Читаем без скачивания Равноценный обмен (СИ) - Игорь Шилов

В этот раз достигли порта прибытия точно по расписанию, хотя затянись плавание ещё на несколько дней, для меня бы это не было катастрофой. Наоборот, я был бы не прочь пообщаться ещё с Купером и надеялся на то, что удастся сделать это на берегу. Но у него расписание сложилось так, что через сутки они снова идут в море, поэтому даже на день он не может покинуть корабль. Ну что же, как нибудь во время следующей встречи поговорю о жизни, с этим приятным собеседником и как выяснилось, талантливым учителем.

Попрощавшись со старшим помощником и ещё раз получив его согласие стать, когда нибудь в будущем, капитаном на одном из моих кораблей, мы, с господином Морозовым сошли на берег, где нам предстоит пробыть ещё восемь дней. Корабль отплывающий в Нью-Йорк, а именно оттуда курсируют в Европу суда, отходит из Сан-Франциско только через это время, так что у нас его вполне достаточно для того, чтобы пожить в нормальной гостинице, перед новым, дальним переходом.

Поселились в одном из самых шикарных отелей, стоящем в центральной части города. Я устроился на втором этаже, там, где находились номера с ванной и туалетом, а хитрец Морозов, на пятом, где всё было раза в два дешевле. Моё предложение жить рядом со мной он отверг, в категоричной форме, сказав, что сэкономленные деньги, он найдёт куда потратить, их то он от меня получил на номер люкс. Вот же жук.

Первое, что сделал на следующий день, после завтрака конечно же, посетил библиотеку. Меня очень сильно интересует, как обстоят дела на фронте и нет ли там каких-нибудь фатальных изменений. Первое же, попавшее мне в руки, ежедневное издание, показало, что натиск захватчиков только усилился и кроме Крыма они смогли закрепиться ещё и на Тамани. Это конечно же не приятно, но не сильно страшно, потому что Россия тоже не сидит сиднем, а отправляет в зону боевых действий всё новые и новые части, которые формируются, в основном, из добровольцев. Не прошло мимо меня и заявление русского правительства о том, что в Германии будет закуплена большая партия стрелкового оружия, а так же несколько десятков орудий большого калибра. Также заинтересовала статья одного из местных экономических обозревателей, в которой он предрекал скорый крах Российской экономики и развал империи. На какой-то момент мне даже показалось, что я снова оказался дома, так всё в этой газетке похоже на то, о чем писала инопресса, у нас.

Мой приятель не утруждал себя посещением избы читальни, ему вполне хватало того, что я ему рассказывал. Он занимался другим, более полезным, на его взгляд, делом. Изучал достопримечательности города и покупал подарки, многочисленным родственникам. На моё предложение заняться покупками хотя бы в Нью-Йорке, он ответил отказом, сославшись на то, что уже знает какие в этом городе цены. Мне подарки покупать некому, но пару раз, и я не отказал себе в удовольствии пройтись по магазинам с господином Морозовым, а в одном из них даже сделал покупки. Произошло это после того, как появились лишние деньги, с ипподрома конечно же. Купил себе золотые запонки и массивный перстень, хотя ни того не другого никогда не носил и навряд ли когда одену. Да и наплевать, пускай валяются, может тоже потом подарю кому нибудь. Правда перед самым отъездом я приобрёл ещё десяток толстенных справочников, до которых руки, в библиотеке Лос-Анджелеса, так и не дошли. Но их я, перед тем, как покинуть следующий корабль, подарю кому-то из членов его команды, так что вещей у меня, можно сказать, не прибавилось. Ну а Савва Тимофеевич пускай сам разбирается со своими двумя тяжеленными чемоданами, я же его предупреждал.

С такими попутчиками, которые выстроились у борта корабля, плавать мне ещё не доводилось, да и на таком корабле, пожалуй, тоже. Народ был поголовно одет во всё летнее, легкое и цветастое. Мы с Саввой стояли среди этой публики словно пугало, в своих джинсовых костюмах.

—Чего это они так разоделись? - спросил я Морозова, надеясь на то, что он мне сможет чего то разъяснить, про этих пижонов.

—Так дальше ещё жарче будет, вот люди сразу и оделись в то, в чём по палубе гулять будут - авторитетно ответил он.

—А вы чего же об этом знали, что так все одеты будут?

—Ну да. Я же сюда из Нью-Йорка добирался.

—Почему же вы мне про это не рассказали? Мы бы тоже, как и все остальные оделись.

—А зачем? Они нам не указ. Пускай ходят в чём угодно. А мы будем ходить так, как нам нравится.

И ответить нечего, железная логика, но всё равно, как то не уютно себя чувствую.

