— М-м-м… Как вкусно!
Финн повернулся к Сильвену.
— Не знаю, много ли успела Кейт рассказать вам о моих намерениях, но я решил, что нам нужно сегодня же вечером попытаться освободить заключенных. Вы как-то говорили, что их обычно транспортируют на судно после захода солнца, в сгустившихся сумерках. — Финн обмакнул кусочек рыбы в соус. — К сожалению, мы не знаем, где держат интересующих нас заключенных, поэтому мы не сумеем освободить их из камер. Зато если мы дождемся наступления темноты… — Он проглотил кусочек рыбы и подмигнул Кейт. — Тогда, я думаю, наши шансы на успех возрастут.
Сильвен кивнул.
— Тюремное начальство иногда начинает транспортировку заключенных на судно после ударов колокола, возвещающих об ужине, — заметил он.
— Какой транспорт они обычно используют? — спросил Финн.
— Рыбачьи плоскодонки. На каждую может сесть до двенадцати человек. Как правило, шестеро заключенных садятся на весла, два охранника находятся на корме лодки и один на носу.
— По моей задумке, мы должны устроить что-то вроде засады. Мы будем поджидать лодку у входа в канал, у восточной части Цитадели. — Финн выжал из лимона сок на устрицу и высосал ее. — Когда лодка приблизится к нам, мы снимем охранников и прыгнем на борт. Гребцы доставят нас в Ла-Флот.
Кейт удивлено посмотрела на него.
— И ты думаешь, за нами не отправят погони?
— Думаю, нас непременно будут преследовать. Но нам помогут спастись команда крепких гребцов и густой туман. А еще мы попробуем затеряться среди других лодок. — Финн повернулся к Сильвену. — Как я понимаю, в это время года ловцы устриц занимаются своим промыслом круглые сутки. Я прав?
— Да, день и ночь, все зависит от приливов и отливов. — Сильвен втянул в рот маленького угря, словно макаронину. — Они постоянно в море — или ловят устриц, или везут их на продажу.
Финн отломил кусок хлеба с хрустящей корочкой и намазал на него мягкий сыр.
— Нам нужны плоскодонка, такая же, как у ловцов устриц, и небольшой улов для маскировки.
— Я могу взять лодку у Антуана Бертло, но вам придется заплатить ему за нее, — сказал Робидо и, увидев, что Финн нахмурился, всплеснул руками. — Этот человек потеряет целый рабочий день, нам надо компенсировать ему убытки!
— Я послал братьям Клузо телеграмму с извещением о том, что мы ждем их «Покорителя неба».
Сильвен, придя в восторг, вскочил из-за стола.
— О-го-го! Мы поднимемся в небо на летательном аппарате! Вот так приключение!
Финн усмехнулся. Этот волосатый француз был послан им самим Богом.
— Так, значит, вы подниметесь на борт вместе с нами?
— Разве я могу упустить такой шанс? — Глаза Сильвена поблескивали от радостного волнения. — Но вот что касается густого тумана, его я не могу гарантировать. Влажность сейчас высока, вполне возможно, что туман к вечеру сгустится. Если мы попадем в беду и нам придется укрыться, я сумею найти укромное место. Я знаю все бухты между Сен-Мартеном и Ла-Флот.
— Кстати, Кейт в это время должна будет нанять экипаж и вернуться к маяку. Оттуда она подаст сигналы летательному аппарату.
— Две вспышки, повторяющиеся с десятисекундным интервалом, — подсказал Сильвен. Взяв бутылку шампанского, он стал снимать проволоку с пробки. — Обожаю запивать устрицы шампанским.
— Вы эксперт в кулинарии, Сильвен, — сказала Кейт, разрезая лимонный пирог. — Вы едите устрицы, как парижанин. — Она разложила кусочки пирога по тарелкам. — Позвольте задать вам один вопрос. Заключенные будут сидеть в лодке плечом к плечу. Каким образом вы узнаете среди них моего брата и вашего агента? Или, может быть, вы, стоя в лодке, станете выкрикивать их имена? Я считаю это опасным делом, учитывая, что заключенных охраняет вооруженная стража.
— Я думаю, что мы всегда сможем… — хотел ответить за него Финн, но замолчал, допил залпом белое «Пино» и подставил свой бокал под струю шампанского, которое разливал Робидо. — Ну хорошо, этот момент нам стоит продумать.
Раздался громкий стук в дверь, и все трое вздрогнули от неожиданности. Финн встал из-за стола и, достав пистолет, направился к двери.
— Кто там?
— Эдриан Фортеск.
Финн приоткрыл дверь и смерил поверенного в делах настороженным взглядом с ног до головы.
— Ваш единственный друг на Гель-де-Ре. — Фортеск вошел в комнату и кивнул Сильвену. — Не считая, конечно, мистера Робидо.
Кейт встала, чтобы поздороваться с гостем.
— Присоединяйтесь к нам, — радушно пригласила она дипломата к столу. — Хотите бокал шампанского и кусочек лимонного пирога?
Фортеск обошел вокруг стола.
— Шампанского, пожалуйста.
— Рада видеть вас, мистер Фортеск, — сказала Кейт, протягивая ему руку.
Дипломат наклонился и поцеловал ее. Финн убрал пистолет в кобуру и предложил гостю стул.
— Что привело вас сюда, Фортеск? Вряд ли это просто визит вежливости.
Он налил поверенному бокал шампанского.
— Я пришел узнать, как дела у мисс Уиллоуби.
Кейт взглянула на Финна, и тот кивнул, разрешая ей говорить.
— Начальник тюрьмы позволил мне пообщаться с братом. Однако наша встреча получилась очень короткой. Боюсь, что в целом мой визит можно назвать неудачным. Моро не заинтересовало предложение обменять заключенных.
— Полагаю, он не постеснялся выдвинуть вам свои условия освобождения вашего брата? — сделав несколько глотков шампанского, промолвил Фортеск.
Кейт слегка покраснела. Это была реакция скорее на пристальный взгляд, чем на слова Фортеска.
— Моро сделал Кейт неприличное предложение, — сказал Финн, — и, кроме того, потребовал денег. Двадцать тысяч английских фунтов стерлингов.
— Какой наглец! Ему не следовало пренебрегать предложением представителя британской короны. Личность нашего человека, Чемберлена или Николаса Кроу, как на самом деле его зовут, не идентифицирована. Моро утверждает, будто в его тюрьме не содержатся политические заключенные.
Кейт горько усмехнулась.
— У Моро шпионы по всему городу. Он считает нас богатыми, однако на самом деле это не так.
— Я подозреваю, вы разработали какой-то план? — промолвил Фортеск, испытующе глядя на Финна.
— Мы взвесили все «за» и «против» и пришли к выводу, что надо действовать. Начальник тюрьмы дал нам мало времени.
— Моро пригласил меня сегодня вечером подняться на борт тюремного судна, — сообщил дипломат. — Он хочет доказать мне, что ни один политический заключенный не покинет страну.
