меня Старым Врагом обозвала?
Отец сразу не ответил, внимательно вглядываясь куда-то мимо моих глаз.
— Думать надо сынок, с дедом посоветоваться. Мы Род древний, у нас врагов хватало. Ты как? Встать сможешь?
— Так я и не больной, конечно проявлю самостоятельность, сейчас только твою секретаршу подлечу.
— Подлечи, подлечи, заодно поведай мне, что ты там с Кариной натворил?
— А чего не так-то? Пап? — Я приложил руку к щеке отцовой секретарши, — вроде я там всё поправил, теперь как новенькая должна быть.
— А в стационаре это можно было сделать. Сначала ты правителя арабов на ноги поставил, вернув ему силу молодости. Ну там ладно, там информацию умеют беречь. А тут как нам быть? Мне пол часа назад звонил чеболь Ли, просил… Представляешь? Просил, не предлагал, хочет с нами встретится, говорит только ты можешь помочь.
Блин, а вот об этом я как-то не думал.
Два часа в медитации, это и немного, но я планировал провести всего десять минут, интересно когда меня за прогулы со школы выпрут. Вот ни как на меня шкурка ученика не на лазит. Сколько книг про попаданцев читал, там раз и он сразу пацан, крутой. Всех нагибает самый умный и вообще все девки его… Я тяжело вздохнул, приложив раскрытую ладонь к лицу, девок мне мало, ага, а про Линку опять из головы вылетело.
— Папа, — позвал я отца, внимательно осматривающего синяк на скуле Марии Витальевны, — Мне Лана звонила, говорит, что Линка пропала.
— Когда?
— Ну как раз, когда эти, — я повёл головой показывая взглядом на суетящихся сотрудников имперской безопасности, — заставили десятихвостую убраться.
— Другими словами прошло уже более двух часов, — отец нахмурился, вытаскивая телефон, — странно, что мать мне не звонила.
Пока отец, набрав номер, разговаривал с мамой, у меня появилась свободная минутка, которую было обещано потратить на Машу. Девушка так и сидела на спортивном мате подогнув ноги под попу, отчего юбка красиво натянулась на выпуклых местах показывая круглые коленки.
Улыбнувшись девушке, присел рядом, положив руку на наливающийся синим, здоровенный синячище. Странно, а я боли совсем не чувствую, так только вначале, дёрнуло. Как после хорошего перепоя и всё.
— Сейчас мы вас подлечим, дорогая Мария Витальевна.
— Ох Юрий Евгеньевич, боюсь, что после столкновения с таким твёрдым предметом, лечиться мне придётся не один день.
Я направил лучики солнышка на место ушиба заставляя вибрировать клетки. Ох тыж. А ведь тут лёгкий сотряс, ну это мы уже проходили. Искорку направляем к клеткам мозга и на нервные окончания вестибулярного аппарата.
— Ну вот, дорогая Мария Витальевна, теперь вы лучше прежнего, — я с удовольствием осматривал лицо пострадавшей, хм, а ведь я и первые мимические морщинки вокруг рта убрал. Ну и ладно. Вряд ли о них Маша будет переживать как о потере.
— Ну что закончили? — папа закончив говорить обратил своё внимание на нас с Машей.
— Да Евгений Львович, представляете совсем не болит, девушка ощупывала своё лицо правой рукой, одновременно роясь в своей сумке, явно ища зеркало.
— Сын, мама говорит, что Лины нет ни дома ни в школе и телефон не отвечает. Но так уже у нас пару раз было, когда она никого не хотела видеть. А мама думает, что сегодня утром она сильно обиделась на Лану. Ну и вот.
— Странно. Тогда почему Лана волнуется, точнее не так, раз это уже было, — я никак не мог сформулировать мысль, — она должна ведь знать об этом. Просто, когда она позвонила, она говорила утверждающе, а не может быть пропала. Нужно ей позвонить.
— У девочки уроки, телефоны они сдают перед уроком учителю. — папа сосредоточено ковырялся в своём телефоне, — Так телефон Лины, сегодня наш дом не покидал. Знаешь сын, а поехали домой, что-то мне неспокойно.
* * *
В дом мы ворвались, как два раненных лося. Пока, собрались пока папа раздал обязательные указания, пока ехали, в общем прошло минут десять, за которые мы оба успели себя накрутить.
— Нафаня, — заорал я с порога.
— Нифонтом меня кличут. Почто имя коверкаешь, нехорошо это. — Домовой ужом вывинтился из-под плинтуса.
— Где моя дочь? — Папа навис над домовым, как трансатлантический танкер над буксиром.
— Лина? Так в лес ушла, с утра ещё, — Нафаня показал коротким пальцем на рыжую белку, сидящую на перилах второго этажа, — вот ентот баял.
Не успел он ещё закончить свою фразу, я уже стремительно преодолевал ступеньки на второй этаж. Рыжик видя такую картину, заверещал со страху. Рванул в мою комнату, теряя по пути свои какашки. Догнать рыжего мне не удалось, ну если почти, его хвост обмахнул моё лицо. А следом, мы оба, оказались на полянке возле камня.
Шишку звать не пришлось. Лешак и так стоял возле камня, всем своим видом показывая, что он тут уже стоит целую вечность, а меня где-то носит нелёгкая.
Вот интересно «нелёгкая» это как? И почему носит? Спросил я его естественно о другом:
— Шишка почему?
— Что почему? — Растерял свою надменность лешак.
— Почему моя сестра шастает по лесу без пригляда, давай докладывай где она.
— Нету её, была да пропала, — лешак насупился, отводя взгляд, мои доглядчики проводили её до деревни на деревьях, а там ни твоей ни моей власти нету.
— Как это? — Не понял я, — Значит деревня в моём лесу, и не моя?
Оно как бы мне и нафиг не нужна, какая-то деревня, со странными людьми. Но если Лина у них, нужно же иметь хоть что ни будь за пазухой.
— Так у вас людей, всегда так, — пожал плечами со страшным скрипом берёзы на ветру, лешак, — если сам власть не возьмёшь, то её тебе никто не даст.
— Предлагаешь взять? — я по-новому взглянул на Шишку. Явно у него зуб на деревенских имеется.
— Ты природный Князь, приди и возьми.
— А ты думаешь пойдут под мою руку? — Я повернулся, ища глазами отца. По идее он уже должен подтянуться. Это было необычно, так вот
