людей, у меня не было. Мы находились слишком далеко от местной цивилизации, но тем не менее я так или иначе запоминал эту разрозненную информацию и однажды составил некую цепочку. Один из стукачей сначала работал от одного стаба, потом от другого, затем вернулся в прежний и только потом уехал в Колизей. А в пути он останавливался в Минутке, и неожиданно для себя я вдруг вспомнил кое-что. Имелся один человек из моего окружения, который проделал точно такой же путь. Этого просто не могло быть, но я достаточно давно живу на свете, и во время допроса Беаты мне удалось задать нестандартный вопрос, а она ответила правду, потому что ответ был ей привычен. Через несколько дней я задал другой вопрос, но уже не Беате, а присутствующей здесь Кнопке, потому что она более пяти лет пробыла в плену у Рона и кое-что знала. При этом ответ на мой вопрос Кнопка пока не дала – ей нужно время, чтобы всё обдумать, а мне – чтобы проверить полученную информацию. Так вот, этот необычный информатор Рона носил странную кличку Блюшечка. Эта кличка достаточно часто мелькала в дневнике, и именно её присвоила Угрюмому Тина, а затем повторила Беата в видеозаписи, которую вы только что просмотрели. Как Угрюмый познакомился с Роном, мне неизвестно, но думаю, мы очень скоро об этом узнаем. Угрюмый Гость хотел физически уничтожить сестрёнок и Стального как первоисточники происхождения клички «Блюшечка», но тогда, уже более шести лет назад, ему попался только Стальной. К тому же группа вашего стаба везла приличное количество жемчуга, и он сдал её за определённый процент, но Рон обманул Угрюмого и просто забрал его с собой. Рону был нужен знахарь, и Угрюмый оказался на цепи на долгие пять лет. Правда, и на цепи Угрюмый не забывал проявлять свою стукаческую натуру, раскручивая пленников на откровенность и сдавая их хозяину, но это уже мелкие и неинтересные всем детали.
Неожиданно рассказ Лучника прервала Кнопка.
– Я помню Стального и ребят из этой группы. Всех по именам не помню, но тогда и не знала. Только двоих – рыжего Костюка и совсем молоденького парнишку по имени Шмак. Они долго с нами жили, почти полгода. И через день их избивали и вообще гнобили страшно. Шмак рассказал, что во время захвата они убили несколько муров из отряда Рона. Вроде сенсора, следака и ещё кого-то, и Рон пообещал им, что они будут умирать долго и максимально «весело». Остальных троих оставшихся в живых сразу увезли. Стальной тоже долго с нами не пробыл, но я его помню – квазы-пленники с нами больше никогда не сидели. И да, ты прав. Люди часто, после того как Угрюмого уводили, пропадали. А бывало, их прямо на наших глазах избивали и сажали в фургон для отправки в Сосновый, но тогда я не обращала на это внимания. Самой бы выжить.
– Где эта сука? – прошипел Кастет.
– В подвале со Светлой. Я почему-то подумал, что вы захотите его допросить.
– Какой твой интерес? – Вопрос Тихого прозвучал тихо, но слегка угрожающе.
– Интерес скорее ваш, а нам Угрюмый практически ничего не сделал. Правда, меня попытался выставить муром, подбивая ребят завалить Квазимодо, пока я отсутствовал, а сам наверняка собирался перехватить бразды правления отрядом. С обычными рейдерами это бы прокатило, даже Боцман повёлся, а вот Светлая притормозила исполнителей до моего приезда. Ведь они завязаны на неё и на меня, а не на Угрюмого. Многому Угрюмый Гость у Рона научился. Вот только до дневника ему добраться не удалось – я всегда жил отдельно и дневник никогда никому не показывал. Даже Кнопка, длительное время бывшая моей напарницей, о нём не подозревала. Согласно вашей практике, подобное деяние тянет максимум на изгнание из отряда, но это я притащил Угрюмого в ваш стаб, а вы с ним уже скорефанились. При желании Угрюмый без мыла в душу залезет, а такое желание у него имелось. Ведь открывались замечательные перспективы стать одним из руководителей стаба и командиром сильного отряда.
– Ты же понимаешь, какое будет наше решение.
– Главное, это должны понять все бойцы моего отряда, поэтому все посмотрели этот фильм и получили такие же объяснения, но не от меня, а от Боцмана и Светлой. Только озвучить это решение должны руководители стаба Минутка – Тихий, Кастет и Яри, а я простой командир отряда, который притащил в стаб крысу.
– Извини, Лучник, но каким образом Гость проходил ментатов? Они ведь должны были его выявить, – спросил Яри.
– А что незаконного он делал? – усмехнулся Лучник. – Угрюмый просто отправлял коммерческую информацию гражданину стаба Колизей на закодированной флешке. Причём очень часто с теми самыми людьми, которые ехали в Колизей и потом пропадали с концами. Ментат стаба задаёт стандартные вопросы: ты мур? Ты внешник? Общался ли с мурами или внешниками? Хочешь ли навредить стабу или гражданину стаба? На все эти вопросы Угрюмый честно отвечал «нет». Более того, он общался исключительно с гражданином стаба Колизей, а информацию сливал только о приезжих. То есть по законам стаба Колизей ничего криминального не совершал. Кстати, за время проживания в Колизее помимо группы из Минутки Угрюмый слил Рону около пятидесяти человек. За долю малую. Угрюмый жил у местного знахаря более полугода и помогал ему в работе, а заодно собирал необходимую информацию. Приезжие ведь часто, едва приехав в стаб, приходят к знахарю. Вот он и совмещал полезное с очень полезным. – И Лучник обратился к Тихому и Кастету: – Так мы идём или у вас ещё остались вопросы?
– Идём, – за двоих ответил Тихий.
– Тогда маленькое дополнение, которое я хочу озвучить при своих ребятах. Вы можете задавать Угрюмому только вопросы, касающиеся озвученных мною событий. Вопросы, касающиеся истории возникновения нашего отряда и моего появления в мире Стикса, вы задавать права не имеете. Светлая будет блокировать их. В конце концов, я мог допросить Гостя самостоятельно, пристрелить его, а вас поставить перед свершившимся фактом. Или Гость пошёл бы с нами в рейд и просто погиб, но я хочу, чтобы всё было по закону. Если часто переступать через определённую черту, то карма портится. Хватит мне Тины с Беатой.
– Лучник! Мы идём с вами? – спросил Боцман.
– Нет. Я специально пригласил на эту встречу Норда. У вас могут появиться к нему вопросы, а допрос Гостя касается только Тихого и Кастета. Вам там делать нечего.
Эпилог
Несколько недель спустя
– Грамотно нас Лучник с Угрюмым развёл, – сказал Тихий Кастету, глядя на вереницу
