Лошадь Висенте, молодой чалый жеребец, похоже, раньше никогда не видел крупного рогатого скота. Он захрапел и попятился назад. Пилар тронула поводья, заставив свою кобылу отойти подальше. Чалый заржал и закусил удила, а потом взбрыкнул, так что Висенте едва удержался в седле.
В это время бык заревел и пригнул голову, коровы сбились в кучу. Они видели Чарро, но еще не понимали, что приближается опасность. Чарро пустил лошадь шагом, держа мушкет наготове. Он приближался к стаду. Еще несколько футов — и он спрыгнул с лошади. Стреножив ее, он начал осторожно подкрадываться к коровам, бесшумно ступая по густой траве. Потом он опустился на одно колено и вскинул ружье.
Выстрел разорвал утренний воздух. Корова замычала и опустилась на колени, потом медленно повалилась на траву. Стадо бросилось врассыпную. Коровы метались из стороны в сторону, некоторые повернули к возвышению, на котором стояли Пилар и Висенте. Следом за ними бежал огромный бык, потом он остановился и, закинув голову назад, дико заревел.
Услышав звук выстрела, чалый жеребец совсем обезумел от ужаса и взвился на дыбы. Висенте не сумел удержаться и свалился на землю. Перекувырнувшись несколько раз, он упал ничком и не шевелился.
Пилар вскрикнула и мигом соскочила с лошади. Кобыла беспокойно переступала с ноги на ногу, глаза у нее были бешеными. Почувствовав свободу, она попыталась последовать за умчавшимся чалым. Пилар еле удалось удержать ее и успокоить. Девушка подбежала к Висенте и опустилась на колени рядом с ним. Он пошевелился и начал потихоньку приподниматься. Висенте сморщился от боли, а сквозь загар проступила бледность.
— Как ты? — обеспокоенно спросила Пилар. — Что у тебя болит?
Висенте со свистом втянул воздух, потом еще раз и еще, а затем задержал дыхание.
— Душа покинула тело, — провозгласил он.
Пилар засмеялась с облегчением.
— И больше ничего, ты уверен?
— Думаю — да. Как глупо — вот так свалиться с лошади.
Пилар уже собралась утешить его, но тут снова прогремел выстрел. Показался Чарро. Он стрелой мчался к своей лошади. Пилар грешным делом подумала, что он так несется от радости, но потом увидела, что на его лице написан ужас.
За Чарро гнался огромный длиннорогий бык. То ли хлопанье на ветру юбок Пилар привлекло его внимание, то ли что-то еще, но он развернулся и помчался по направлению к Висенте и Пилар. Его копыта тяжело взрывали землю, из-под них летели комья грязи и пучки травы. Рога были острыми, как наконечники копий, под гладкой шкурой перекатывались горы мускулов, ноздри раздувались, глаза сверкали. Он нес с собой смерть. Вот он уже совсем близко.
Пилар вскочила на ноги, схватила за руку Висенте и потащила его прочь. Они подбежали к кобыле Пилар, но лошадь в испуге заржала и отпрыгнула в сторону. Пилар и Висенте с трудом удерживали ее. Пилар сделала юноше знак, чтобы он первым садился в седло. Висенте вскочил на лошадь и наклонился, чтобы помочь Пилар. Она примостилась позади него и мельком взглянула назад через плечо. Опасность неумолимо приближалась. Пилар ухватилась за пояс Висенте, и он погнал лошадь галопом вверх по склону холма.
Но было уже поздно. Через секунду бык настиг их и ударил кобылу в бок. Несчастное животное захрипело. От толчка Пилар вылетела из седла и покатилась по траве. Она лежала, оглушенная падением, со щекой, распоротой о какую-то колючку. Придя в себя, она приподняла голову.
И что же она увидела? Совершенно озверевший бык с остервенением бросался на кобылу, которая уже была вся изранена. Резкий запах крови висел в воздухе. Висенте все еще сидел верхом на лошади и пытался направить обезумевшее от боли животное в сторону Пилар. Его глаза были полны ужаса.
— Беги! — закричал он. — Беги!
— Нет, оставайся на месте! — Это был Чарро. Он приближался, нещадно нахлестывая свою лошадь и вращая над головой лассо. — Не двигайся!
Все равно бежать было некуда и спрятаться негде. Пилар уже поднялась с земли и теперь стояла как вкопанная, глядя на надвигающегося на нее быка. Почему-то она старалась припомнить, что почувствовала, когда увидела, как острые рога вспарывают мягкое брюхо кобылы.
Лассо засвистело в воздухе. Чарро накинул петлю на рога быка. Соскользнув вниз, веревка обвилась вокруг бычьей шеи. Чарро с силой потянул веревку, лошадь под ним даже присела от натуги. В этот момент истекающая кровью кобыла, на которой сидел Висенте, зашаталась и рухнула на землю. Висенте бросил ее и поспешил к Чарро.
Бык бил копытом, мотал головой и тянул веревку на себя. На губах у него выступила пена. Петля на шее затягивалась все туже и туже. Но Чарро так долго не выдержать. Ему нужен был кто-то, чтобы помочь справиться с быком.
И этот кто-то появился. Всадник, который вел за собой чалого жеребца. Рефухио. Он огляделся и, моментально оценив обстановку, схватил лассо, притороченное к седлу.
В эту секунду веревка, удерживающая быка, лопнула. Лошадь Чарро отпрянула в сторону. Бык был свободен. Потоптавшись на месте, он нагнул голову и двинулся прямо к Пилар.
Рефухио бросил поводья жеребца брату и помчался на выручку к девушке.
Пилар смотрела на Рефухио, и он казался ей похожим на героя из древней легенды, в котором соседствуют два начала — доброе и злое, а какое из них победит — неизвестно. Ноги Пилар будто приросли к земле, она не в силах была пошевелиться, только ветер развевал ее волосы да трепал юбки. В воздухе ощущался запах земли и травы, который смешивался с запахом лошадиного пота и крови. У ног Пилар растекалось море небесно-голубых цветов. Позади нее встревоженные коровы ревели и метались из стороны в сторону. Чарро кричал что-то осипшим голосом.
Рефухио уже был рядом. Пилар почувствовала, как его руки железным кольцом сомкнулись вокруг талии и оторвали ее от земли. Пилар зацепилась подолом за какую-то корягу и, резко дернув юбку, чтобы освободиться, порвала ее. Рефухио посадил Пилар перед собой на лошадь, девушка вцепилась в рукав его рубашки и уткнулась ему в плечо. Он крепко сжимал ее в объятиях, управляя лошадью ногами. Пришпорив своего скакуна, он погнал его в том направлении, откуда сам появился несколько минут назад. К ним присоединились Чарро и Висенте, и они вчетвером в мгновение ока взлетели на вершину холма. Почувствовав себя в безопасности, они остановились посмотреть, что происходит в долине. Бык, за которым все еще волочился обрывок веревки, гонял по полю коров, сбивая их вместе.
Они продолжили путь, пустив лошадей вскачь.
— Ты подоспел как нельзя более кстати, — сказал Чарро. — Как будто тебе было знамение свыше. Просто чудо какое-то.
Что-то странное было в его голосе. Обида? Смущение? Негодование? Лицо Рефухио застыло, как маска, черты заострились, но голос звучал ровно, когда он ответил:
