такси.
Я не стала отвечать и уставилась в окно. Такер что-то шептал ей, чтобы не разбудить спящую на его руках Эдди, наверно объяснял ситуацию. А я с головой ушла в воспоминания о минувшем вечере. Как бы я не мечтала избавиться от Грейс, такую жертву я не готова была принести.
Снова обретя Джареда, я должна была его отдать ради спасения остальных. После этого внутри образовалась необъятная пустота. Не хотелось ни слез, ни криков, хотелось просто заснуть и не просыпаться.
В аэропорту, я медленно плелась за ребятами к стойке, и стоило нам пройти необходимые меры регистрации, я увидела несущуюся к нам Джейми. Она буквально сбила меня с ног, и я не смогла сдержать стон боли.
Джейми виновато отстранилась, оглядев меня с ног до головы.
— Вы не уехали в Портленд? — спросила я, замечая позади неё Тревиса.
— Мы уже шли на посадку, но после звонка Така, я не смогла. — забормотала Джейми. — Я никуда не поеду без вас.
На глаза навернулись слезы, и я не смогла удержаться — притянув её к себе, я обняла её так крепко, насколько хватало сил.
— Теперь нам уже не придётся разделяться. — устало сказала я.
Джейми не стала засыпать меня вопросами, лишь понимающе кивнула и несколько раз легонько сжала мою руку, говоря, что готова выслушать меня в любой момент.
Я благодарно улыбнулась ей, и мы все направились на самолёт до Нью-Йорка.
На борту я оказалась на совместных местах с Таком, учитывая, что он ничего не говорил мне с тех пор, как мы бежали от дома Лори. Я не знала, радоваться мне или ждать выпада.
Я молча смотрела в иллюминатор, пока мы взлетали. Эдди уже проснулась и сейчас перелазила с моих коленей, на колени Така и обратно.
— Де папа? — вдруг спросила она, в очередной раз, прыгнув ко мне.
Я вздрогнула, удивлённо глядя на неё. Это было ее первое полноценное предложение. Я смотрела в ее серьёзные глазки, словно в грозовые небо. Но так и не смогла ей ответить, потому что ком в горле никуда не делся. Такер это заметил и, пересадив малышку себе на колени, отвлёк её каким-то брелоком.
Я закрыла глаза, откинувшись на сидение. При каждом вздохе, легкие будто сдавливало.
— Ты в порядке, Бон? — спросил Так, не решаясь на меня посмотреть. Я понимала его чувства, он так долго пытался ненавидеть Джареда, а теперь понимает, как много он упустил из виду.
— Я не знаю. — честно ответила я. — Это словно фотография, которую разорвали надвое, и я тот клочок, который так хочет воссоединиться со своей половиной, но её нет. И теперь снимок всегда будет неполным.
Такер молчал, наблюдая за играющей Эдди. Я подумала, что разговор окончен, но он вдруг повернулся ко мне.
— Это не так. — сказал он, глядя на меня в упор. — У тебя есть самый главный кусочек.
Он улыбнулся и потрепал по головке маленькую Эдди. Я шмыгнула носом и растянула губы в благодарной улыбке.
— Ты прав, я такая глупая.
Он протянул мне раскрытую ладонь.
— А все вместе, мы соберём снимок полностью.
Я закусила губу глядя в его шоколадные глаза, и накрыла его ладонь своей переплетая пальцы.
— И создадим много новых, я надеюсь. — пробормотала я.
— Конечно малышка, это же Нью-Йорк! — воскликнул Так.
Я рассмеялась и положила голову ему на плечо, перебирая пальцами светлые кудряшки Эдди.
Мэгги умерла в тот день в аварии, на перекрестке двух улиц в Южном районе Феникса. А из самолета в аэропорту Нью-Йорка, сошла совершенно обновленная — Бонни Касл.
Эпилог
Противный звон будильника больно бил по барабанным перепонкам. Но Бонни, отчаянно старалась его не замечать. Закрыв голову подушкой, она перевернулась на бок и поморщилась, отгоняя мерзкий звук.
Стоило ей плотнее зажмуриться, будто это могло помочь, как кровать рядом с ней прогнулась, а потом ещё раз и ещё, словно по ней прыгали.
— Мама! — позвала Эдди.
Открыв один глаз, Бонни посмотрела наверх и увидела малышку, которая, уткнув кулачки в боки, сердито глядела на неё.
Неохотно поднявшись, девушка попыталась подавить улыбку.
— Встаю, только не наказывай. — умоляюще захлопала ресницами она.
— Мы опоздаем в школу! — помахала пальчиком девочка.
— Хорошо, беги одевайся, я сейчас. — Бонни потёрла глаза и отвернулась, чтобы отключить будильник.
Эдди коротко прокашлялась, привлекая внимание. Повернувшись к ней, девушка заметила, как малышка развела руки демонстрируя свой наряд. Она уже надела школьную форму и даже умудрилась заплести косичку, кое-как, конечно, но это все же не могло остаться без внимания.
— Просто блеск! — похвалила Бонни, привлекая малышку к себе и целуя в макушку.
— Мама! — проворчала она. — Ты меня помнёшь! Это же мой первый день.
— Ты все равно будешь самой красивой.
Эдди покраснела и расплылась в довольной улыбке.
— Беги на кухню, — зевнула Бонни. — Я сейчас сделаю завтрак, пока Так не приехал.
Осеннее утро, в этот день было довольно прохладным.
Выбравшись из машины, Эдди восторженно ринулась к зданию школы, заметив группу первоклашек.
Таку сделали замечание по поводу надлежащего места для парковки, и ему пришлось поехать поискать другое.
— А ну стоять! — улыбнулась Бонни, хватая за руку, прыгающую на месте Эдди.
Та нетерпеливо вскинула брови, и повернулась к маме.
Присев перед девочкой на колени, Бонни принялась застегивать пуговицы на синем джемпере.
— Сегодня холодно, — причитала она. — Так что раздетой не ходи.
Перехватив задумчивый взгляд малышки, Бонни нахмурилась.
— Что такое?
Эдди вздохнула и принялась нерешительно дёргать юбку.
— Вдруг со мной никто не захочет дружить? — горестно ответила она, опуская глаза.
— С чего бы это?
— Может, я им не понравлюсь…
Бонни тепло улыбнулась и убрала растрепавшуюся светлую прядку волос со лба малышки.
— Послушай, — начала она. — Мы не можем, нравится всем, но всегда найдутся люди, которые будут любить тебя несмотря ни на что.
— Да?
— Конечно! Мы всегда находим своих людей. Но ты не должна подстраиваться под всех, и пытаться понравится.
— Как же мне тогда быть? — Эдди удивлённо вскинула брови.
— Просто будь собой. И даже если ты кому-то не понравишься, не стоит их за это винить. — помолчав несколько секунд, Бонни взяла маленькую ладошку. — Помнишь наше главное правило?
Эдди просияла и энергично закивала, довольно улыбнувшись.
— Да! — объявила она. — Гори, чтобы светить!
— И что оно значит?
— Что нужно всегда быть яркой как солнышко, а не страшной как пожар.
— Умница, папа бы тобой гордился! — прошептала Бонни и поцеловала малышку в нос.
— Мисс Касл. — послышался над ними нежный голос. — Вы пришли.
Бонни поднялась на ноги, поправила полы
