Сталкеры воспринимают этот процесс иначе (здесь я могу опираться на опыт собственной жены) — во-первых, они не встречают неорганических существ, исполняющих роль «стража» второго внимания, во-вторых, они почему-то пугаются самого момента засыпания (если предчувствуют вхождение во второе внимание) и сразу попадают в состояние «сновидения-наяву». Все было бы хорошо, но дело в том, что именно здесь накопившиеся проблемы проявляют себя ярко и всесторонне. В самых худших случаях сталкеры оказываются в натуральном фильме ужасов, который даже за кошмар выдать невозможно (они-то помнят, что не засыпали!).
Но наша книга не о сталкерах, а о сновидящих. У сновидящих другие проблемы — им труднее вычленить состояние второго внимания из потока сновидческих галлюцинаций. Бывают забавные случаи — сновидец пребывает во втором внимании, но при этом продолжает действовать по сценарию осознанного сновидения.
С одной стороны, это забавно. С другой — рискованно и опасно. Именно нечеткость грани между вниманием сновидения и вторым вниманием, как мне кажется, заставила дона Хуана назвать сновидение "смертельной игрой". Если вы — сновидящий, вам неплохо было бы усвоить простое правило: все, что вам снится, может оказаться реальностью. Оно может быть искажено неверной интерпретацией, оно может оказаться продуктом собственного воображения — но не стоит на это рассчитывать. Среди сновидящих уже есть жертвы — имейте это в виду! Их не слишком много, но достаточно, чтобы остальные усвоили правила безопасности.
Первое правило: плотность тела сновидения.
Второе правило: не вступать в контакт с неорганическими существами вплоть до полного освоения второго внимания.
Третье правило: безупречность и отстраненность от всего наблюдаемого.
Подобных правил можно сочинить бесчисленное множество. Беда в том, что те, кому эти правила предназначены, не обращают на них никакого внимания. Легкомысленные сновидящие могут закончить свою жизнь в психиатрической клинике. Самые удачливые из них — просто теряют способность к сновидению на всю оставшуюся жизнь.
Попробуйте осознать это, ибо второе внимание отличается от внимания сновидения тем, что оно является полем реальных энергетических воздействий. Осознанное сновидение — только подступ к Трансформации, сама же Трансформация осуществляется в пробуждении ото сна.
Очень многие полагают, что просто осознанное сновидение или сновидение толтекское — необходимое и достаточное условие для тех «сверхъестественных» способностей, что описывал в своих книгах Карлос Кастанеда. Конечно, это не так, и потому методики Толи и Лабержа всегда останутся внутри "данного нам" мира — это детские игры для любознательных, это показательная демонстрация способностей человеческого осознания упорядочить само себя.
Человек устроен и проще, и сложнее одновременно. Проще — потому что его способности управлять собственным осознанием всегда находятся на "кончиках пальцев", сложнее — потому что мир требует от человека намного большего. Перцептивная среда не удовлетворится простым проникновением ("мистическим совокуплением"), она жаждет участия и жизни, сопричастности — вот суть иных перцептивных миров. А мы, сновидящие, принимаем их в качестве «призраков», не в состоянии отличить реальность от иллюзий. Мы ищем свидетельств, которых нет и быть не может. Мы ищем подтверждений там, где мы воспринимаем все окружающее как подлинный источник всякого существования.
В момент перехода от внимания сновидения ко второму вниманию мы сильно меняемся. Мы переживаем процесс трансформации энергообмена. Тело сновидения, которое должно быть к этому моменту достаточно развито, берет на себя основной удар.
Поскольку тело сновидения тесно связано с телом первого внимания (физическим), сновидцы часто получают удар по всей своей психофизиологической конституции. История знает множество случаев, когда после яркого и убедительного сновидения человек пробуждался с синяками, царапинами и даже более серьезными травмами — что полностью соответствовало содержанию сновидения.
Феномен «стигматов» с самого начала сбивал ученых с толку. Поскольку человек может получить необъяснимые физические травмы, это, по их мнению, свидетельствует лишь о чрезмерно развитой способности к внушаемости, а также к самопроизвольному управлению функциями организма — на уровне гормонов, иной секреторной активности и др.
