Все взгляды мигом обратились к опальному экс-стражу. Пьетро, сознавая, что милости ему не видать, съежился и попытался спрятаться за Акуто… но тот отступил.
— Ты тварь, Пьетро, — негромко напомнил он, — За свои поступки надо нести ответственность.
— Он ее понесет, не беспокойтесь.
Властный, серьезный голос короля, внезапно нарушивший шумное единение, заставил всех повернуться к нему. Его Величество Тревор стоял, крепко держась рукой за корону, дабы не дать ей упасть с головы, и улыбался.
— Я рад, что мы, наконец, нашли тебя, мальчик. Но, думается мне, сподручнее наше братание будет продолжить уже на судне нашего друга — мне уже опротивела эта зала, да и вам, молодой человек, здесь, должно быть, надоело находиться.
Мартын широко улыбнулся и, переведя взгляд на бледного, явственно измученного Фредо, кивнул.
— Так точно, Ваше Величество. Да и тебе, брат, не помешает отдохнуть, а? Фредо… — пират неожиданно счастливо, широко улыбнулся, — Аркано… Я верил, так верил, что вы придете за мной! Ждал, желал этого всей душой, и вот, в миг, когда я уже отчаялся… Это как дар небес.
— Быть может, не всех небес, — Аркано в раздумье потер пересекающий глаз шрам и быстро улыбнулся, — Но после об этом. Идемте, мне тоже не терпится покинуть Искъерду.
***
Наверное, никогда еще Кадена не знала такого шумного и веселого похода, какой состоялся сегодня. Друзья шли, счастливые, довольные, радостные своей победой, улыбались, шутили и, конечно, Мартын был в центре внимания. Его передавали из рук в руки, с ним знакомились, ему спешили рассказать все новости королевства, и к моменту поднятия на борт «Морского дьявола», парень уже немного зачумел от общего внимания.
На корабле команда встретила его радостным ревом — ни от кого не было секретом, кого спасает капитан на Кадене, да и сам Мартын был всеобщим любимцем. Один Богдан почему-то оставался серьезным и, в конце концов, это не укрылось от проницательного Медведя.
Он дернул Мартына за оставшийся рукав и, выдернув его из толпы друзей, негромко прошептал на ухо:
— Твой капитан мне внушает подозрения, — заметив недоуменно сдвинутые брови друга, мужчина вздохнул, — Ты давно его знаешь?
Мартын неловко пожал плечами.
— Да давненько, пожалуй… Дядя, ты чего? Я с ним столько морей избороздил, Богдан — отличный парень! Фракасо! В чем ты его вообще подозреваешь?
Аркано не стал таиться.
— В том, что он — бог моря. Дагон.
— Богдан??? — парень весело расхохотался, — Ну, ты, дядя, и уморил! Да быть того не может, почему ты… — он вдруг осекся и посерьезнел, — Слушай. Я ведь компаса не оставлял на корабле… Точно помню, когда путешествовал по суше, шел по стрелке!
Медведь многозначительно кивнул. Еще одно странное происшествие вполне укладывалось в картину подозрений.
Мартын повернулся, недоверчиво созерцая спину своего капитана и растерянно почесал рассеченную шрамами метку пирата на плече. Потом почесал уже не крутящийся компас ниже и нахмурился.
— И как нам выяснить все наверняка?
На плечо его неожиданно легла знакомая худощавая рука. Серебряный Фредо вместе со своим братом, Стальным Ашем, незримые участники разговора, быстро переглянулись и улыбнулись совершенно одинаковыми улыбками.
— Непреложное право, — сказал Ашет, многозначительно приподнимая брови.
— Дар богов детям Кадены, — подсказал Фредо, — Ты можешь задать богу один прямой вопрос и получить на него прямой ответ.
— Да, если он бог! — Мартын вздохнул и потер шрам, оставшийся после смертельной, но удачно исцеленной раны, — А если нет? Он же уйдет от ответа!
Аш пожал плечами. За время дороги с этим пиратом он уже успел познакомиться, и почти подружиться, поэтому сейчас говорил свободно.
— Рискни. Что ты теряешь?
— Фракасо! — Мартын скрипнул зубами, — Репутацию я теряю, бестолочь! И становлюсь идиотом в глазах капитана! И вообще, что нам даст то, что он — бог?
— Многое, — Медведь нахмурился, — Быть может, он сумеет избавить тебя от крови ноофета…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Пират вздрогнул. Старый друг — случайно ли, намеренно, — озвучил его самое горячее, самое жгучее желание, и устоять перед соблазном было невозможно.
