увидел меня.
— Дорогой Люк! — радостно воскликнул он. — Какая встреча! — он пошел в мою сторону, не обращая никакого внимания на майора Де’Фаллена.
Мне даже, как-то, стало неудобно перед ним. Хотя, он сам допустил подобное у себя в отряде, поэтому с меня взятки гладки.
Подойдя ко мне, Де’Аламик тоже обнял меня.
— Будете? — он протянул початую бутылку с вином, с которой не расстался, даже в момент проявления своих теплых чувств к моей скромной персоне.
— Нет, благодарю, — отказался я.
— Зато я буду! — усмехнулся Жуль и взял из рук друга бутылку.
— Кхм-м, — я кивнул им обоим на Тьери, и те, повернувшись посмотрели на майора.
— О! Майор! — чуть ли не хором, произнесли они, как будто, только что увидели его.
Де’Фаллен тяжело вздохнул и посмотрел на меня многозначительным взглядом, тем самым мол говоря — «вот, видите».
— Снова пьянствуете, — недовольным голосом произнес Тьери.
— Так, на войну же скоро! — подпитым голосом ответил ему Жуль.
— Ладно, отдыхайте, — майор покачал головой и махнул на них рукой. Он прекрасно понимал, что назад они могут не вернуться, поэтому не стали с ними спорить. — Вы, если хотите, лейтенант, можете присоединиться к друзьям. В шатре у них тоже есть свободная койка, а вашими бумагами я займусь сам, — сказал Тьери, и кивнув нам на прощание удалился.
Мы остались втроем.
— А я только недавно узнал, что вы теперь на службе, — произнес Жуль и сделав из бутылки Де’Аламика несколько глотков, вернул ее хозяину.
— Как и я, — произнес Анри. — Вы по собственной воли или… — он не стал договаривать, поэтому я ответил.
— Нет, не по собственной, — сказал я правду.
— Получается, хитрюга кардинал решил все за вас, — хмыкнул пересмешник. — Хотя, я совершенно не удивлен. Я знал, что так будет, — добавил он и покачал головой. — Видимо, что он настолько сильно хотел видеть вас, дорогой Люк, на войне, что даже протекция Жозе вас не спасла, а я уверен, что он приложил все силы для этого, — произнес Пересмешник, смотря на меня сочувствующим взглядом.
И, признаться честно, его словам я верил. Я был уверен, что Жумельяк хотел оградить меня от всего этого, но видимо не смог.
— Зато, мы снова вместе! — своими огромными ручищами, здоровяк Жуль обнял нас обоих с Анри, и на лице лекаря показались страдальческие нотки.
— Жуль, вы снова не соизмеряете силы! — недовольно буркнул он и посмотрел на меня, явно ища поддержки, которой не было.
Да, Де’Жлриньи был силен, но сейчас, чтобы выдержать его медвежьи объятья и не получить травм, мне даже не приходилось насыщать свое тело магической энергией.
Я тренировался каждый день и вот результат. Я усмехнулся, наблюдая за Анри, который продолжал ворчать на здоровяка. Вот, что значит не заниматься своим телом, да еще и так много пить.
А тем временем, Жуль нас отпустил.
— Простите, — виновато произнес он. — Я просто, обрадовался, что мы в одном отряде, — понуро добавил он.
— И мы рады! — Пересмешник хлопнул друга по спине. — Просто, будь более сдержан в проявлении своей любви, — произнес Де’Аламик. — Кстати, о ней! Где наши шлюхи⁈ — недовольным голосом произнес он и осмотрелся по сторонам.
— И-то верно. Мы же им заплатили, — буркнул здоровяк. — Хотя, черт с ними! Приехал Люк! Это надо отметить! — произнес он довольным голосом, и сгреб меня в охапку. — И отказы не принимаются! — добавил он и повел меня в палатку.
Что ж, перед войной, и правда, можно было и отдохнуть в компании своих друзей.
Ведь, как я говорил ранее, там может случится, все, что угодно…
Интерлюдия
Тузула
Несколько дней до основных событий
Винсент Рошфор тяжело вздохнул и стянул с себя сначала камзол, а затем и рубаху.
— Нужно раздеться полностью, — произнесла Марика и улыбнулась.
Багровый Палач смерил ее презрительным взглядом, но не стал спорить и в итоге остался в том, чем мать родила.
— Ложись туда, — девушка кивнула на большой и круглый камень, который каким-то непонятным образом оказался в подвале этого старого и ветхого здания, в котором воняло мочой, а по полу, совершенно ничего не опасаясь, бегали крысы.
И в этот раз он не стал спорить.
Старший сын семьи Рошфоров подошел к алтарю и, забравшись на него, лег. Холодный камень причинял ему неудобства, но Винсент и бровью не повел. Если ему удасться вернуть свою магию, это стоит всего того, что ему пришлось перенести.
«Моя магия, стоила, вообще, всего на свете», — в этом он был уверен полностью, поэтому когда Марика склонилась над ним с чашкой в которой ползали насекомые, которые напоминали что-то среднее между пиявками и миногами, Багровый Палач лишь усмехнулся.
— Нужно, чтобы они были на твоем теле, — произнесла девушка и бывший маг кивнул.
Таинственная обладательница темного дара начала выкладывать на его тело существ из тарелки и те, почувствовав живую плоть, сразу же впивались в его кожу.
А затем сразу же пить его кровь. Его драгоценную кровь аристократа, которая была одна из древнейших в королевстве.
Когда все твари оказались на его теле, Винсент ощутил легкое головокружение, которое по прошествию нескольких минут, начало усиливаться.
Вскоре, его дыхание участилось, а в глазах стало двоиться.
Он попытался подняться, но руки Марики уперлись ему в грудь.
— Терпи! — повелевающим тоном, произнесла она, но даже если Багровый Палач и хотел бы ее ослушаться, то сделать это все-равно бы не смог.
Из-за обильных потерь крови он сильно ослаб и с трудом даже мог пошевелиться.
«Черт! Черт! Черт! Зачем я доверился ей⁈» — повторял про себя Багровый Палач, пока мелкие монстры продолжали высасывать из него кровь.
А все из-за магии, без которой он чувствовал себя, словно калека. Без нее каждый день был в тягость, и не спасал не дорогой алкоголь, ни лучшие шлюхи, не наркотики. Ничего из перечисленного не делало его хоть чуточку счастливым, и эту пустоту было невозможно заполнить ничем.
А потом он получил это странное письмо и познакомился с Марикой. Она клятвенно заверила его, что вернет ему магию, если он пообещает выполнить её просьбу, когда магия к нему вернется.
Багровый Палач был в отчаянном
