Читаем без скачивания Убийственно жив - Питер Джеймс

Потом он увидел прямоугольный стеклянный аквариум на журнальном столике, где кружила золотая рыбка среди какой-то конструкции, напоминающей древнегреческий храм.

– Тебя надо выпустить на свободу, – сказал Обладатель Миллиардного Запаса Времени. – Животных нельзя держать в неволе.

Он побрел к противоположной стене, до потолка заставленной битком набитыми книжными полками. «Брайтонский леденец» Грэма Грина, роман Джеймса Герберта, детектив Наташи Купер, несколько книг Иена Рэнкина.

– Ух ты! – воскликнул он в полный голос. – У нас одинаковые литературные вкусы. Очень жаль, что у нас не случится возможности поговорить о книгах. Знаешь, в других обстоятельствах мы с тобой могли бы стать очень даже хорошими друзьями.

Потом он выдвинул ящик стола. Там лежали эластичные ленты, пачка заранее оплаченных квитанций на парковку, сломанный дистанционный пульт для автоматических дверей гаража, одна батарейка, конверты. Еще покопался, но, не найдя искомого, задвинул ящик. Оглянулся, заглянул еще в пару ящиков – безуспешно. В кухонных ящиках тоже ничего не нашлось.

Рука до сих пор болит, все время жжет огнем, становится только хуже, несмотря на таблетки. И голова болит, постоянно пульсирует, чувствуется небольшая лихорадка, но нет ничего такого, с чем он не мог бы справиться.

Он медленно, не спеша направился вверх по лестнице. Клио Мори только что уехала на работу. Все время в мире в его распоряжении. Если захочет, можно потратить несколько часов.

На втором этаже оказалась маленькая ванная. Напротив – ее комната. Он вошел. Там царил полный хаос. Стены заставлены книжными полками, почти все книги по философии. На письменном столе перед окном с видом на море груды бумаг, среди них ноутбук. Он открывал каждый ящик, трудолюбиво перебирал содержимое, аккуратно закрывал. Выдвинул и задвинул четыре ящика металлической картотеки.

Спальня на следующем этаже, по другую сторону от винтовой лестницы, которая, кажется, ведет на крышу. Он вошел, принюхался к постели. Отдернул покрывало, уткнулся лицом в подушки, глубоко дыша. От запахов сжалось в паху. Он осторожно откинул пуховое одеяло, обнюхивая каждый дюйм простыни. Еще! Еще! Суперинтендентом Роем Грейсом не пахнет. На простыне никаких пятен от семени. Только ее запахи! Только ее… Можно наслаждаться.

Он тщательно расправил одеяло и покрывало. Очень тщательно. Никто никогда не узнает, что он здесь был.

В спальне стоял современный черный лакированный туалетный столик. Он выдвинул единственный ящик и увидел! Среди коробочек с украшениями черный кожаный кармашек для часов с вытисненными золотыми буквами «MG». В нем два блестящих неиспользованных ключа, скрепленные кольцом.

Закрыв глаза, он кратко произнес благодарственную молитву Богу, приведшему его сюда. Поднес ключи к губам, поцеловал.

– Прекрасно!

Задвинул ящик, сунул ключи в карман, спустился вниз и направился прямо к аквариуму. Поддернул рукав куртки, потом рубашки, сунул руку в тепловатую воду. Все равно что поймать кусок мыла в ванне! Наконец удалось схватить трепетавшую скользкую рыбку, зажав ее в пальцах, – глупая тварь.

Он бросил ее на пол.

Слышал, как рыбка бьется, пока он шел к дверям.

92

Совместный утренний инструктаж по операциям «Хамелеон» и «Мистраль» закончился в девять с небольшим. На нем царило оптимистическое настроение, поскольку подозреваемый находится под стражей. Тем более что свидетельница, пожилая дама, живущая напротив Софи Харрингтон, опознала в Брайане Бишопе мужчину, которого видела у ее дома приблизительно во время убийства. Грейс надеялся, что, если повезет, анализ ДНК по семени в вагине Софи Харрингтон совпадет с образцом Бишопа. Он ждал результатов сегодня во второй половине дня.

Теперь практически ни у кого не оставалось сомнений в связи между двумя убийствами, но точные детали пока держались в секрете от прессы.

Люди, названные Бишопом на первом допросе, указанные им периоды времени проверялись, и Грейса особенно интересовало, подтвердят ли в «Бритиш телеком», что Бишоп просил разбудить его рано утром звонком, когда вернулся в четверг вечером к себе на квартиру. Хотя, разумеется, позвонить в «Телеком» мог сообщник. Учитывая получение трех миллионов фунтов по страховому полису жены, необходимо тщательно проверить вероятность, что Бишоп имел сообщника, может быть, не одного.

