— Готов активировать портал, — объявил Заин Жалир.
Раздался жалобный вой, слышный скорее разумом, чем ушами, и психическая жизнь наполнила огромный кристалл призрачных двигателей бегущего по паутине судна. Элеменат зачерпнул энергию кристалла, придав ей форму окружающего корабль фасеточного пузыря. Другой мыслью он приказал Заин Жалиру активировать портал.
Воздух вокруг бегущего-по-пряже наполнился энергией. Вспышки всех цветов заплясали вокруг незримых очертаний психического барьера, когда перед носом корабля закружилась дыра в ткани реальности. Вихрь ширился, раскручивался всё быстрее и быстрее. Через несколько ударов сердца в дыру проскользнул бегущий-по-пряже, направляемый мыслями Элемената.
В отличии от других кораблей эльдаров бегущие-по-пряже не были ограничены существующими нитями и туннелями паутины, они прорывали себе путь через брешь между материальной вселенной и варпом, и стены хода обрушивались позади судна.
Теперь командовал Элеменат, его разум был связан с бурлящими энергиями небытия и смотрел на них, как не мог никто другой: даже видящий не смог бы узреть варп в чистом виде. Белый провидец глядел, как сшибаются энергии, волны и потоки чистых эмоций и психической силы. Сквозь мальстрим красок и тканей он увидел тонкие нити ближайшей паутины и направил туда корабль.
На короткое мгновение бегущий-по-пряже должен был погрузиться в чистый Имматериум, что позволяло обойти стены паутины под руководством белого провидца. Элеменат ощутил нечто леденящее, а камень души на его груди жарко запульсировал, когда провидец укрепил психическую оболочку вокруг корабля для недолгого перемещения. Тело и разум болели, он чувствовал, как ускользает жизнь, лишь на мгновение оказавшаяся в хватке Той-Что-Жаждет.
Бесконечно долгий удар сердца воля белого провидца была всем, что сдерживало ненасытный голод порождённой эльдарами богини. Он уже совершал это действо несколько раз в компании остальных, но сейчас было первое одиночное плаванье Элемената, и провидец всё тщательно приготовил. Его разум окружала белая стена отречения, блокировавшая всё, что могло привлечь внимание, действия совершались на бездумном, инстинктивном уровне.
Вспышка психического выброса, и перемещение завершилось.
Скрытый в извилистых проходах паутины путей, защищённый от нападения возведёнными до Падения нематериальными стенами, Элеменат мог немного расслабиться. Однако обереги паутины не были гарантией защиты, и его разум остался настороже к любым признаком повреждений защитных слоёв.
В паутине Заин Жалир смог взять управление, пилотируя судно, как любой другой корабль, двигатель черпал энергию из чистой материи варпа. Свернув в боковой проход, бегущий-по-пряже продолжил путь к хранилищам Бьель-Танига.
Окружающий Бьель-Таниг лабиринт туннелей был слишком извилистым и тесным для корабля; оставив на борту Заин Жалира, Элеменат повёл остальных пешком. В отличии от пересечённых ими межзвёздных ответвлений, эти проходы были сделаны из цельного материала, созданы из столкнувшихся энергия реального и нереального. Обычный глаз видел пастельно-голубые и снежно-белые сводчатые пути, медленно изгибающиеся и сходящиеся с другими на перекрёстках в форме звезды. Для психических чувств Элемената существовал лишь мерцающий силовой барьер, сдерживающий бушующие энергии. По крайней мере белому провидцу было куда спокойнее, чем в открытом варпе, и он мог блокировать остаточный шум.
Направляемый внутренним компасом, которому его научили арлекины Смеющегося Бога, Элеменат чувствовал, как течёт энергия через саму паутину. Бьель-Таниг был близок и тяжело свисал в ткани смеси варпа и реального пространства. Примерно через десяток выглядящих одинаково звёздных распутий, провидец повернул налево, минул ещё несколько, повернул направо и так шёл какое-то время.
Здесь паутина путей приняла другой облик, смертные никогда не смогли бы осознать, как она отражала свою древность. Не стало сверкающих однообразных коридоров из цвета и света. Эльдары оказались на сумрачных улицах под совершенно чёрным беззвёздным небом, путь их направляли осыпающие стены, заросшие мхом и оплетённые терновой лозой, что словно жила собственной жизнью и медленно двигалась.
Воздух стал сухим, словно в пустыне, и полным песка. Древние наносы собирались под покатыми стенами и забивались в щели между камнями. Вздохи ветра эхом разносились по сводчатым дворикам, что появились в стенах тут и там, мельком открывая древние виллы и разваливающиеся особняки.
