Читаем без скачивания Час Пандоры - Джон. Дж. Нэнс

Холлэнд намеренно молчал пятнадцать секунд, потом включил внутренний телефон. Когда он нажимал кнопку передачи, стрелки топливомеров поползли вверх.

– Ладно, Игнасио, я вижу, что горючее поступает. Пойми. Если будет хоть один выстрел по этому самолету, особенно по кабине пилотов, все пассажиры выйдут из самолета. Любая попытка помешать нам приведет к такому же результату.

– Капитан, я не понял: попытка что сделать?!

– Остановить нас или встать у нас на пути. Comprende?

– Да, сэр! Мы не станем мешать вам!

– Начинайте убирать машины от моего самолета. НЕМЕДЛЕННО!

– Да, сэр!

Холлэнд почувствовал, как кто-то осторожно прикоснулся рукой к его плечу. Он обернулся и увидел улыбающуюся Рейчел Шервуд.

– Тебе надо было стать актером! Ты даже меня убедил! Я терялась в догадках, когда ты говорил со стюардессами.

– Я этого не делал, – признался Джеймс.

Холлэнд взглянул на Робба, который выглядел ошарашенным.

Командир вздохнул.

– Топливозаправщики с правого борта. Как только мы получим еще пять тысяч фунтов горючего, мы запускаем двигатель один и два. Они запаникуют, но именно этого я и хочу.

Робб начал было качать головой.

– Господи, Джеймс! Я никогда, именно никогда, не сяду играть с тобой в покер!

Рев включенных двигателей и торопливо отъезжающих от «боинга» машин доносился сквозь обшивку и окна кабины пилотов. Еще нужно было залить шестьдесят тысяч фунтов в резервные баки. Холлэнд понимал, что необходимо спешить с заправкой. Первый же звонок из Мадрида разоблачит его блеф.

Глава двадцать пятая

Аэропорт Лас-Пальмас, Канарские острова —

утро воскресенья, 24 декабря – 00.10 (00.10 Z)

Когда баки «Гольфстрима» заполнились, из ниоткуда возникла машина с двумя мужчинами, намеревающимися поговорить с заправщиком. Они стояли неподалеку от топливозаправщика и обменивались оживленными тирадами на испанском. Говорили они слишком быстро, чтобы Юрий Стеблинко мог что-то понять. Стеблинко почувствовал, как напряглось его тело, когда он увидел, что служащий неожиданно повернулся и указал на «Гольфстрим». Раньше Юрий видел, как парень заглядывал в салон. Любопытство испанца было слишком велико, чтобы чувствовать себя спокойно, а теперь случилось что-то еще.

Но двое мужчин запрыгнули в машину и унеслись так же быстро, как появились, оставив служащего наедине с Юрием, не представив никаких объяснений.

Заправщик нацарапал цифры на выписанном от руки счете и протянул его пилоту, которого считал арабом. Юрий заплатил американскими долларами, включив туда же и чаевые в размере двухсот долларов, зная, какая последует реакция. Стеблинко понял, что этот человек думает об арабах. Мужчина в глубине души пренебрежительно отнесется к этому, но чаевые возьмет.

Заправщик пересчитал деньги и, поблагодарив, спрятал лишнее в карман. Он начал уже поворачиваться, когда Юрий схватил его за плечо и развернул.

– Senor! Que es la problema con sus amigos[32]? Парень выглядел так, словно попал в ловушку.

– Que[33]?

– Sus amigos, en el automovil. Que dicenos ellos a usted[34]?

Заправщик удивленно покачал головой.

– Вы говорите по-английски? – спросил Юрий.

Служащий кивнул.

– Да, немного.

– Ладно, давайте попробуем по-английски. Ваши друзья были чем-то взволнованы. Что случилось?

– Мои... друзья?

– Amigos[35] в машине.

– Ах, si, – лицо испанца чуть просветлело. – Это... э... странное происшествие на Тенерифе. Мои друзья говорили мне об этом.

Стеблинко склонил голову набок.

– Что случилось на Тенерифе?

Мужчина снова кивнул.

– Большой самолет приземлился там с болезнью на борту. Они сели без предупреждения и хотят горючего. Это siete... гм, семь-четыре-семь, comprende?

– Si, – ответил Юрий. – Я понимаю, что такое семь-четыре-семь.

– Семь-четыре-семь это самолет с четырьмя двигателями, а у этого только три. Один упал с него.

Эти слова вонзились в Юрия, словно сверкающая молния. Он старался сохранить самообладание, но голова у него кружилась. «Боинг-747» без одного двигателя, полный больных людей. Единственное возможное объяснение – это рейс 66! Каким-то образом они ускользнули, и его ракета только выбила двигатель.

