забрал у меня артефакт перемещения и активировал его. Появилась сиреневая дымка и, взявшись за руки, мы вошли внутрь. Вышли мы перед громадным зданием, которое было соединено со скалой. С одной стоны этой скалы спускался бурный водопад. С другой был ряд балконов выходивших на настоящий лес, который так же спускался с гор. Зеленый газон вокруг замка утыкан клумбами, где росли розы всех возможных оттенков. Дорожки и серого камня. Окружало все это великолепие живая трехметровая изгородь.
— Добро пожаловать домой принцесса Тармилина Амилия Дамвиль! — прошептал брат мне на ухо.
— Это что, правда, наш дом?
— Да и я думаю, отец нас уже заждался. Тебя особенно. Он тебя три года не видел.
Меня буквально силой втащили внутрь. А упиралась я только потому что не могла оторвать глаз от этого великолепия. Зайдя внутрь моему взору, предстало светлое просторное помещение. Широкий холл с двумя полукруглыми лестницами, которые соединял балкон. На нем стоял высокий худощавый мужчина с черными волосами, заплетенными в тугую косу. Одетый в белую рубашку и черные брюки. Он что-то объяснял девушке в форменом платье горничной.
— Отец, мы вернулись. — радостно сообщил Фред, заставляя мужчину обернуться.
Отец сбежал вниз по лестнице и заграбастал нас в объятья.
— Дети мои. Вы живы! Как же я соскучился!
Приятный голос казался смутно знакомым. Он обволакивал. Король отпустил Фреда и сильнее сжал в объятиях меня целуя в щеки и в волосы. Вот у меня вопрос возник, неужели все в моей семье такие высокие? Я что братьям, что отцу по грудь. А ведь я среднего роста.
— Тармилина, мне вечности не хватит, чтобы загладить свою вину. Ведь я бесконечно виноват перед тобой. Но я хотел тебя спасти. Не думал, что все выйдет из-под контроля. Доченька, я должен вернуть тебе воспоминания. Их очень много и они счастливые. Позволишь?
Отстранилась. Я не знала, как реагировать. Где-то глубоко в душе понимала, что это родной человек, которому стремилась много лет, но в данный миг он был чужим. А потом приметила в его руках камень в металлической оправе.
— Это артефакт которым я стирал твои воспоминания. Там заключён дух, благодаря которому он работает. — пояснил вампир старший.
Стояла моргала внимательно разглядывая папушу и артефакт в эго руках. Не смело кивнула.
К моей голове приложили артефакт. Перед глазами мелькали воспоминания. Мои воспоминания. Вот я маленькая бегу к папе и хватаю его за руку, довольная тем, что он вернулся. Первые шаги. Первый танец. Первая ссора с мальчишками, потому что меня не взяли с ними играть. Все воспоминания мелькали разбросанными картинками, но это были мои моменты, где вся семья была вместе.
Последняя мелькнувшая картинка отображала меня грустную сидящую на берегу реки. Я помню тот день. Я хотела учиться магии. Темной магии, но мне вся семья твердила, что нельзя. Что еще рано. Создав дождевую тучу в доме, я выбежала на улицу и бежала до самой речки. Но я забыла, что успокаивать меня пришел отец. Он очень долго сидел со мной рядом говорил и говорил.
Я посмотрела на отца по-новому, вспомнив все, что нас связывало. И теперь я наконец-то, правда, дома в окружении близких мне людей.
Папа заглянул в глаза с каким-то беспокойством. — Мышонок, вспомнила?
— Кажется да! — Я сама прильнула к нему с объятиями.
Потом мы сидели в гостиной в руках у меня была чашка с фруктовым чаем. Отец долго-долго извинялся, рассказывал о своих переживаниях и чувствах. Пока я не услышала до боли знакомый голос. Кружка выпала из рук, расплескивая чай по черному ковру.
В Чистом поле
Земля растила травы луговые.
Эти травы создавали,
сны волшебные.
А где-то далеко,
Жили ветер и вода.
Но когда они узнали
про травы луговые
Что дарили сны волшебные.
Захотели помочь сестре своей родной.
Вода щедро травы поливала.
Ветер разносил семена на просторы.
Но только вот беда, не хватало им тепла.
Как всегда не оставил их в беде старший брат.
И пришёл огонь, одарив теплом своим.
Тихо прошептал:
Я буду вас беречь.
И вместе создадим,
мы этот мир огромный.
Где травы луговые дарят сны волшебные.
Я судорожно начала оглядываться в поисках источника звука. Пока не увидела спускающуюся по лестнице маму. Красивая, в роскошном платье. Такая же молодая, правда в уголках глаз появились мелкие морщинки. Она улыбалась, ведя за руку Анни.
Я перепрыгнула через спинку дивана и помчалась к ней.
— Мамочка! Это ты! Правда ты? Мамочка, я тебя люблю! — я сделала то о чем мечтала долгие годы. Обняла родного человека. Снова вдохнула ее запах, самый-самый родной.
— Девочка моя. — меня погладили по волосам. — Я тоже скучала. А еще я знаю про твои подвиги. Я тобой горжусь. Превратиться в стихию это потрясающе.
— Мамочка, пожалуйста прости меня! Я… — слезы катились по щекам. — Я убила столько людей. Злых людей. Но я их убила. Мамочка, прости меня!
— Мышонок, сильные не плачут! — напомнил свою любимую фразу брат.
— Сынок, сильные девушки не плачут, они выплёскивают накопившиеся эмоции. А твоей сестре сейчас это нужно. — меня продолжали мягко гладить по волосам, обнимая.
— Я тоже хочу обниматься! — раздался детский голосок.
— А ты иди ко мне, — отец подхватил малышку на руки. — Они очень давно не виделись. Пусть стоят и обнимаются, а мы поиграем. А лучше предлагаю устроить набег на кухню и найти что-нибудь вкусненькое.
— Да!
Позже весь вечер провели за рассказами сидя у камина. Я поведала историю, как сбежала и что делала три года. Отец рассказал про новые торговые отношения с Груетом и брак Алукарда с их принцессой, который должен состоятся в ближайшее время. Мама о своей жизни за эти три года. Она просила Николаса отчитываться каждый день об успехах в моих поисках. Фредерик лишь слушал, играя с Анни в кубики. А отец с матерью не выпускали друг друга из объятий.
— Давно здесь не было так уютно! — в гостиной появился Алукард. — Отец ты давно не разжигал камин.
— Поводов не было. — легко отозвался Минарт, поглаживая Антинию по руке. — А теперь вся семья в сборе. Присоединяйся к нам.
Он присел возле играющей компании, помогая возводить башню.
— Отец, я конечно не хочу омрачать наш вечер, но у нашей Тармилины возможно снова будут всплески силы. Она получила сильный избыток темной магии. Отчего блокирующие артефакты не выдержали.
— Ерунда, научится! А дворец и не такое переживал. — отмахнулся отец.
— А еще проблема грозит всем нам. — добавил Алукард.
— Сын, у нас сегодня праздник наши женщины, спустя столько лет снова дома. Может,