Ветер приносил печальные голоса, трепал и шелестел терновой лозой, отчего казалось, что говорит она. Шепчущие лозы говорили о древних днях величия, когда Бьель-Таниг был местом поиска мудрости и познаний. Хриплые голоса оплакивали академические конфликты, что охватили университетский городок, когда разные фракции в погоне за эзотерическими познаниями и просвещённым мышлением соперничали с другими сектами. Голоса плакали, что логика и рассудок уступили место догмам и ритуалам, а Бьель-Таниг стал местом смерти и извращения, где изучение стало религией, а исследования проводились огнём и клинком на телах невинных.
Мы мертвы, мертвы из-за собственной глупости, шептали заточённые в терниях духи. Пусть же усохший Бьель-Таниг послужит уроком живым, ибо нам больше ничего не узнать.
Дрожа, Элеменат шёл через развалины, его разум преграждал путь мёртвым духам, стремившимся впиться в его мысли ледяными когтями.
Очередной поворот почти привёл их к началу, но на этот раз с правильного направления, и эльдарам открылись грозные врата — внешне выкованные из золота и железа. Зловещий тёмный металл украшали сверкающие жёлтые руны эльдаров, которые скручивались в название: Бьель-Таниг. Сквозь врата можно было разглядеть сложное переплетение засовов и рычагов, украшенный серебряный затворный механизм покрывали руны не крупнее булавочной головки.
Ворота свисали с не менее впечатляющих колонн из покрытого зловещими предупреждениями и оберегами мрамора с прожилками — красными как кровь и словно пульсирующими, будто по ним что-то текло.
Или так видел глаз. Элеменат привык полагаться на менее обманчивые чувства. Он видел кружащийся, но цельный барьер психической энергии с маленькой ярко белой руной в центре, за которую ничто не могло пройти.
Не было ни колокольчика, ни сигнальной руны — ничего, чем отряд мог дать знать о себе кроме криков, чего в этом мрачном месте делать не хотелось никому. Элеменат посоветовал спутникам потерпеть, ведь судя по всем его прошлым визитам обитатели Бьель-Таниг сами узнавали о посетителях и уделяли им внимание в своё время.
Четверо эльдаров забавляли и занимали себя, каждый по своему. Провидец начитывал защитные мантры, чтобы занять мысли. Странники решили осмотреться — не теряя из виду врат — и оглядеть медленно корчащуюся шепчущую лозу и осыпающуюся кладку. Силлион присел у одного из воротных столбов с маленьким белым мемокамнем в руках и слабо задвигал губами, шепча свою тайную историю. Элемената не заботило, что в прошлом натворил пират, и он радовался, что направил психическую силу на защиту собственного разума, а не проникновение в чужие, ведь искушение взглянуть на прошлое и судьбу такого эльдара было велико.
Наконец, из-за врат раздался мрачный звон колоколов. Шепчущая лоза задрожала от предвкушения, чёрные листья и бледные как кожа мертвеца цветы потянулись к проходу.
За засовами были видны смутные тёмные силуэты, неспешно движущиеся туда-сюда. Затворный механизм кружился, трещал и скользил, в то время как видимые Элеменату психические обереги уровень за уровнем расходились, открывая путь в паутине.
Врата бесшумно распахнулись наружу, открыв четверых; провидец уже знал, что стражей всегда было столько же, сколько и посетителей Бьель-Танига, словно они были тёмными отражениями.
Четверо эльдаров были облачены в чёрное и серое, а тела их обвивали терновые лозы с крючьями и мокрыми шипами. Они выглядели истощёнными даже по меркам эльдаров, скрытые тенями лица напоминали обтянутые кожей черепа. Из впалых глазниц мрачно смотрели чёрные глаза, пронзая Элемената и остальных пристальным взором.
Позади тернокожих стражей можно было увидеть на фоне спокойного алого неба смутные силуэты воинов-автоматов, чьи длинные руки-клинки сверкали в свете серебристой звезды. Разбитую мостовую под ногами тёмных хранителей обвивали терновые побеги, с их шипов на изломанную плитку капал смрадный яд.
Взмахом руки Элеменат послал вперёд нуль-гроб. Стражи Бьель-Танига окинули шкатулку из психокости зловещими взглядами и резко, с шипением вдохнули — неясно только от опасения или от предвкушения.
— Давно искали мы это адское устройство, — неясно, кто из стражей говорил — звук словно доносился из ниоткуда. — Нефритовый Скарабей Нейменха. Истинное сокровище для мёртвых мудрецов.
