199
«Diction. des origines».
200
Жюлье «Recueil de l'academie des sciences», изд. 1713 г.
201
Известно, что многие пряные коренья: гвоздика, корица, имбирь, перец, кардамон, особенно ваниль, производят сильное стремление к чувственности; но питье крепкого кофе без привычки и в большом количестве производит сильное волнение крови. Частое его употребление и большими приемами ослабляет органы: делает их нечувствительными; потому у таковых людей всегда рождается леность, бездеятельность и слабость тела; цвет лица мертвеет и белые зубы, краса девиц, обращаются в уголь. Это дознано многими наблюдениями. — Здесь говорится только о тех, которые много употребляют кофе; но пить одну чашку, как средство для ускорения пищеварения, весьма полезно.
202
Употребление чая в Китае и Японии незапамятно. Индо-голландская ком., учрежденная в 1602 г., в первый раз вывезла чай в Европу в нач. XVII в. Голландцы, зная по слухам, что китайцы и японцы извлекали питье из какого-то деревца, растущего в их странах, отправили к ним некоторое количество шалфея, за один фунт коего выменяли три фунта чая. Салернская школа предлагала тогда шалфей как специфическое средство против многих болезней. — Привезенный чай в Париж был продан от 30-100 фр. за фунт. Шалфей не имел успеха в Китае. — Употребление чая быстро распространилось в Европе, так что уже в 1655 г. он был в чрезвычайном употреблении в высшем кругу парижского общества.
Как скоро чай распространился в Европе, он сделался предметом преследования науки. — Голландский врач Николай Тюльпиус описал в 1640 г. медицинские свойства чая; потом вскоре за ним два врача французские Марине и Жонке сделали то же; последний назвал чай божественной травою и сравнил его с амброзиею. — Наконец, в 1678 г. голландец Корнелий Бентоке написал прекрасное сочинение о чае, имевшее такой успех, что после трех изданий, раскупленных тотчас по напечатании, оно было переведено на все языки: это сочинение окончательно утвердило успех чая.
Вскоре Англия начала соперничать в ввозе чая: первый груз чая ост-индской компании пришел в Европу <в> 1669 г. Директора компании поднесли 22 ф. чая английской королеве, супруге Карла II, в день ее рождения. Исчислено, что <с> 1652 г. по 1700 г. количество ввоза чая не привышало 90 000 килогр.; в настоящее время Англия употребляет 18 мил. килогр. в год.
Гуссей рассказывает о бесполезных попытках всех мореплавателей пересадить это деревцо в Америку и Европу и заключает неутешительною истиною, что мы, европейцы, можем его разводить не иначе, как в теплицах. — «La monographic du the, par Houssaye», Par. un vol. in 8.
Чай играет столь важную роль в торговых сношениях и внутреннем потреблении многих государств, что невольно изумляешься недостаточности химических исследований над составом этого произведения. Анализы, сделанные Франком, Брандом, Мейльдером и Штейнгузом, суть единственные, но недостаточные, посему докт. Пелиго охотно воспользовался предложением просвещенного негоциаота Гуссея, доставившего ему различные образцы черного и зеленого чаев. В записке о чае, читанной им в Парижской академии наук (17 июля н. с, 1843 г.), он нашел в чае следующие вещества: 1) дубильное начало (tannin), 2) летучее масло, от которого зависит аромат чая, 3) вещество, содержащее в себе много азота — чаин (theine), которое встречается в кофе и лекарственном веществе guarana, дорого ценимого бразильцами. Пелиго нашел, что в листьях чая содержится азотаот 6,15 до 6,62 на 100. Ни в одном растении не найдено столь богатого содержания азота. Это начало в чае, соединенное с другими началами, составляют азотистые вещества — таких веществ содержится от 20–30 на 100. Если листья настоять в теплом и слабом растворе поташа, то получится буроватая жидкость, и потом, если прилить какой-либо кислоты, то получится осадок, содержащий в себе азот. Пелиго считает этот осадок тождественным с творожиною молока (caseine). Зная, что чай содержит много азота и что в нем есть творожина, нельзя сомневаться, что он есть питательное вещество. — В Индии приготовляют чай с молоком, маслом, поваренной солью и с какой-то щелочной солью, горькою на вкус. Точно таким образом приготовляют киргизы, калмыки и многие жители Сибири, прибаатяя иногда сало или масло и луку. — Этот чай известен в торговле под именем кирпичного. В Канавсре приготовляют его другим образом: листья кипятят час или два, потом воду сливают и листья приготовляют с маслом, мукою и мелко изрубленным козлиным