Читаем без скачивания В семье не без подвоха - Юлия Жукова

Ну отлично, теперь он расстроился. А я-то радовалась, что удалось его немного развеять. Однако эта мысль держится у меня в голове недолго, потому что я вдруг озадачиваюсь вот чем: муданжские девочки до замужества обычно живут с матерями. Хотела бы я посмотреть на статистику детской смертности. Есть у меня подозрение, что для мальчиков и девочек она неодинаковая. А если так, то, значит, взрослых женщин на Муданге должно быть заметно меньше, чем мужчин. Отсюда и отношение к ним… М-да, порочный круг.

Дома Кир с тяжелым вздохом топает в свою комнату и закрывает дверь, так что до обеда от него ни слуху ни духу.

Впрочем, и на обед он не выходит.

Когда Азамат стучится к нему в дверь, ответа нет. Озабоченный Азамат приоткрывает дверь и обнаруживает ребенка спящим за столом носом в книжку.

– Не буду напоминать, что я тебя предупреждала, – триумфально говорю я.

Азамат умиленно улыбается и мягко треплет Кира за плечо.

– Ну что же ты, мальчик, просыпайся.

Кир подскакивает и ошарашенно озирается.

– Ой. Простите. Извините. Я ненадолго… Не заметил…

– Ладно уж, – смеется Азамат. – Пошли есть, соня.

Ребенок послушно чапает к столу и принимается механически жевать, не разбирая, что именно. Азамат обстоятельно выбирает косточки из жареной рыбы.

– С чего предпочитаешь начать? – спрашивает он, не отрывая взгляда от тарелки. – Проверим твою самостоятельную работу или статьи почитаем?

Кир на секунду впадает в панику, но тут же успокаивается и произносит с похоронной решимостью:

– Я почти ничего не сделал.

Азамат отрывается от тарелки.

– Почему?

– Ну… – Кир бросает косой взгляд на меня.

– Мы ходили к Арону, – говорю.

Азамат хмурится.

– Мне казалось, мы вчера с тобой обсуждали, что учеба на первом месте.

– Тебе именно казалось. Ты высказался и заснул, даже не выслушав, что я по этому поводу думаю, – спокойно сообщаю я.

– И поэтому ты решила игнорировать мое мнение, – продолжает за меня Азамат.

– У Арона дочка заболела, – объясняю я.

– Серьезно? – настораживается Азамат.

– Нет. Но ты же знаешь Арона, он уколов боится, сканера боится… Мне нужна была помощь в его нейтрализации.

– И, кроме Кира, никто не мог тебе помочь, – с ироничным трагизмом заканчивает Азамат.

Я пожимаю плечами.

– Ты занят, Тирбиш с Алэком сидит, Янка с Оривой на вызове… почти все остальные, кого можно попросить о такой услуге, работают с тобой. Не Орешницу же с Эсарнай было звать.

Азамат некоторое время смотрит на меня, потом вздыхает.

– Лиза, я встаю в четыре часа ночи, чтобы освободить себе вечер и позаниматься с Киром. Ты не могла бы хотя бы согласовывать со мной, если его отрываешь?

– А я не понимаю, куда ты так спешишь? Ему что, экзамен надо сдать? Зачем жертвовать собой и доводить ребенка до того, что он спит на столе? Ты его даже с братом не познакомил, а матери небось и не сказал ничего.

– Хорошо, ты его познакомила с моим братом. И какая от этого произошла польза? – нетерпеливо спрашивает Азамат.

– Арон позвал его с собой на охоту.

Азамат хлопает себя ладонью по коленке.

– Отлично! Теперь мой брат поведет моего сына на охоту раньше, чем я! Как прекрасно ты все устроила.

– Вы можете пойти вместе, – спокойно гну свою линию. Похоже, Азамат и правда переутомился, если разговаривает со мной в таком тоне.

Кир нервно переводит взгляд с меня на него и обратно, стараясь не привлекать к себе внимания.

– А ты могла бы немножко подождать, – отвечает Азамат. – Я же тебе сказал, немножко осталось!

– Не немножко, если недосыпать и не есть. И главное, ради чего! Нельзя поразвлечься, отдохнуть, а потом продолжить? Или для охоты обязательно надо уметь читать вслух с выражением?

– Кто кого заставляет не спать и не есть? Я не так много требую, Лиза!

– Я не знаю, сколько ты требуешь, но Кир встает тогда же, когда ты, и за завтраком напихивается не жуя, лишь бы побыстрее. И сидит весь день, не поднимая головы, над книжками. Если ты считаешь, что требуешь немного, то я не знаю, что такое много!

Азамат выглядит озадаченным.

– Я впервые слышу, что мои задания вызывают столько проблем.

– А то, что я уже неделю тебе твержу, что ты переутомляешь ребенка, не считается? – фыркаю я.

Азамат решает наконец включить Кира в разговор:

– Ты действительно весь день тратишь на задания?

Кир смотрит на него затравленно и хлопает ртом. Я раздраженно вздыхаю.

– Никто не будет тебя ругать за медлительность!