А служащий продолжал говорить.

– Они угрожают управляющему аэропортом, если горючее не будет заправлено.

– Угрожают?

– Si. Если аэропорт не даст топлива, они выпустят своих больных пассажиров и всех заразят.

Юрий схватил мужчину за плечо.

– Самолет все еще там?

Парень выглядел озадаченным.

– Я... я не понимаю, senor.

– Этот семь-четыре-семь. Он все еще на Тенерифе?

Испанец медленно поднял руки ладонями вверх.

– Я не знаю.

– У вас есть радио? Вы выходите на связь с вашим начальником – вашим jefe[36]?

– Si.

– Позвоните ему! – Юрий сунул ему в руку двести долларов и увидел, что тот рассматривает деньги, подняв брови. – Позвоните ему и попросите его выяснить, не вылетел ли самолет с Тенерифе. Si?

Служащий слегка улыбнулся.

– Si, senor!

Желание вернуться в «Гольфстрим», завести двигатели и немедленно подняться в воздух переполняло Юрия. Он видел Тенерифе на карте. Это недалеко. Стеблинко помнил название острова с того страшного столкновения двух «Боинтов-747» на земле. У него есть возможность оказаться там через тридцать минут, но еще надо решить, что делать по прибытии.

Все его будущее – его и Ани – зависело от того, удастся ли уничтожить этот самолет!

Заправщик достал большую переносную рацию из своей машины и стал разговаривать с диспетчером. Сначала последовала пауза, потом прозвучал ответ. Служащий повернулся к Юрию.

– Он говорит мне, что слышал сообщение по радио. Самолет пока там, но готов вылететь и завел свои двигатели.

– Muchisimas gracias, senor[37]! – сказал Юрий и пустился бежать к открытой двери «Гольфстрима».

Заправщик следил со все нарастающим любопытством, как пилот в арабском головном уборе мчится к своему самолету. Английский этого араба звучал очень по-американски. И странно, подумал он, что новости о «Боинге-747» вызвали такую реакцию. Почему араб так торопится? Испанец задумчиво почесал голову.

Отдел ситуационного анализа Белого дома —

19.20 (00.20 Z)

Президент Соединенных Штатов прислонился к панели связи, скрестил руки на груди и попытался сосредоточиться на том факте, что американский авиалайнер, предположительно атакованный террористами и упавший в Атлантику, на самом деле стоит в терминале аэропорта на Канарских островах без одного двигателя. Присутствие приписанного к Штатам биологического кошмара на испанской земле не прошло незамеченным. Быстро нарастающее дипломатическое землетрясение распространяло ударные волны из эпицентра в Мадриде, и целая плеяда официальных лиц из Государственного департамента беспорядочно кружили по отделу ситуационного анализа вместе с «трехзведным» генералом ВВС и заместителем директора ЦРУ Джоном Ротом, который и сообщил президенту о последних событиях.

– Господин президент, – говорил ему Рот, – сейчас из аэропорта в Мавритании на Тенерифе вылетает «С-17». У них на борту несколько врачей с биологически безопасными костюмами. Как может подтвердить присутствующий здесь генерал Лоусон, один из пилотов «С-17» – резервист, летчик гражданской авиации, умеющий управлять «боингом». Если дела пойдут все хуже и хуже, он может сам отогнать этот проклятый самолет в пустыню.

Президент поднял руку, чтобы остановить Рота.

– Вы хотите мне сказать, что командир лайнера отказывается лететь дальше?

Тот покачал головой.

– Мы не знаем, сэр. Экипаж отключил все радиоприемники и отказывается говорить с кем-либо, кроме властей аэропорта. Они требуют горючего и угрожают выпустить зараженных пассажиров, если его не получат. Испанское правительство до смерти напугано.

– А вы, ребята, не подумали о том, что капитан может пытаться достать горючее, чтобы вылететь в пустыню? – задал вопрос президент.

– Сэр, – продолжал Рот, – мы не знаем, что он планирует, но единственная возможность такова – командир собирается вернуться назад в США. Проблема в том, что мы обсудили вопрос, куда безопаснее всего послать самолет. Ответ единственный – Мавритания или подобное место в Сахаре. Если «боинг» направится куда-нибудь еще, он будет представлять собой огромную угрозу для цивилизации. Вы помните детали наших прошлых бесед.

– Я ясно все помню, – заметил президент, – но я не слышал о результатах вскрытия профессора.

Рот выглядел сбитым с толку.

– Я... прошу прощения, сэр, я думал, что вы видели записку, которую я послал вам раньше.

– Коротко доложите мне, Джон.