– Миленький, – сказала она Бернсу, – ты совсем измочалил меня. Впрочем, я всегда подозревала, что под твоими строгими костюмами скрывается настоящий тигр.
– Ты была потрясающа, – ответил Бернс. Он знал, что женщины в такие моменты любят получать комплименты, но всякий раз с трудом находил слова. – Просто невероятно.
– А я сразу положила на тебя глаз, федеральный агент! В человеке с повязкой на рукаве всегда есть что-то возбуждающее. – Джози подумала о Берке и нахмурилась. – Так ты считаешь, что я сексуальна?
– Я думаю, что ты самая сексуальная женщина на свете! Джози улыбнулась и наградила его поцелуем, который был больше похож на укус.
– И самая хорошенькая, да?
– Хорошенькая – это слабо сказано, – вполне искренне ответил Бернс. – Ты великолепна, как дикая степная цыганка. Глаза Джози заблестели от удовольствия.
– Ты так говоришь просто потому, что я сейчас голая, а твой инструмент на взводе.
В обычных обстоятельствах его утонченное чувство приличия было бы оскорблено. Но в данный момент это прозвучало всего лишь как констатация факта.
– Нет, я сказал тебе об этом потому, что это правда. Ты ослепительна, Джози.
– А мне нравится, как ты со мной говоришь. – Она удовлетворенно вздохнула, когда он взял в рот ее сосок. – Не все мужчины знают, что женщине хотелось бы услышать. Многие мужчины попросту берут, что хотят, и отключаются.
Его ответ она не расслышала: Бернс был чересчур занят ее грудью. Впрочем, Джози и не слишком был нужен его ответ.
– А женщина достойна прекрасных слов, – добавила она. – Конечно, не все женщины к этому стремятся. Некоторым достаточно того же, что и мужчинам. Умение ценить красивые слова, наверное, и отличает леди от потаскушки.
– Ты самая сказочная леди! Джози улыбнулась:
– А ты – истинный джентльмен. И умный. Мне так нравится, когда ты рассказываешь о своих расследованиях… – И она лениво провела рукой по его бедру. – Вот только, наверное, ты скоро уедешь к себе на Север. Как жаль, что мы сошлись перед самым твоим отъездом.
– Да, дело, кажется, уже близится к концу.
– А я это с самого начала знала! Я как только тебя увидела, так сразу поняла, что ты все распутаешь. И я тогда же себе сказала: ну, раз он здесь, мы, женщины, в безопасности. – Она игриво коснулась языком его языка. – Ты, Мэтью, настоящий герой!
– Ну, я просто делаю свое дело… – Он осклабился, когда она перекатилась и легла на него сверху. – Да и дело-то было самое рядовое, стандартное.
– Что?! Поиски убийцы – стандартное дело? – Джози потерлась щекой о его грудь. Хотя кожа у Бернса была белая, словно рыбье брюхо, она считала, что сложен он достаточно хорошо. – Да ведь никто не мог разобраться в этих убийствах, пока ты не приехал!
– Ну, это лишь вопрос опыта и должной экипировки.
– А мне нравится твоя экипировка, – промурлыкала Джози, пуская в ход свои опытные пальцы. – Расскажи, Мэтью, как же тебе это удалось? Я просто вся дрожу от нетерпения!
По мере того как она орудовала пальцами, его дыхание становилось все более прерывистым.
– Ну, прежде всего надо знать психологию серийных убийц, их привычки, способы действия. Ведь большинство таких убийц действует, повинуясь импульсу, а не в силу обычных причин.
– Расскажи! – Джози прижалась губами к его животу. – Меня это так возбуждает…
– Другими движет страсть или жадность, зависть или месть.
Но это не повод для серийного убийцы. Для него мотивом является жажда власти. И само убийство для него не так важно, как его предвкушение, подготовка.
Джози нежно провела языком по внутренней стороне его бедра. Она сейчас тоже занималась подготовкой, и предвкушение поднималось в крови жаркой волной.
– Ты говори, не останавливайся.
– А до этого он ведет обычную, нормальную, совершенно нормальную жизнь. Он может иметь семью, делать карьеру, быть прекрасным другом. Но им постоянно владеет страсть к убийству. После того, как он убьет очередную жертву, эта страсть начинает нарастать снова. И желание властвовать тоже.
