успевшей нагреться мраморной облицовке.
Это был мой рай. Мой кайф. Как там говорят? Личный сорт героина? На хрен! Никакой наркотик не мог сравнится с этим. Я вдалбливался в нее с силой, мы смотрели друг на друга, не в состоянии отвести глаз. Ее губы дрожали, я не слышал, а скорее всей кожей ощущал ее стоны.
- Яр… Я люблю тебя! Я так тебя люблю!
- И я люблю тебя, детка, ты мой мир, слышишь! Весь мой мир! Не будет тебя – ничего не будет!
Я видел как расширились ее зрачки, черная дыра, утягивающая меня туда за горизонт событий…
Она сжала меня там, внутри, ее бедра свело судорогой, и я почувствовал, как сперма толчками изливается в лоно. Глубоко, очень глубоко. Чтобы остаться там навсегда – я надеялся на это. Хотел этого. Хотел скорее увидеть как растет ее крохотный животик.
- Яр…
- Что, любимая?
- Я так боюсь! Я не хочу тебя потерять!
Глава 59. Стася
Поездка в шоу-рум, примерка, встреча с Дианой, даже обед в ресторане с моими любимыми волками – все это меня так дико утомило, что сразу после душа, где Яр взял меня так быстро и страстно я просто выключилась.
Даже не поняла, как оказалась в постели.
Зато сон свой запомнила хорошо. Очень хорошо. Он был яркий, светлый и очень счастливый… сначала.
Мне снились мама и папа. Мы гуляли в лесу, собирали землянику. Папа находил самые крупные ягодки и отдавал мне – прямо с кустика. Мама смеялась, говоря, что так варенья нам не видать.
Следующий эпизод сна – мы уже дома, мама надела на меня новое платье, купленное к моему дню рождения. Пышное белое платье, с юбкой как у принцессы, с настоящим корсетом, расшитое стразиками, у платья серебристо-серый пояс – точно такое же я выбрала для моей свадьбы. Папа фотографировал меня, говоря, что я похожа на принцессу.
Принцесса – так меня назвал сначала Яр, а потом и его братья.
И папа тоже звал меня принцессой, только я это, наверное, забыла.
И туфельки у меня во сне тоже были новые…
Я очень красивая там, во сне. И счастливая. Девочка-принцесса, у которой впереди только радость и счастье.
Потом мама неожиданно сказала, что ей не очень нравится серый пояс. На мне почему-то не должно быть ничего серого. Папа ответил ей, что это глупости. Но мама настаивала на своем, она сорвала с меня пояс, а я начала плакать потому, что именно пояс мне очень и очень нравился.
А потом почему-то папа подошел к маме, начал ее успокаивать, обнял, и они вышли, оставив меня одну.
А потом я увидела себя в детском саду. И та самая страшная женщина говорила, что моих родителей больше нет. И что это я виновата в том, что их нет.
Я проснулась в холодном поту. Меня всю трясло. А ведь сначала сон был таким хорошим! Я была так счастлива!
- Принцесса? Что с тобой?
- Яр…
Я прижалась к нему, стараясь сделать так, чтобы мое тело максимально соприкасалось с его телом. Так я не чувствовала себя уязвимой. Так мне казалось, что он меня защищает…
- Любимая моя.
Его твердый налитой член упирался мне в живот. Я устала, но мне так хотелось ощутить его внутри! Немедленно! И не только его.
Я протянула руку назад, касаясь бедра Стаса – обычно именно он лежал по другую сторону…
- Детка, ты уверена? Ты устала…
- Мне нужно это. Очень нужно. Пожалуйста!
- Любимая, тебе не надо просить нас об этом. Мы сделаем все, что ты хочешь!
- Я хочу вас! Очень!
На самом деле я хотела забыться. Забыть дурные сны. Похоронить в себе нервозность, оставшуюся после странной, непонятной встречи с Дианой. Просто почувствовать себя любимой и желанной. Убедиться в том, что я любима и желанна. Убедиться в том, что мои любимые волки – не сон.
О! Я хорошо понимала, что они точно не сон, когда их большие и твердые члены заполняли меня! И как же это было нереально кайфово!
Да, возможно со стороны это выглядело так, словно меня терзают, надо мной издеваются эти большие во всех смыслах мужчины. Но… на самом деле никто со стороны нас не видел. И никто не мог понять мое истинное состояние. Я понимала, что этого не почувствовать, пока не попробуешь.
Это могло казаться ужасным и диким – одна женщина, такая хрупкая и маленькая как я, и трое мужчин, таких огромных, сильных и могучих как они. В реальности я возбуждалась от одной мысли, что сейчас это снова произойдет, я текла от одного воспоминания, готова была принять их, только представив нас в нашей излюбленной позиции. Один мужчины внизу, я лежу спиной к нему, второй сверху, нависает надо мной, и третий стоит на коленях, перед моим ротиком.
Ох, я ведь никогда не была развратной! Но… это и не было развратом! Это было любовью. Истинной.
И… где-то в глубине души я жалела ту же Диану, потому что ей никогда не испытать подобного счастья.
- Малышка, о чем ты думаешь? – Стас уже положил меня на себя и аккуратно вошел в меня сзади, обильно смазав лубрикантом, хотя я уже начинала привыкать к этим вторжениям и боли никакой не было.
- О вас.
- Я надеюсь, что это так… - Он приподнял меня, и снова опустил, заполняя до упора и вызывая мой стон.
- Девочка моя… Какая же ты красивая! Если бы можно было…
- Что?
- Сфотографировать, распечатать большую фотографию, повесить в рамке на стену.
- Почему нет? Разве я запрещаю?
Ярослав занял свою позицию, дразня створки моего лона головкой члена.
- Я запрещаю. Я сам запрещаю себе. Если каким-то образом кто-то увидит твои фото…
- Если только тот парень…
- Какой парень?
- Ну, тот который будет печатать и вставлять в рамку.
Я смотрела на него широко распахнув глаза, надеясь, что он не сразу поймет мою шутку, но Альфа все понял.
- Хочешь пошутить, девочка? Поиграть со мной?
Он вошел резко, глубоко, заставив меня задержать дыхание и вздрогнуть.
Стас высунулся из-под меня.
- Эй, брат, ты там полегче! Она не титановая!
- О! А мне кажется, она гораздо крепче, чем мы думаем, парни, - и снова Яр с силой протаранил меня, принося, как ни