мясом. Очевидно, что в первом случае употребление горькой соли имеет целью растворение творожины в жидкость, а во втором творожина остается в листьях и с ними вместе потребляется. — У образованных народов чай употребляется иначе. — Следует ли допустить, что настой из малого количества чая и большого количества воды действует возбудительно на нервную систему, а тем как бы заменяет пищу? Или: имеет ли он такие же питательные свойства, как молоко и бульон? Не разрешая положительно этих вопросов, Пелиго определяет только вес и свойство начал, входящих в состав чайного настоя, обыкновенно у нас приготовляемого для питья. В таком случае листья чая, с которого несколько раз сливался настой, все еще содержат в себе около 1/6 части растворенных веществ. — Желательно, чтобы физиологическими опытами было исследовано: какую силу воспроизводит чай в питании, особенно в соединении с сахаром? Вообще, если чай, рассматриваемый как вещество питательное, содержит азота более, нежели всякое другое растение, то его возделывание представляет чрезвычайные выгоды, потому что большая часть азота заимствуется не из удобрения, а из атмосферы. Пелиго заключает, что во Франции нельзя желать чрезвычайного распространения чая, ибо тогда должно уменьшиться потребление виноградного вина, к ущербу французского виноделия. Если это может быть справедливо для Франции, то для государств, где собственно виноделие никогда не может быть значительной отраслью государства, напр. У нас, в России, должно желать возможно большего потребления чая с одной стороны для уменьшения хлебного вина, а с другой для распространения сахара, с чем тесно сопряжена единственная надежда к улучшению земледелия. — Журн. мин. гос. им., 1843 г., № 5 в смес., с. 89–92.
203
Уложение, гл. XXV, ст. 11–26.
204
«Epistolae et judicia Claris, aliquot medicorum dc tabacco», ed. Ultraject. 1644 г., с. 150. — «De herba panacea», Everato, ed. Ultraject. 1644 г. См. его статью «De tabaco herba commentariolus», с. 12–15. Некоторые туземцы Испаньолы называют еще козоба — «Neandri tabacologia», с. 68, изд. Ultrajecti, 1644 г.
205
Ралейг (Ralegh) был близкий любимец английской королевы Елизаветы. — Курение табака введено прежде всех в Лондоне и составляло принадлежность человека светского и с тоном. — Дикари Виргинии, приписывая тысячу достоинств табаку, относили растение это к высшему дару небес, ниспосланному для утешения человечества. Roberts «Hist. of Americ», кн. IХ, с. 286–287, изд. 1829 г.
206
Herba divina sancta, Heilekraut, heiliges Wundkraut, herbe propre a tous les maux. — Для любопытных указываем статьи «Neandri tabacologia», изд. Ultraject., 1644 г., с. 65–70, где встречаются названия: herba legati, herba reginae, Catharinaria ас Mediccae, Uppowos, herba magni prioris, Tornabonam, от имени посла при французск. дворе; herba St: Cruci, от имени папского легата и др. В честь табака написана похвала в двух книгах и в стихах, см. Raph. Thori «Hemnus tabaci ed. Ultrajecti», 1644 г. и начинается:
Innocuos calices et amicam vatibus herbam, Vimque datam folio: et lacti miracula fumi Aggredior. Tuqui censu decoratus equestri, Virtutem titulis, titulos virtutibus ornas, Antiquum et Phaebi nato promitis honorem. etc. etc. <Кубки невинные и траву — подругу пророков, Силу, данную листьям: чудо млечного дыма Я созерцаю. Ты же всадника украшаешь, Доблесть его и честь восполняя чином и званьем, Древнюю обещаешь славу рожденному Фебом>.
При всех похвалах, расточаемых табаку от излечивания застарелых болезней, грудных и даже заразительных (см. любопытные средства, которые составлялись из табака против этих болезней, «De herba panacea» «Панацея из травы», с. 20–58, ed Ultrajecti, 1644 г.), однако в то же самое время Неандер (см. его «Tabacologia», с. 82 и след.) указал, что табак действует отравительно.
207
«Улож.», гл. XXV, пом. в «Полн. соб. законов».
208
Болтин «Примеч. на истор. Леклерка», ч. I, с. 476, 507–510. Усп. «Оп. пов. о древ. русск.», ч. I, с. 85. Татищ., его «История».
209
Ramasini «Maladies des artisants, trad, de Fourcroy», с 189.
210
«Annal. de Chim.», т. LXXI, с. 139.
211
Oiphila «Loxologie generate», т. II, с. 246, I. edition. За два столетия до Орфилы уже доказал отравительное действие табака Неандер, см. его сочин. «Tabacologia, edit. Ultrajecti», 1644 г., с. 89–139. — Он рассказывает, что каннибалы намазывали стрелы свои соком табачным; что этим соком испытывали над животными — и всегда была следствием смерть.
