Читаем без скачивания Удел упыря - Александр Матюхин

Упыри вокруг запаниковали. Их не поднимало в воздух, а просто тащило к Дементию, и нелюди не могли сопротивляться этой силе.

Рука Коноваловой рванулась к Ильнуру, и если бы он вовремя не отпрянул назад, точно распорола бы ему лицо. Ильнур толкнул Алаиду. Она вскинулась и задела спиной Юсупа. Тот, неловко взмахнув руками, упал на пол и больно ударился головой. В глазах помутнело, и он на какое-то время перестал видеть…

Ильнур засмеялся, хотя смех его прозвучал как-то слабо и глухо в грохоте, доносившемся с улицы, и в вое ветра.

Юсуп попробовал подняться, и тут возле него упал факел, запущенный кем-то в окно. Пламя мгновенно перекинулось на пушистый ковер, и Юсуп едва успел откатиться в сторону, чтобы не вспыхнули его волосы. Ильнур опять увернулся от Упыря. Коновалова, рыча, тянулась к нему. Куда же подевалась ее неземная красота? Времени об этом думать не было. Над головой Юсупа стонали притягиваемые твари, не понимавшие, что происходит. Огонь на полу разгорался. Юсуп склонился над факелом, обжигая связанные руки. Огонь лизнул веревку, затем плащ. Юсуп заорал от боли, поднялся с колен и рывком освободил руки, а затем уже сбросил с себя и горящую одежду.

Быстрее! Пока не поздно! Монетка лежала в кармане. Он нащупал ее двумя пальцами, вытащил на свет и тотчас подкинул вверх. Сидевшая на кровати Алаида тихонько охнула. Что-то с визгом врезалось в нее и понеслось дальше к ногам Дементия.

Монетка подлетела высоко во мрак, где ее не было видно даже в языках огня, и…

И кто-то вдруг сбил Юсупа с ног.

– Не п-позволю! – смрад и вонь ударили в нос Юсупу. Он приподнялся на локтях и разглядел перед собой рожу Гиберта. Немецкий посол преобразился. Щеки его впали, глаза тоже, жесткие волосы топорщились на скулах и на висках, уши заострились, а из-под верхней губы показались острые блестящие клыки.

– Не позволю сжечь мое жилище! – хрипел он, наваливаясь на Юсупа.

Юсуп попытался увернуться, едва не угодив в огонь, но удар Гиберта настиг его и сбил с ног. Упырь оседлал человека, заламывая руки, наклонился, распахнув пасть… Юсуп почувствовал, что вена на его шее вдруг набухла, словно желая, чтобы ее прокусили и высосали из нее кровь. Его, Юсупа, кровь…

Что-то блеснуло, и на грудь Юсупа – мимо головы Гиберта – упала монетка.

Его монетка… И упала она… О да!!!

Гримаса отвратного наслаждения на лице Гиберта сменилась удивлением. Он, кажется, не успел понять, что происходит, как оказался в воздухе. Две когтистые лапы приподняли его над рогатой головой и швырнули в окно. Гиберт, запутавшись в занавесках, вынес деревянную раму и исчез в темноте, подвывая.

– Борлов, сегодня ты вовремя! – похвалил Юсуп, поднимаясь. И чуть не упал снова, но сильная лапа поддержала его и легонько подтолкнула к кровати.

– Я всегда вовремя, когда меня зовут. – Борлов был, как всегда, мудр и немногословен.

Огонь уже подбирался к кровати. Юсуп быстро развязал Алаиду и ошалевшего Дементия, вокруг которого росла куча всякой нечисти.

– Пошли скорее! – Юсуп бросился к Фииде и тоже развязал ей руки.

– Вижу их! – закричала голова женщины, стоило ей подняться с кровати. – Вон они – погубители моего мужа!!!

И вправду, среди кучи упырей и летучих мышей с поломанными крыльями обескураженно кувыркались и дэцлы. Только те это были или нет – Юсуп не знал. Ну да Фииде виднее.

Ефан через огонь прыгнул на Алаиду, но пламя окутало его и он, вереща, промахнулся. Алаида ловко увернулась, сделала ногой выпад, и упырь, пролетев над ее головой, исчез вслед за Гибертом в проеме окна.

– Беги отсюда, пока не поздно! – для весомости Алаида дала Сержу, застывшему на горящей кровати, хорошего пинка. Он вскрикнул, потер ушибленное место и бросился к окну.

– Уходим! – крикнул Юсуп Дементию, Алаиде и борлову, который был занят тем, что ломал какому-то упырю ноги. – Тут сейчас Фиида взорвется! Быстрее!

В полыхающую комнату влетело еще несколько факелов.

Алаида первой бросилась к окну, но замерла:

– Это же второй этаж!

– Прыгать придется…

Перед дверью горели стол, стулья, да несколько мелких нелюдей.

– Обижаешь, хозяин. – ухмыльнулся борлов, возникший неслышно за спиной. Он поднял их и ловко выпрыгнул сквозь огонь на улицу.

За короткий миг, пока они летели, Юсуп увидел, что вокруг дома Гиберта собралась толпа русичей, бьющихся с упырями. Все вокруг горело – и дома, и деревья, и, казалось, сам воздух. Свежий ветер бил в лицо.

