class="p1">— Новый год спокойно встретить не получится, — грустно произнёс Каменский.
— Не факт, — возразил Романов. — Есть большой шанс, что обойдёмся, так сказать, малой кровью.
— Очень хотелось бы, — сказал Салтыков.
О чём шла речь, для меня было загадкой, и Александр Петрович, словно уловив моё желание хоть что-то понять, посмотрел на меня и пояснил:
— Как ты знаешь, Россия объявила войну Тюркскому каганату. И к моей радости, в одном очень важном моменте взгляды у нас с каганом Каримом сошлись — мирное население пострадать не должно. Мы решили, как в старые добрые времена, сойтись дружинами одарённых в чистом поле и выяснить, кто сильнее. Я, конечно, сомневаюсь, что со стороны каганата решение принимал Карим, но будем считать, что он.
— Это решение удобно для всех, — заметил Воронцов. — И для англичан в первую очередь. Сражение на границе позволит потом премьеру Эджертону убедить подданных Её Величества, что Англия всего лишь защищала своего союзника, на которого вероломно напал северный сосед. И ещё это позволит привлечь в антироссийскую коалицию новых участников. Мало кто захочет рисковать и сразу идти драться на нашу территорию. Мы ведь в случае чего, тоже можем к ним прийти. Поэтому сражение на границе, по сути, на нейтральной земле так для всех удобно. В случае своей победы противник поймёт, что он сильнее, и тогда уже можно идти на Новгород. В случае поражения — можно просто убежать, и велик шанс, что мы не отправимся никого догонять и добивать у него дома. Что мы ограничимся лишь походом в Туркестан.
— А где именно на границе находится наше «чисто поле»? — поинтересовался Каменский, которого, похоже, как и меня, не посвятили заранее в детали планируемой операции.
— Оно находится в пустыне Рын, примерно в ста километрах к северо-востоку от Астрахани, — ответил Валуев. — А в пяти километрах от этого места находится наше зимовье Есмухан. Это точка нашего сбора. Там будут открыты порталы. Учитывая численность отрядов, которые мы планируем задействовать в этой операции, портал потребуется очень большой. И держать его открытым придётся минимум полчаса, пока все не пройдут. Из Новгорода это будет довольно сложно сделать. Поэтому основные наши силы уже сегодня-завтра должны отправиться в Астрахань военно-транспортной авиацией. А уже из Астрахани порталом. На расстоянии ста километров будет намного проще его держать.
— Ну сто километров и так можно проехать, — заметил Каменский.
— Можно, — согласился Валуев. — Видимо, какая-то часть наших бойцов так и поедет.
— А каково соотношение сил? — поинтересовался глава Санкт-Петербурга. — Понятно, мы не знаем, что для нас готовят, но хотя бы примерное? Каковы наши шансы на победу в сражении, если план Александра Петровича по какой-либо причине не сработает?
— Он должен сработать, — вступила в разговор Дана. — Карима никто не любит, а вся неприязнь к России строится на обвинениях в убийстве Абылая. Когда все главы родов, старейшины и простые жители каганата узнают правду, всё изменится.
— На то и расчёт, — добавил Романов.
— Но всё же, каков расклад сил? — не унимался Каменский.
— Теоретически силы примерно равны, — сказал глава КФБ. — У нас больше высокоуровневых боевых магов, но нет союзников, у каганата своих магов меньше, но ожидается активная помощь Британии и Китая. Но, как уже сказал Александр Петрович, мы очень надеемся, что до крупного сражения дело не дойдёт. Шансы на это не такие уж большие.
— Не большие, но есть, — произнёс Воронцов. — И в этой связи меня смущает выбор места. Тюркам привычно — в пустыне воевать, а я бы предпочёл другую местность.
— Я тоже не понимаю, — сказал Каменский. — Если мы встречаемся на границе, то почему не выбрали её участок в Оренбургской или в Челябинской областях? Подальше от столиц.
— Потому что это практически самый запад каганата, и это место максимально удалено от Туркестана и, что немаловажно, от Китая. Мы ожидаем из Поднебесной большую армию в поддержку Карима. Не факт, что они успеют вступить в бой, но чем дальше от китайской границы это всё будет происходить, тем лучше.
— Но чем дальше от Китая, тем ближе к Новгороду, — грустно пробурчал Каменский. — И к Петербургу.
Впрочем, на этом глава Санкт-Петербурга остановился и больше вопросов задавать не стал. Эстафету принял руководитель Дворянского собрания Москвы.
— А какие настроения сейчас в каганате? — спросил Воронцов. — Понятно, что нас не любят, но всё же, одно дело не любить, другое — воевать.
— Этот вопрос я, с вашего позволения, переадресую нашей гостье, — сказал Романов и посмотрел на Дану.
— После вашего ультиматума все возмущены, — сказала вдова кагана Абылая. — Но воевать хотят далеко не все. В связи с этим обстановка дополнительно нагнетается через средства массовой информации. Карим на подъёме. Видимо, полагает, что всё идёт по его плану, и рассчитывает после войны получить признание и если не любовь, то хотя бы расположение народа. Видно, что он волнуется, но не боится.
— Это логично, — заметил Воронцов. — Страх не помощник во время подготовки к войне.
— Со слов моего брата, я знаю, что подготовка к войне лежит в основном на Сырлыбае, — сказала Дана. — И ещё две недели назад в Туркестан прибыл военный консультант из Лондона — господин Ли. По крайней мере, так его все называют. Он китаец, но подданный Британской империи. На короткой ноге с Карингтоном, много времени проводит с Каримом и Сырлыбаем, встречался с главами всех родов и сильнейшими боевыми магами. Невероятно сильный одарённый, от него прямо веет мощью.
— Ты с ним встречалась? — поинтересовался Александр Петрович.
— Да. И я еле смогла закрыться. Думаю, если бы этот Ли сканировал меня не скрыто, в процессе разговора, а целенаправленно, я не смогла бы ничего поделать.
— И о чём вы разговаривали?
— По большому счёту ни о чём. Он выразил мне соболезнование в связи с гибелью мужа, сказал, что даже по прошествии времени, должен это сделать, так как очень уважал Абылая и был с ним знаком. Соврал, конечно — понимает, что проверить это невозможно.
— И ничего совсем уж необычного в его поведении ты не заметила?
— Нет. Думаю, его задачей было меня прощупать, просканировать. Незаметно не вышло, а совсем уж открыто это делать он не рискнул. И хорошо, что я ничего не рассказала Айсулу. Её защиту этот Ли пробил бы на раз.
— Он и с ней встречался? — удивившись, спросил Романов.
— Под разными предлогами он встречался почти со всеми, — ответила Дана.
— Да, это действительно очень хорошо, что Айсулу ничего не знает. Ей, конечно, сейчас тяжело, но потерпеть осталось совсем немного.
— А на эту тему я хотела поговорить отдельно. Неспокойно у меня на