Он решительно кашлянул и направился к кучке пиратов с капитаном во главе.
— Эм… капитан! Тебя можно на минутку?
Богдан покладисто кивнул и, хлопнув по плечу старшего помощника, мельком дал приказ держать курс прямо на Тирар, после чего подошел к экс-подчиненному. Губы его растянула приветливая улыбка.
— Да, Мартын? Ты что-то хотел?
Мартын сглотнул. Спрашивать вот так напрямую возможного бога, не бог ли он, неожиданно стало жутко.
— Я… хотел спросить. Узнать. Задать прямой вопрос и получить прямой ответ, — парень сжал внезапно похолодевшие руки в кулаки, — Ты… ты — Дагон?..
Улыбка на губах капитана пиратов стала шире. На какой-то момент его собеседнику почудилось, что он сейчас рассмеется, и тогда все подозрения будут развеяны, тогда все будет хорошо…
— Непреложное право? — уточнил Богдан и, вздохнув, покачал головой, — Мартын-Мартын, ты ведь мог потратить этот вопрос на что-то более важное…
— Ты обязан ответить прямо! — Мартын закусил губу. Он понимал, что даже его слова уже словно подтверждают эту невозможную догадку, что все обстоит именно так…
— Я уже ответил, — капитан легко пожал плечами и отвел одну руку в сторону, — Но, если тебе нужен более прямой ответ, хорошо. Да, Мартын. Я — Дагон, бог моря и штормовых ветров. Правда, последними я уже давно не балуюсь…
Мартын похолодел. Горло перехватило, губы задрожали — никогда в жизни бедный парень не мог себе представить, что ему доведется беседовать напрямую с богом. С богом! Да как… как Богдан… Это же он, капитан пиратов, старый головорез, покрытый шрамами и застарелыми пятнами крови! Как… как такой… типичный пират может вдруг оказаться богом???
— Ты… — слетел с губ потрясенный вздох, — Фракасо… Ты… Дагон… Я… я счастлив, мое почтение… — он склонил голову в поклоне, и уже собирался, было, опуститься на колени, но Дагон, морщась, остановил его.
— Этого еще не хватало! Мартын, ты всегда был моим другом, мы с тобой столько вод прошли рука об руку… В конце концов, это же от меня ты научился говорить «фракасо»! Оставь эти церемонии, ты мне как был другом, так и остался. Эй! — он взмахнул рукой, подзывая участников спасательного отряда, понимая, что дольше таиться просто нет смысла, — Идите сюда! Все, все, я не хочу повторять дважды! Вы двое… нет, трое, — он указал поочередно на Фредо, Ашета и Аркано, — Чернокнижник, охотник и главнокомандующий. Это же вы подослали Мартына задать мне прямой вопрос, а? — бог негромко хохотнул и легко махнул рукой, — Не страшно. Я отвечу всем вам, хотя непреложным правом наделен только Мартын. Да. Я — Дагон! Бог моря и штормовых ветров, бог-предатель, отступник, оставивший Кровавых ради Светлых… И именно о последних сейчас пойдет речь. Знаешь ли ты, Фредо, — взгляд Дагона упал на растерянного князя, — Что Великая Праматерь знает о тебе? И, более того, она убеждена, что ты справишься с бедами королевства! Знаете ли вы… — здесь он помрачнел, — Что Светлые не помогут нам, если Неблис возвратится в мир? Сальфар велел передать…
Аркано, пришедший в себя первым, останавливающе вскинул руку.
— Охолони-ка… Дагон. Сальфар? Это еще кто?
— Покровитель небес… — хриплый голос Мартына был еле узнаваем, — Я… я слышал его имя когда-то… очень-очень давно, я не думал… Богдан, ой, Дагон… Я хотел про другое… В моих жилах течет кровь ноофета, я думал… подумал… ты же бог…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Хочешь, чтобы я избавил тебя от нее? — Дагон понимающе кивнул и, оглянувшись, приветливо махнул стоящему позади всех Фарраду, — Вампир, подойди-ка сюда. Скажи… — он дружески положил ладонь на плечо ученому, — Ты ведь способен отличить на вкус кровь человека и кровь монстра, чистую кровь и отравленную?
— Разумеется, — Фаррад, хранящий привычное хладнокровие, спокойно склонил голову, — Но кровь ноофета уже разошлась по всему телу этого юноши, я не уверен…