Он вышел из конференц-зала, спеша продиктовать пару писем своему коллеге из Столичной полиции, одно относительно подготовки к суду над одиозным Карлом Веннером, арестованным в ходе расследования последнего дела об убийстве, которое вел Грейс. Он торопливо шел по коридорам к большому помещению с зеленым ковровым покрытием, где размещались старшие офицеры главного полицейского управления.

К своему удивлению, войдя в дверь с охранной системой, отделявшей это самое помещение от отдела тяжких преступлений, он увидел столпившийся у письменного стола народ, в том числе Гэри Уэстона, главного суперинтендента суссекской уголовной полиции и своего основного босса, хотя на самом деле Грейс чаще всего отчитывался перед Элисон Воспер.

На секунду он подумал, не разыгрывается ли тут лотерея, или, может быть, у кого-то день рождения. Но, подойдя ближе, увидел, что настроение у всех вовсе не праздничное.

– В чем дело? – спросил Грейс у Элинор.

– А вы не слышали?

– Что?

– О Дженет Макуиртер.

– О нашей Дженет из отдела программного обеспечения?

Элинор кивнула, глядя на него сквозь большие очки, как будто помогала решить шараду.

Еще четыре месяца назад Дженет Макуиртер занимала ответственную должность в Суссекс-Хаус, возглавляя компьютерную службу, где работало человек сорок. Одной из их главных задач был сбор информации и разведывательных данных для здешних детективов.

Некрасивая одинокая девушка тридцати с лишним лет, спокойная и старательная, слегка старомодного вида, пользовалась всеобщей симпатией за всегдашнюю готовность помочь. Она работала столько, сколько было нужно, всегда оставаясь приветливой и любезной.

В нынешнем апреле Дженет всех удивила, подав в отставку, объясняя, что хочет попутешествовать в течение года. Потом под строжайшим секретом сообщила двум своим ближайшим подругам в отделе, что влюбилась в одного мужчину. Они уже обручились, эмигрируют в Австралию, там поженятся.

На Грейса оглянулся Брайан Кук, управляющий аналитическим отделом, один из его здешних приятелей.

– Ее нашли мертвой, Рой, – сообщил он глухим голосом. – В субботу вечером тело выбросило на берег… Она довольно долго пробыла в воде. Опознали только по зубам. И похоже, убита до того, как брошена в море.

Грейс молчал в потрясении. Он много лет часто общался с Дженет, и она ему по-настоящему нравилась.

– Черт возьми, – вымолвил он. На миг показалось, будто окна застлала темная туча. В этой смерти он инстинктивно почувствовал что-то очень дурное.

– Вряд ли она затем поехала в Австралию, – сардонически добавил Кук.

– Или пошла к алтарю?

Кук пожал плечами.

– С женихом связались?

– Мы только что услышали новость. Может, он тоже мертв. Не заглянешь в ее отдел сказать пару слов сотрудникам? – попросил Кук.

– Обязательно, как только выберется свободная минутка. Кто возглавит расследование?

– Пока не знаю.

Грейс кивнул и повел свою ошеломленную секретаршу назад в кабинет. На диктовку едва остается десять минут, потом надо идти на второй допрос Брайана Бишопа.

Перед глазами неотступно стояло некрасивое личико Дженет Макуиртер, такой славной, милой, услужливой. Зачем было кому-то ее убивать? Грабеж? Насилие? Или что-то связанное с ее работой?

Надо подумать, решил он про себя. Она пятнадцать лет служила в суссекской полиции, большинство из них в компьютерной службе, влюбилась, решила поменять жизнь, уехала… И умерла.

Грейс был твердо убежден, что всегда надо первым делом рассматривать самое очевидное. Знал, с чего начал бы, если бы назначили расследовать это дело. Но в данный момент смерть Дженет Макуиртер, какой бы она ни была огорчительной, не его проблема.

По крайней мере, так он думал.

93

– Бо-о-оже, старик! Заткнешь ты когда-нибудь эту чертову распроклятую хренотень? Зудит целое утро! Отвечай или глуши!

Вонючка открыл один глаз. Ощущение было такое, будто в него заехали молотком. По башке тоже. А мозги кто-то пилит проволочным ножом для резки сыра. Фургон качался, как лодчонка в шторм.

Биип-биип-вззз-биип-биип-вззз… Мобильник, сообразил он. Свалился на пол. Вибрирует, мигает, трезвонит.

– Сам отвечай, мать твою, – пробормотал он в ответ, обращаясь к своему очередному незваному постояльцу – какому-то распоследнему оборванцу, с которым он рано утром встретился на гулянке в брайтонском притоне, и тот напросился поспать. – Тут тебе не «Хилтон» хренов. У нас круглосуточное обслуживание не принято.