Несмотря на груз многих веков, тот поцелуй принадлежал им одним, и их давняя дружба внезапно перевернулась с головы на ноги, обрушившись на Рекса, как превращение в пустыне.
И Рекс понял, что выживет.
Возможно, он и правда наполовину чудовище, которое боится творений рук человеческих, которое искалечено темняками, обратившими его сущность против него самого. Но у него есть Мелисса. И она поддержит его.
Это был самый сладостный миг в его жизни.
37
0:00ЗНАКОМСТВО— Не так уж и сложно было, если честно. Десс принесла свою штуковину… GPS — и мы точно узнали, где была машина. По крайней мере, приблизительно.
— Ты вел ее до самого дома Мелиссы?
— Только до шоссе. Дальше Мелисса сама справится. Зато этот случай научит ее пристегиваться. — Джонатан улыбнулся. Даже в синеватом сумраке тайного часа по его смуглому лицу было заметно, что днем он слегка обгорел на солнце во время путешествия по посадочной полосе. — Хуже всего было ехать по равнинам без ветрового стекла. — Он облизал губы. — До сих пор во рту солено.
Джессика засмеялась и выглянула на задний дворик, чтобы оценить бурный прогресс в садоводческой деятельности отца. Оставшись сегодня поближе к дому и сидя на собственной крыше, она чувствовала себя в безопасности.
— А вы не видели… Анатею?
Джонатан отрицательно мотнул головой.
— Мы там не были.
Джессику снова пронзила ноющая боль, которая не отпускала весь день.
— Может, стоило ее похоронить…
Джонатан вздохнул.
— У нас не было лопаты, да и времени тоже. Кто-то должен был отвезти Мелиссу в больницу. И вообще, приспешники темняков наверняка позаботились о… — Он не докончил фразу.
— Ах да, я же тебе не сказала, — вспомнила Джессика. — Звонил Рекс. Мелиссу сегодня выписали. Рентген ничего не показал. Он сказал, что она и правда… в отличной форме.
— Мелисса? В отличной форме? — усмехнулся Джонатан. — Ну и ладно. Интересно, как она собирается объясняться с родителями?
Джессика потерла руку в том месте, куда ее прошлой ночью укусила ползучка. Укус превратился в желто-лиловый синяк.
— Не думаю, что Мелиссе нужно что-то объяснять родителям.
— Ах, ну да. — Джонатан опустил глаза.
Джессика рассказала ему о силе Мелиссы; что на самом деле случилось с отцом Рекса и что она сделала с Десс на заднем сиденье «форда». Но Джонатан, похоже, еще не до конца это осознал. Он охотно рассказывал, что Десс ему сказала о Мадлен или как они спасали машину Мелиссы, но избегал говорить о том, что случилось в прошлом или ночь назад… или об Анатее, умершей в пустыне.
— Как там Десс? — спросила Джессика.
Он пожал плечами.
— Она сказала, что ставит темнякоупоры на дом Мадлен. С ней вроде все нормально.
— Вчера я бы так не сказала.
Когда они вернулись в дом Десс, она заснула, но каждый час ее мучили кошмары, и она почему-то выкрикивала имя «Ада Лавлейс».
— Ну, теперь-то у нее новый проект, и все будет нормалек.
Джессика покачала головой.
— Тебе надо было это видеть, Джонатан. Как будто Мелисса… — Она не могла подобрать слов. — Ты просто не знаешь.
— Знаю, Джесс. Ко мне Мелисса тоже прикасалась.
Девочка удивленно посмотрела на него.
— Что? — Смесь ревности и отвращения болезненно кольнула ее в сердце. — Когда? Зачем?
— В ту ночь, когда ты обнаружила свой талант. Мне пришлось прыгать с ней и Рексом.
Джессика глотнула. Она вспомнила, как они вместе летели через пустыню, навстречу Змеиной яме, но ей и в голову не пришло…
— Боже мой, а ведь правда. Я тогда даже не знала.
— Никто не знал, кроме Рекса и Мелиссы.
Тут Джессика заметила, что отпрянула, и снова взяла его за руку.
— Прости, Джонатан.
Тот едва заметно вздрогнул.
— Не жалей меня. Жалей Мелиссу.
— Лучше уж я приберегу жалость для Десс. — Джессика снова посмотрела вниз, на отцовский сад. — А вдруг она что-нибудь делала с нашими родителями?
— Мелисса? Да нет. Вряд ли ей есть дело до моего отца. Он никогда не доставлял мне хлопот.
Девочка кивнула.
— Да, но помнишь, как родители отпустили меня на ту вечеринку… Как раз тогда, когда я была нужна Рексу.
— Но ты до сих пор под домашним арестом, Джессика, шесть ночей в неделю. — Джонатан развел руками. — Она что, не могла тебя освободить насовсем?
— А может, она хотела незаметно?
— Мелисса? Незаметно? — Джонатан засмеялся. — Да брось! Нельзя же становиться таким параноиком от каждой мысли в чьей-нибудь голове, а?
— Наверное, — вздохнула Джессика. — Не знаю, почему я такая. Может, потому что… — Она повернулась к нему, и слезы, сидевшие в засаде весь день, опять заволокли ее глаза. — Просто я никогда не видела смерть.
Он обнял ее за плечо.
— Я тоже.
— Когда они ее забрали, она была почти одного возраста с Бет.
— Да…
Джессика покачала головой и повторила слова, которые крутились у нее в голове много часов подряд:
— Мне так жаль…
— Не проси прощения за слезы. Не стоит. Но… — Джонатан пожевал губу, что означало: он не хотел ляпнуть что-то не то.
— Говори же.
— Ну, ужасно то, что они сотворили с Анатеей, но это было пятьдесят три года назад. Как случай из старой газетной вырезки. Для меня девочка, которую мы видели вчера, была призраком, наконец обретшим покой.
Девочка пристально посмотрела на черную луну. Последнее время при взгляде на нее у Джессики уже не так сильно болела голова. Может, она становится полуночником до мозга костей?
— Наверное, можно о ней думать и так. Призрак, который теперь свободен.
— А ты спасла Рекса и не дала повториться этому кошмару.
Она сжала его руку.
— Кое-кто мне в этом помог.
Джонатан покачал головой.
— Только представь: стоит там дедуля Грейфут, а полночь закончилась. Смотрит он на девочку, которую похитил еще в юности. У него, наверное, инфаркт случился.
Джессика вздрогнула: ей совсем не хотелось представлять ничего подобного. Она не желала ничьей смерти и теперь знала наверняка, что и никогда не пожелает. Она радовалась, что остальные трое полуночников сегодня сидят у Мадлен: Мелисса скрывается в искажении, чтобы не выдать местонахождение дома; Десс оборудует дом защитой от темняков; Рекс взялся за штудирование архива, чтобы пополнить Хранилище знаний, а возможно, и отыскать то, что защитит их в полночь навсегда.
— Извини, — сказал Джонатан, почувствовав, как она отстранилась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