– Борлов, ты молодец, – прошептал Юсуп, вцепившись в мохнатую лапу.

– А то как же, – отвечал борлов, заботливо прикрывая их крылом от огня и ветра.

Они приземлились на поляну за полыхающим дворцом, куда еще не добралась битва.

– А Ильнур, а Упырь? – заорал Юсуп, неожиданно вспомнив. Договорить он не успел.

Второй этаж взорвался! Его просто разнесло! На короткое мгновение из всех щелей дворца хлынула волна заклятия, поднялась в воздух и растаяла. Следом рухнуло и то, что осталось от дворца!

Юсуп покатился по траве. На спину его, на лицо и на руки сыпались горящие крошки дерева и останков нелюдей. Они взорвались! Абсолютно все, кого успело притянуть заклятие Дементия!

Борлов сопел рядом. Отряхивалась Алаида, что-то бормоча себе под нос…

– Вот они где! Держи их, братко, пока не разбежались!

Юсуп успел открыть один глаз, его подхватили, подняли и крепко сжали. Он пробовал сопротивляться, но потом разглядел лицо…

– Вассо?!

Да, это был Вассо. Собственной персоной. Только одет он был в широкий кафтан русских воинов. Вокруг стояло еще человек шесть русичей и с любопытством разглядывали Алаиду, которую обнимал… Сомуяр!!!

И Юсуп потерял сознание.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ.

День после

Юсуп поперхнулся.

И было от чего – за один-то раз выпить полный кувшин вина непросто!

А вокруг кричали: «Пей до дна, пей до дна, пей до дна-а!!»

В шатрах русских было весело. Все пили и ели, празднуя славную победу над турками. Кое-кто уже дрыгал ногами. И лишь несколько человек знали, что это была за победа.

– Ты мне вот что скажи, – пьяно вопрошал Ильнур, склонив нос к кружке с вином, – как же вы нас нашли все-таки? А Упыря куда подевали, сволочи, я ж его только доставать начал…

– Ты бы начал… – хмыкнул Сомуяр, сидящий рядом и поедающий пельмени. Это русское блюдо особенно ему нравилось.

Сомуяр с тремя дюжими воинами настигли Упыря и Ильнура недалеко от горящего дворца. Старик вцепился в Упыря и так и вылетел вместе с ним со второго этажа, разбив себе в кровь голову и лишившись части бороды, которая попросту истлела от невыносимого жара. Упырь едва не прикончил Ильнура, если бы не вовремя подоспевший Сомуяр.

– Нету больше Упыря твоего, – сказал Сому-яр. – Даже на том свете нету. Я его отправил к самому центру земли. Пускай там с огоньком балуется.

Гиберта и Ефана ни возле догорающего дворца, ни вокруг не нашли. Пришлось рассылать по городу охотников. Но и они вернулись ни с чем. Упырей и след простыл. Точнее, след-то был – останков сгоревшей кожи Ефана, но он неожиданным образом обрывался недалеко от городской стены. Дальше был океан…

– И все же… Как вы нас нашли?

Где-то за спиной Ильнура пьяный хор затянул «Йо-хо-хо, и бутылка пива!»

– А мы вас и не искали, – пожал плечами Сомуяр. Ему поднесли кубок с вином, и он охотно его принял.

– Мы Упыря искали, а на вас просто напоролись, – продолжил Сомуяр. – Разведка вычислила, кто вы такие есть. Я, признаюсь, был сильно удивлен тем, что вы добрались до Упыря. Ладно Юсуп – у него кровь молодая, ладно Алаида – любительница приключений, но чтоб ты – старец премудрый…

– Кто из нас иешшо премудрый, – ухмыльнулся Ильнур, разглядывая плавающую в вине виноградинку. Вино почти не пьянило, изгоняя из головы все лишние мысли, – мне, может, тоже косточки захотелось поразмять, а то засиделся в теплом домике, заколдовался… скучно. Во, с Андропополюсом ихним, блин, разобраться надобно. Чего это он столько золотых содрал, а правды не сказал!

– Ладно, скажи мне, что делать-то собираешься в дальнейшем?

Ильнур пожал плечами и потребовал еще вина. В голове шумело, пели птицы…

– А Фиида-то куда делась?

– Это ты про безголовую дамочку? – Сомуяр вгрызся в пельмень, едва не ошпарившись кипятком и горячим фаршем. – Она успокоилась. Похоронить ее надобно по-христиански.

– Пускай этим Дементий займется, – фыркнул Ильнур, – он нечисть притянул, которую она взорвала.

– Вместе похороним… Ведь и благодаря ей с Упырем разделались… Русские так и не поняли, для чего я направил их на этот город, но довольны остались, как видишь.

– Все довольны, – хмыкнул Ильнур. – Алаида свой мешочек нашла целым и невредимым прямо на полянке. И как его никто не спер?.. Юсуп вон опять упился… Ну, а дальше-то что?

Сомуяр не ответил. Он откинулся на мягких подушках и созерцал голубое небо, наслаждаясь солнцем. Он был могучим волшебником – куда сильнее многих Учителей канувшего в океан Острова, но даже он не мог предсказать будущее…