Здесь есть кое-какие бумажки Хеймейкера, записи, которые он делал до того, как попросил, чтобы у него забрали это дело и передали его мне.
Дент поднял голову и посмотрел на хозяина дома.
– Случай с отверткой вызвал у него тошноту, – пояснил Муди.
– Как вы отнеслись к тому, что он отказался участвовать в расследовании?
– Мне это не очень понравилось, но у меня не было времени раздумывать над этим. – Муди кивком указал на папку: – Я был очень занят.
– Занят тем, что пытался расколоть меня, – вставил Дент.
Дейл Муди равнодушно пожал широкими плечами:
– Обычно подозревают бойфренда. Или кого-то, кто близко знал жертву.
– Моего отца и сводного брата тоже подозревали? – спросила Беллами.
– Любого, кто подпадал под категорию близких знакомых мужчин.
– Но мой отец?
– Послушайте, я не собираюсь извиняться перед вами за то, что делал свою работу.
Поскольку ей не хотелось спорить с ним – это могло привести к тому, что Дейл замолчит и прекратит свой рассказ, – Беллами сменила тему:
– Я не понимаю, почему Алан Стрикленд не сразу попал под подозрение. Даже согласно моим собственным записям… По крайней мере, мне кажется, что это ваш почерк. – Она показала верхний листок.
Муди кивнул.
Это оказалась копия страницы, вырванной из блокнота. Большая часть текста представляла собой неразборчивую скоропись, которую мог бы расшифровать лишь сам Муди. Правда, кое-что понять было можно. Красной пастой были подчеркнуты отдельные слова или сделаны пометы на полях.
Беллами внимательно просмотрела страницу.
– Вы здесь написали имена свидетелей, которые во время допросов назвали имя Алана Стрикленда. Верно?
Дейл Муди утвердительно кивнул.
– По крайней мере, хотя бы некоторые из них должны были вспомнить, в какой манере Алан танцевал со Сьюзен, – сказала Беллами. – Почему же он не стал с самого начала главным подозреваемым?
По всей видимости, этот вопрос вызвал у Дейла неловкость. Старческие глаза под тяжелыми сморщенными веками обвели комнату, переместились на Дента, затем на Беллами.
– Он и был главным подозреваемым, но прежде я побеседовал с вашими родными. Они назвали мне имя Дента Картера и рассказали о том, что утром он поссорился со Сьюзен.
– Значит, я попал в самую верхнюю строчку списка.
– Верно. Я не мог вернуться к Алану Стрикленду, пока полностью не отработаю тебя.
– Алан был второй подходящей кандидатурой. Но даже тогда вы не слишком-то верили, что преступление совершил он. Верно? – спросила Беллами. – Почему же вы не верили?
Дейл сделал еще один глоток.
– Почему? – повторила вопрос Беллами.
– Когда я в первый раз допрашивал его, он сказал, что Сьюзен дала ему от ворот поворот и посмеялась над ним.
– И вы поверили в это? – спросила Беллами.
– Обычно молодые мужчины, особенно такие дамские угодники, как он, не признаются, что их послали, поэтому я решил, что он сказал правду. По крайней мере, частично сказал правду. Затем был его брат.
Беллами и Дент переглянулись.
– Что? – удивился Дейл.
– Мы бы хотели услышать об этом в первую очередь, – отозвалась Беллами. – Продолжайте, пожалуйста.
Муди затянулся сигаретой и выпустил к потолку струйку дыма.
– Я допрашивал их по отдельности. Брат Алана – его звали Рей – рассказал мне, что было у Алана на уме, когда тот вышел из павильона вместе со Сьюзен. Они подмигнули друг другу. Рей остался. Выпил еще пива, стал заигрывать с девушками. Когда погода неожиданно испортилась, он переполошился. Он не хотел мешать брату, чем бы тот ни был занят в эти минуты, но…
– То есть он был стражем своего брата, – с мрачной усмешкой заключил Дент.
Муди поднял стакан, как будто собираясь выпить за его здоровье.
– Рей рассказал нам, детективам, что он отправился в лес, но встретил на туристической тропе Алана, который возвращался обратно. – Хозяин дома показал на папку. – Здесь есть записи нескольких допросов этого парня. В одном из них он признался, что Алан был «злой как черт».
– Он так и сказал?
– Да, так и сказал. Но добавил при этом, что он отлично понимает Алана, потому что слышал смех вашей сестры. Она даже крикнула его брату: «Эй, не слишком заходись!» А потом велела ему отправляться домой, подрочить и думать при этом о ней.
Беллами почувствовал на себе взгляд Дента: он явно ждал, как она отреагирует на слова Муди. Однако она постаралась сохранить непроницаемое выражение лица.
– В любом случае братья, каждый по отдельности, на допросах рассказали мне одно и то же. Что Алан оставил Сьюзен в лесу и что она посмеялась над ним.
– Почему же это признание не было озвучено на суде? – спросила Беллами. – Поскольку дело строилось на косвенных доказательствах, это вызвало бы у судьи обоснованные сомнения.
– Вызвало бы, пожалуй, – согласился Муди. – Адвокат, назначенный Алану судом, полагался в первую очередь на показания брата подсудимого. С ним едва не случился припадок в то утро, когда должны были заслушать его показания, а Рей не явился на слушание дела. Адвокат не смог назвать причину его отсутствия. Не знал, почему он не пришел в суд, не ведал, где он находится в данный момент.
Защитник отдал себя на милость суда и попросил перенести слушания хотя бы на послеобеденное время, чтобы он мог попытаться найти свидетеля. Руп тут же взвился до потолка. Устроил настоящее цирковое представление по поводу этой, как он выразился, попытки защиты выкручивать руки присяжным. – Муди презрительно фыркнул: – Это был звездный час Кольера!
– Меня в тот день не было в суде, – посетовала Беллами. – Я не помню этого эпизода.
– Дайте угадаю, что случилось дальше, – предложил Дент. – Судья отклонил предложение защиты.
Муди утвердительно кивнул.
– И Рей так и не выступил в суде.
– Почему же он в тот день не пришел?
– Потому что оказался в больнице. По пути в суд угодил в автомобильную аварию. В более или менее нормальное состояние он пришел лишь через несколько дней, и в суде зачитали его письменное свидетельство. Увы, оно не произвело того эффекта, которое вызвало бы его устное выступление. К тому времени, когда Рей поправился и собрался выписываться из больницы, было уже поздно. Алана осудили и перевели в Хантсвилл.
– О боже, – прошептал Дент. – Неудивительно, что у него поехала крыша.
Муди выпрямился в кресле.
– Что? – удивленно спросил он.
– Рей Стрикленд ничего не забыл и не простил.
Бывший полицейский мгновенно понял, о чем идет речь, и кивком указал на синяки Дент:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