Корабль, по своему внешнему виду, ничем практически не отличался от всех остальных. У него так же три мачты, труба и капитанская рубка на корме. Но всё же есть у этого экземпляра несколько мелочей, не заметить которые невозможно, и они делают это судно, более привлекательным, для плавания на дальние расстояния. В носовой части стоят деревянные шезлонги и две громадные бочки, отдалённо напоминающие маленькие бассейны, а сразу за ними, между мачтами, порядка десяти круглых столиков, с тремя лёгкими стульями, возле каждого. Казалось бы, мелочь, но сразу представляешь, как будешь загорать под ярким солнцем, в окружении прекрасных дам, которых собралось на причале не мало и пить виски, под лёгкую музыку, где нибудь на закате, под шум волны, бьющейся о борт корабля. Владельцы судна, надо так думать, сделали из своего парусника, что-то вроде круизного лайнера. И на мой взгляд правильно поступили, потому что его маршрут проходит в таких широтах, где солнце не только ярко светит, но ещё и очень сильно греет, и если будешь всё время сидеть в каюте, то вполне можешь просто сдохнуть от жары.

Заняли мы помещение под номером восемь, было оно двухместным, как и указано в купленных билетах. Располагалась каюта по середине пассажирского трюма и поэтому нам прежде, чем добраться до неё, пришлось какое-то время ждать, пока займут свои места люди, спустившиеся вниз раньше нас. Ничего нового в маленькой коморке, кроме спального места на втором ярусе, я не обнаружил. Всё тот же узкий топчан, такой же маленький стол, с двумя крохотными табуретками возле него и тусклый электрический светильник над дверью. Правда здесь имеется ещё и узкий шкаф для одежды, но он такой крохотный, что я его даже не сразу заметил.

—Да, душновато тут будет - высказался я по поводу увиденного.

—Я в Лос-Анджелес добирался в четырёхместной, вот где было душно. А здесь очень даже ничего - возразил мне Савва.

Спорить с ним не стал, только время покажет, кто из нас прав.

Первые несколько дней на корабле было более-менее спокойно, а вот потом, когда все друг с другом перезнакомились, судно превратилось в настоящий вертеп. Способствовала этому и погода, сидеть в душном трюме, особенно днем, когда столбик термометра подымался до сорока градусов в тени, было невозможно, независимо от того, какая у вас каюта. На палубе, в это время, ступить было негде, а все тенистые места занимались за ранее. Нас с Саввой Тимофеевичем спасало только то, что мы, как то незаметно для себя, примкнули к небольшой мужской компании, из семи человек, которая в первый же день плавания застолбила за собой место под мачтой, где почти весь день была тень. Конечно приходилось участвовать в дискуссиях и диспутах, ежедневно возникающих в этом коллективе, что не очень способствует безмятежному отдыху, но это всё равно лучше, чем жариться на солнцепёке или томиться в душной каюте.

Эта группа людей сформировалась по профессиональному признаку, в ней были исключительно предприниматели средней руки. Наверное, и нас с господином Морозовым они приняли к себе только лишь по тому, что отнесли к этой же прослойке. Конечно афишировать то, что у меня на Аляске имеется рудник я не стал, а вот про небольшой консервный заводик обмолвился, он скорее всего и заинтересовал моих будущих приятелей. Разговоры наши в основном крутились вокруг бизнеса, законов, кознях конкурентов и изредка переключались на дам, то и дело проходящих мимо. Но когда в быстро сплотившемся коллективе узнали, что мы с Саввой Тимофеевичем представители другой страны, в которой в настоящее время не совсем спокойно, беседы стали разбавляться ещё и обсуждением экономики, и её перспектив, в России. Мне было очень интересно узнать мнение иностранцев об этой стране и сравнить его с тем, которое имеется в моём мире. Американцы, о чём бы не говорили, всегда подчёркивали исключительность своей страны, так происходило и во время обсуждения российских проблем. Однако Россию они воспринимали, как и любую другую европейскую страну, не противопоставляя её всему остальному миру. Конечно они сравнивали её и с Англией, и с Францией, и с той же Германией, но делали это лишь для того, чтобы подчеркнуть сильные или слабые стороны обсуждаемой страны. Никакого политического подтекста в их рассуждениях я не заметил и это мне нравилось, а ещё меня поразило отношение бизнесменов к так и не прекратившейся войне, в том регионе. Они поголовно были на стороне России и не потому, что питали к ней более дружеские чувства, чем к Турции, а о того, что в их понимании страна, развязавшая военные действия, по определению не может ожидать по отношению к себе чего нибудь хорошего, от всех остальных государств планеты. Интересно мне было узнать и мнение обычных обывателей к царской династии, тем более, что обсуждением только российской здесь не обошлось. Перемыли косточки всех королей и царей, которых в Европе имелось предостаточно. Да что там предостаточно, практически не было такой страны, где бы у власти не находились царствующие особы. Так вот, моим американским друзьям казалось, что именно это поможет США опередить, в развитии, все остальные страны, старого света, так как по их твёрдому убеждению монархия только тормозит экономику и не даёт развиваться капиталу. Своё мнение я, в этих разговорах, практически не высказывал, потому как оно ещё не сформировалось, ввиду отсутствия у меня достаточного количества информации, а вот Савва Тимофеевич во всю бился за царя батюшку. По его мнению, лишь единоначалие и передача власти от отца к сыну, способны удержать страну от метания от одного края пропасти к другому. Судить о том, кто из спорщиков более прав, мне сложно, потому что доводы тех и другого были очень весомыми. Думаю, что смогу выработать своё мнение, только после того, как поживу какое-то время в обсуждаемой стране, хотя гарантировать того, что оно после этого будет верным, не могу.