Когда Джози вобрала в рот его плоть, Бернс начал задыхаться и вцепился ей в волосы.
– Он даже может хотеть, чтобы его поймали, может даже страдать от чувства вины, но жажда убийства превозмогает все другие желания.
Джози резко скользнула вверх и оседлала его.
– И он убивает опять? Пока ты его не останавливаешь?
– Да.
– А ты его остановишь на этот раз?
– Да он, собственно, уже остановлен.
– Как это?
– Если не появится новых данных, я закрою это дело по причине смерти Остина Хэттингера.
Джози вздрогнула, приподнялась и приняла его в глубине своего естества.
– Ты герой, агент по делам особой важности! Ты мой герой… Она откинула назад голову и в бешеном ритме понеслась к вратам рая.
Глава 21
Надвигалась буря. Становилось все прохладнее, и впервые за много дней ветер зашелестел листвою, принеся с собой сладкий запах дождя. Сумерки наступили раньше обычного – как только солнце скрылось за рваными тучами. На западном краю неба то и дело проскальзывали зигзаги молний.
И, даже понимая, что этот ветер может перерасти в ураган, который повалит столбы высоковольтных передач и повысит уровень реки, грозя наводнением, вся Дельта вздохнула с облегчением.
Дарлин Фуллер Тэлбот уехала от матери в паршивом настроении. Хэппи просто высекла ее своими ядовитыми словами. А Дарлин в ответ могла только качать головой. Двадцать минут она слушала, как мать распространяется о том, что такой порядочный человек, как Младший, не заслужил предательства в собственном доме.
Ну, положим, это и се дом! Дарлин, надувшись, вытерла сердитые слезы и завела мотор. О ней никто не думает, никто ей не сочувствует. Нет, все долдонят одно и то же: «Младший такой, Младший сякой…» Никому и дела нет, что этот «бедняга» Младший обращается с ней, будто она грязь у него под ногами!
Разве удивительно, что ей до безумия стало не хватать Билли Ти? Ведь ее собственный муж даже не спит теперь с ней в одной постели. По правде говоря, он и раньше-то в этой постели главным образом спал и редко чем другим занимался. А сейчас она и вовсе каждую ночь ложится в кровать, словно одинокая высохшая тетушка, оставшаяся в старых девах. Ну, нет, надо положить этому конец!
Когда первые крупные капли дождя упали на ветровое стекло, Дарлин включила «дворники» и решительно сжала губы. Скутер остался на ночь у бабушки, и уж Дарлин позаботится о том, чтобы сегодня ночью ее муж исполнил свои супружеские обязанности! Она и так уже стала раздражительной и нервозной. Еще бы! Ей пришлось обходиться без мужской ласки целую неделю. Тут кто угодно свихнется!
Неудивительно, что ее уже несколько дней преследует ощущение, будто кто-то за ней следит, украдкой подглядывает за ней. И эти странные телефонные звонки: берешь трубку – а на том конце молчат…
«Может, это Младший установил за мной слежку? – подумала Дарлин. – Наверное, кто-нибудь из его дружков присматривает за домом, на тот случай, если вдруг опять наведается Билли Ти».
Как будто Билли Ти способен даже заговорить с ней после того, что случилось…
– Проклятье! – Дарлин едва успела затормозить: из-за ливня она не заметила машину, стоящую чуть ли не поперек дороги. Ее повело в сторону, колеса забуксовали. Она коротко вскрикнула, подав назад, к обочине, и с трудом остановилась.
Сощурившись, Дарлин посмотрела в ветровое стекло, но никого не увидела. Брошенная кем-то машина перегораживает дорогу, и непонятно, как ее объехать!
Открыв дрожащими руками дверцу, Дарлин вышла под дождь. Волосы мгновенно залепили ей глаза, вся прекрасная укладка пропала.
– Черт, черт, черт! – закричала она в сердцах. – Ну каким же образом я снова завладею мужем, если приеду домой, как драная кошка?
Дарлин подумала и решила, что, пожалуй, дело все равно выгорит, если он посочувствует ее жалкому виду. Но если она хочет, чтобы Младший засуетился вокруг нее, то нужно как минимум попасть домой. Подбоченясь, она пнула ногой колесо чужой машины.