Кир осторожно кивает, не сводя настороженного взгляда с Азамата. Тот поднимает брови.

– Но почему ты не сказал, что тебе так трудно?

Взгляд Кира на секунду становится неверяще-укоризненным.

– Мне не трудно, – почти шепотом отвечает ребенок.

– Если тебе приходится вставать затемно и весь день заниматься без перерывов, то это называется трудно, – замечает Азамат.

Кир сжимает губы и злобно зыркает на меня, но молчит. Азамат некоторое время ждет, но ответа не получает, так что задает новый вопрос:

– Ты бы хотел прервать занятия?

Кир пару секунд колеблется, потом осторожно отвечает:

– Да.

Азамат опускает голову.

– Вот как. Почему?

– Мне надоело, – осмеливается Кир.

– Мы можем заниматься меньше, – с надеждой предлагает Азамат. – Всего час в день, например.

Ребенок мотает головой.

– Нет.

Азамат расстроенно кивает.

– Понял. Ну, может, хотя бы сегодня еще почитаем? А с завтрашнего дня все?

Кир снова мотает головой, уже решительнее.

– Ну хорошо, – разводит руками Азамат. – Не хочешь – не надо. Отдыхай.

Кир как будто только и ждал команды: вскакивает и исчезает в своей комнате.

Мы некоторое время сидим молча, осмысливая произошедший разговор.

– По-моему, – говорю, – мы сделали неправильно все, что только могли.

Азамат задумчиво кивает.

– Не надо было при нем ругаться.

– Я и не ругалась.

– Ну да, ты просто доходчиво рассказывала мне, какой я идиот.

– Я просто отвечала на твои вопросы. Ну ладно, хорошо, я согласна, надо было проявить дипломатичность и вывести тебя в другую комнату.

Азамат отодвигает тарелку, ставит локти на стол и упирается кулаками в щеки.

– Ты ему хоть раз говорил, что будет, если он не сделает задания? – интересуюсь осторожно.

– Что значит «что будет»? Ничего не будет, просто почитали бы вместо этого.

– Я спрашиваю, ему ты это говорил?

Азамат задумывается.

– Нет… Ты думаешь, если бы он знал, что можно, то давно бы бросил?

– Не знаю, может, не так бы усердствовал.

– Если ты считала, что он слишком много учится, почему сама ему не сказала?

– Я сказала. В первый же вечер.

– И?

– И он решил учиться тайком от меня, пока я не объяснила, что не запрещаю.

Азамат поджимает губы.

– Все так и должно быть. Ты женщина, я мужчина, приказы разные, слушаться надо меня. Вот шакал! – Он внезапно ударяет кулаком по столу так, что вся посуда подскакивает. – Так хотел все сделать правильно и, конечно, все испортил!

– Ну ты так-то уж не отчаивайся, – говорю. – Погоди, он успокоится, разберется, что к чему. Поговори с ним спокойно.

– Попробую, – протягивает Азамат без энтузиазма. – Что-то мне кажется, что он не станет со мной говорить по душам. Ему бы с духовником поговорить, но…

Азамат так и не заканчивает очевидную мысль: Ажгдийдимидин с его предвзятым отношением к безродным сделает только хуже. Можно было бы, конечно, отвезти парня на Гарнет, чтобы с ним поработал нормальный психотерапевт, но, боюсь, в настолько незнакомой среде ребенок просто не станет разговаривать.

Муж мой тем временем решает воплотить задуманное немедленно и идет стучаться к Киру в дверь. Ответа, как и прежде, нет.

– Опять спишь, что ли? – удивляется Азамат. – Неужто я тебя так вымотал?

Стучит громче – тишина. Дергает ручку – заперто.

– Вот как. – Азамат в задумчивости замирает перед дверью. – Ну ладно, значит, завтра поговорим…

Просыпается Алэк, и после кормежки я начинаю собирать его на прогулку – раз уж Азамат свободен, почему бы не провести время с другим сыном, он соскучился вообще-то. В комнате у мелкого душновато, и я открываю окно, чтобы проветрить. И вижу, что окно комнаты Кира распахнуто настежь, а с подоконника свешивается простыня с узелками.

– Азама-а-ат, – зову. – Он, похоже, опять сбежал.

На этот раз я даже не волнуюсь, только досадно, что весь вечер будет потрачен на поиски этого малолетнего раздолбая.

Азамат высовывается в окно, делает те же выводы, что и я, и без раздумий высаживает дверь в комнату Кира. Там и правда пусто, простыня привязана к письменному столу. Под окном у Кира довольно широкий карниз над окнами нижнего этажа, а с него при некоторой сноровке можно перепрыгнуть на крышу служебного крыла, где кухня и конюшни. Спуститься оттуда могла бы и я. Быстрый звонок сообщает, что Филин тоже пропал. Кир без своего пса не сбегает. Азамат тяжело вздыхает и принимается поднимать на ноги всю службу безопасности. Конечно, никто не станет гулять с Алэком в такой ситуации. Я решительно надеваю куртку и вытаскиваю мелкого в беседку. Он-то не виноват, что его братец любит заставить всех понервничать.