Подобные явления, хоть и фиксировались документально, всегда оставались где-то за границей академической науки. "Ученая трусость" и "ученый скептицизм" — вот два зверя, от века и по сегодняшний день охраняющие науку от целого ряда фактов, не получающих рационального объяснения.
Никто не может позволить себе предположить, что некое существо из "параллельного мира" (хотя он вовсе не параллельный!) причинило физический вред человеку, которому это существо «приснилось». Это — последняя граница нашего "описания мира", за ней начинается безумие, хаос и утрата собственной личности. Здравомыслящий человек никогда на это не решится.
Но толтеки не были "здравомыслящими людьми" в нашем понимании. В каком-то смысле они были «безумцами», ибо не знали ни нашего страха, ни нашей осторожности, ни нашего стремления оставить все как есть.
По этой самой причине, думается мне, толтеки без труда перешли из внимания сновидения во второе внимание. Просто в их тонале (вспомним, что они жили три-четыре, может, и больше тысяч лет назад) еще не существовало тонкой границы между сном и явью. Они бродили по иному пространству, не задумываясь, где — иллюзии, а где — настоящие звери из иных миров.
Они жили во "времени сновидений" (как назвали эту эпоху австралийские туземцы). И, как всегда в таких случаях, они обрели невообразимые преимущества перед нами, одновременно утратив способность контроля. Мне кажется, они так и не поняли, где кончается сон и начинается Реальность. Они ушли в "щель между мирами" — ибо, с одной стороны, были слишком сильны, чтобы остаться здесь, с другой — слишком слабы, чтобы обрести новую жизнь в открытых ими мирах.
Это и есть путь древних видящих. Та ловушка, о которой предупреждал дон Хуан Кастанеду. Он вновь обретает силу, поскольку никогда не исчезал. Это путь СИЛЫ И ГИБЕЛИ — путь заманчивый, романтичный, сулящий выгоды уже в мире первого внимания, но иллюзорный, ибо не дает ни силы, ни свободы, ни бессмертия. Он только обещает плоды, но не имеет их.
Я знаю лишь один способ двигаться в мирах второго внимания, и не зависеть при этом от чужеродной энергии. Это путь уплотнения тела сновидения. Сосредоточение на теле спасает от множества неприятностей.
1. Второе внимание включает ВСЕ основные структуры тела сновидения. Поэтому переход во второе внимание сопровождается мощными телесными переживаниями (если у вас склонность к гипертонии, имейте это в виду, так как проникновение во второе внимание сопровождается резким повышением артериального давления. Прежде всего добейтесь, чтобы ваше кровяное давление не превышало норму.).
2. Структуры тела сновидения тесно связаны с телом первого внимания (физическим) и неравномерно транслируют сигналы из непривычной перцептивной среды. Есть лишь один универсальный канал энергообмена, который работает всегда и в любой перцептивной среде. Это — канал «просвета», или область пупка. Именно поэтому любой выход во второе внимание чаще всего сопровождается серией спазм и судорог в области брюшной полости.
Этот эффект невозможно предотвратить полностью. Его можно лишь ослабить. Но мы можем быть вполне уверены, что, если после яркого сновидения страдаем мышечными спазмами в области живота, это было не просто сновидение, а проникновение во второе внимание.
То же касается артериального давления — кровотечение из коса обычно, если вы попадаете во второе внимание первый или второй раз. (Здесь я, конечно, опираюсь на собственный опыт, но абсолютно уверен, что эти явления носят общий характер.)
3. Предвестником перехода во второе внимание является синестезия. Спутанность сенсорных каналов в состоянии сновидения имеет место лишь в двух случаях: 1) когда точка сборки все еще не покинула материнский кокон (кокон "физического тела") и пытается «собрать» некую мешанину из внешних и внутренних сигналов — чаще всего этот эффект ограничивается объединением кинестетики и аудиальности, реже — аудиальности с визуальностью; 2) когда точка сборки нашла реальный сигнал снаружи и пытается объединить его в непротиворечивое «описание» с разнородными и принадлежащими обыденному тоналю сенсорными сигналами. В результате вы можете почувствовать себя "специфическим монстром" либо чем-то неопределенным, но «связанным». (Дело в том, что синестезия на грани второго внимания ограничивает ваши возможности. Она, по сути, является психическим «представлением» органического единства и взаимозависимости вашего физического тела и тела сновидения.)
