответил я. – Меня это интересовало с чисто научной точки зрения.
– Ну и что же ты заметил?
– При виде новой женщины он просто преображается. Что-то неуловимо меняется в его лице, жестах и движении. Он вроде бы и не говорит ничего особенного, привычные банальные комплименты, но в этих комплиментах скрыт какой-то особый подтекст, какой-то намек, обещание, направленное именно к этой женщине, так, словно она – единственная и неповторимая. Вокруг него как будто создается возбуждающая атмосфера сексуальности, тайны и обещания чего-то прекрасного и загадочного. Не удивительно, что ему удается добиться всего, чего он хочет.
– А ты понимаешь, каким именно образом он создает этот аромат сексуальности?
– Я не уверен, что понимаю это. Скорее, я сумел почувствовать то, как он это делает, наблюдая за ним и настраиваясь на его ощущения. Когда я пытался копировать его, мне казалось, что я дополняю внутреннюю улыбку возбуждением в половых органах, которое распространяю по всему телу, насыщая его сексуальной энергией и излучая ее в окружающее пространство.
