городского типа. Ещё в прошлый раз Виант сумел разглядеть издалека вполне себе приличные пятиэтажные здания с красными крышами. Да и вокзал вполне себе современное сооружение из кирпича и бетона, а не ветхая от старости хибара из толстенных брёвен и дранки.
Холодный встречный ветер заметно сбавил былой напор. Виант поднялся на задних лапах. Сердце от радости заколотилось с утроенной силой. Вот оно! То самое! Опыт – страшная вещь. Но тут в очередной раз пронзительно заскрипели тормоза. Коварная инерция столкнула Вианта с укрытого станка. Не будь малахитовый брезент натянут на манер палатки, то и падение было бы гораздо более жестоким.
– Что? Что ты там насмотрел? – Инга тут же нависла над Виантом.
– С чего ты решила? – Виант перевернулся на лапы.
– Ой! Только не надо изображать из себя Станиславского, – Инга махнула передней лапой. – У тебя же на морде написано, что ты точно что-то увидел. Что именно?
Странное дело, Виант машинально потёр ушибленное плечо. В реальности у обычных неразумных крыс эмоции тоже можно прочитать по морде? Или это такое игровое допущение? В плане мимики Виант не заметил никакой разницы. Пусть его нельзя назвать эмпатом, но читать эмоции Инги по мордочке хуже он не стал.
– Ты же сама сообразила, что точка выхода находится где-то среди людей. В смысле, в неком населённом пункте, – уточнил Виант. – И что к этому населённому пункту должна быть проложена какая-никакая дорога. Вот мне и пришла в голову идея проследить, не отходит ли от Рюноки в нужном направлении какая-нибудь железнодорожная ветка.
Инга на секунду задумалась.
– Ну да, разумная мысль, – напарница кивнула. – И что? Отходит?
– А то! – Виант самодовольно улыбнулся. – Вон, до сих пор видно, как от станции в восточном направлении уходит пара рельс. В том же направлении, между прочим, находится наша точка выхода. Это не может быть простым совпадением.
Вновь натужно заскрипели тормоза. Виант с Ингой дружно повалились на брезент. С грузами и зайцами машинисты особо не церемонятся. Последний толчок, поезд остановился.
– Побежали, – Виант первым вскочил на лапы.
Крысиный день, или человеческая ночь, плавно подходит к концу. Но сегодня 8 сентября, первый выходной. Людей не должно быть много. Это внушает надежду и уверенность. Чем ближе точка выхода, тем меньше Вианту хочется тратить драгоценное время на поиск еды, воды и места для отдыха.
Лапы проскользнули по склизкому гравию. Виант, словно с горки, съехал с насыпи. Следом, с нижней ступеньки грузовой платформы, спрыгнула Инга. Не сговариваясь, они сиганули под грузовой вагон на следующем пути. Точнее, это не совсем грузовой состав, а воинский эшелон. Две трети открытых грузовых платформ заставлены какой-то техникой, то ли системы ПВО, то ли РЭБ. Тёмно-зелёные бронированные корпуса, гусеницы, стволы пулемётов. А вот пушечных стволов точно не видно. Впрочем, это к лучшему.
Виант направился было к ближайшей стальной лесенке, чтобы забраться на открытую грузовую платформу с бронированной техникой. Однако Инга очень не вовремя схватила его за хвост.
– Ты чего? – Виант сердито развернулся к напарнице.
– Виант, с чего ты решил, будто этот поезд отправится в нужном нам направлении, по нужной нам железнодорожной ветке? – спросила Инга.
– Ну, как же, это же…, – Виант поднял переднюю лапу, но тут же осёкся.
Вопрос напарницы из разряда «не в бровь, а в глаз». Это далеко не первый воинский эшелон, что попался им по дороге. До рокового 13 сентября 8313 года осталось меньше пяти дней. Пусть гражданское население ни о чём даже не догадывается, но некое бурление среди военных уже началось. Бронированные системы то ли ПВО, то РЭБ у них над головой яркое тому доказательство. Вполне возможно, что технику перебрасывают в более населённые места для усиления защиты самых важных объектов. Иначе говоря, будет очень глупо в четвёртый раз опять попасть в Ярхиру, на следующую железнодорожную станцию в обратном направлении.
– Хорошо, – Виант опустился на четыре лапы, – тогда у меня есть другая идея. Побежали.
Коль на воинский эшелон с бронетехникой надежды никакой, Виант направился вдоль рельса прямо под грузовыми вагонами.
Бегать по бетонным шпалам и склизкой щебёнке – не самое приятное занятие. Душа на всех парах рвётся вперёд и только вперёд, но, увы, то и дело приходится сбрасывать скорость. От колотых камушков вскоре заболели лапы, да и споткнуться о бетонную шпалу легче лёгкого.
– Виант! Ну что ты опять придумал? – натужно, прямо на ходу, пискнула напарница.
– Инга, – Виант резко развернулся к напарнице, – заткнись. Своим громогласным писком ты легко накликаешь на наши головы местных кошек. Если ты ещё не поняла, то здесь живут не изнеженные городские кисы, которые и крыс-то никогда в своей жизни не видели, а профессиональные мышеловы, для которых грызуны – главный источник пропитания.
Напарница тут же прикусила язычок и недовольно надулась. Вот уж во истину, как мышь на крупу. Ну и ладно, Виант торопливо побежал дальше. Молчит, и ладно.
Каким бы длинным не был бы воинский эшелон, но и он закончился. Морду и спину обдало самым настоящим морозом, когда они выскочили из-под тягача. Пусть локомотив стоит, но его турбины продолжают исправно накачивать накопители электричеством, а сопла сливать на землю просто жуть какой холодный воздух.
Вот и граница станции. Рюнока не город, а посёлок городского типа. Зато, Виант приподнялся на лапах, справа показалась та самая отворотка. Через сотню метров железнодорожная ветка плавно поворачивает на северо-восток. Ну уж точно она не идёт параллельно главной железной дороге.
Перед стрелкой, или, если более официально, перед автоматическим стрелочным переводом, Виант остановился.
– Что мы здесь забыли? – от торопливого бега по шпалам Инга изрядно запыхалась, вот, только, сарказма не растеряла ни на грамм.
– А ты не понимаешь? – переспросил Виант.
В ответ Инга так глянула на него, так глянула, как солдат на вошь. У напарницы с нервами тоже не всё в порядке. Её точно так же гложет скорая война, прости господи, ядерная война.
– Это наш единственный способ узнать, какой именно поезд проследует по этой отворотке. Можно сказать, мы заляжем в засаду. Вон, видишь? – передней лапой Виант показал на автоматическую стрелку. – Сейчас путь переключен на основную ветку в направлении Ярхиры и дальше на северо-восток вдоль океанского берега. Когда же стрелка перескочит на нужную нам отворотку, значит, следующий поезд будет наш.
