все в рамках правил! Наших самых «честных» правил! — ох, эту ухмылочку надо было видеть.
Пацан взял нож и сделал новый бросок. Однако кривого только могила исправит — нож опять ушел мимо. Мужчина подполз к кругу, с трудом удерживая концентрацию. Он держал нож и примерялся к броску. Было видно, как его шатает — от потери крови слабел с каждым мгновением. Нож в левой руке дрожал, очевидно, сил почти не осталось и, если промажет — это будет конец. Жена смотрела на него со слезами.
Мужчина развернулся к Борзому и упал на колени.
— П-пожалуйста, г-господин, помилуйте! М-мы отдадим все, что у нас есть. Жизнь отдам! Только пожалуйста… только не трогайте жену и детей…
Борзый, смотря на его исповедь лишь расплылся в улыбочке. По глазам было видно, какое сильное удовлетворение он испытывает при виде этой картины. Ведь кто в обычной жизни он и этот человек? Тот наверняка являлся каким-то чиновником или купцом, нажил немало богатств, ходил с гордо поднятой головой, а вот Борзый — обычный доходяга, каких пруд пруди по миру. И сейчас такой «высокий» человек стоит на коленях перед Борзым и зовет его «Господином»… Интересно, об этой философии говорил Атаман, обращаясь к банде в своей речи?
Борзый махнул рукой, выставил один палец и указал на женщину. Бандюк рядом понял сигнал, наклонился и воткнул ей нож в ногу, с силой прокручивая. Женщина страшно заголосила, но ей быстро запихнули в рот какую-то грязную тряпку.
— Нет, нет-нет! Пожалуйста, только не это! Пожалуйста… нет! — он пополз на коленях и повернулся к пацану. Тот, смотря на эту картину улыбался, а глаза горели от восторга. — Прекратите это! Прекратите!
Борзый снова подал знак и пытку прекратили. Женщина задыхалась, пот ручьями стекал по лицу, на котором была гримаса ужаса и боли. Тем не менее, она все равно не отрывала руки от детей. Однако те продолжали наблюдать за происходящим с круглыми глазами, стоя, будто примороженные.
Перед мужчиной швырнули нож и Борзый требовательно уставился на него. Выбора не было, кроме как поднять и вновь направиться к кругу. Руки мужчины дрожали, он еле удерживал нож. Крепко сжав его, закрыл глаза и стал что-то шептать, будто молясь кому-то. Наверное, самое глупое действие из возможных — уповать на какие-то божественные силы. Однако, как ни странно…
…Это сработало! Неужели кто-то «наверху» и правда ответил на призыв?
В зал вело две пары дверей. У одной из них караулил Коля, наблюдая за происходящим через щель — это была дверь, через которую вошли бандюки. И была еще одна, в стороне, как раз напротив места, где народ играл в «веселую игру».
БАХ!
Дверь с грохотом слетела с петель и рухнула посреди толпы бандюков, заставив их отпрыгнуть в стороны. А на пороге появился…
— Господин, я вас спасу! — выкрикнул знакомый коротко-рослый псевдо-дворф!
«…Борода? Какого хрена! Разве он не должен быть с Ржавым?!».
В руках он держал ростовой щит, на голове полный шлем, а сам был облачен в какую-то самодельную полу латную конструкцию — еще не полные доспехи, но нечто близкое. Он резко стартанул и взял хороший разгон, когда врезался в ближайшего бандюка. Того, как катком снесло и улетел изломанной куклой в другой конец зала. Неслабо у Бороды силенек, оказывается!
Это действие послужило началом хаоса. Все резко повынимали оружие, кинувшись на него. Лишь Борзый остался стоять на месте. На месте… ОДИН! Лишь пацан-доносчик хлопал глазами рядом,
Коля понял, что это его шанс — сейчас или никогда! Когда еще предоставится такая идеальная возможность?!
Он вынул еще один «специальный кинжал» из-за пояса, обернутый в десяток слоев ткани (предосторожность, на которую пошел наученный Коля), приоткрыл дверь, выглянул и швырнул, целясь в шею (только там были открытые места)!
Бросок был сделан великолепно, и момент подобран лучше некуда, но… у Борзого будто глаза на затылке были (либо немалый опыт такого рода ситуаций)! Он схватил пацана рядом и развернул перед собой в качестве щита. Кинжал угодил тому в руку, лишь несильно подрезав кожу, однако эффект был ровно такой же, как раньше — пацан опустился на колени, заорал не своим голосом и принялся… отгрызать свою руку!
Однако любоваться зрелищем не было времени, Борзый, как увидел его, так сразу с улыбкой кинулся навстречу.
Итак, внезапное нападение провалено, в лобовую биться с ним бесполезно — уже проходили, остается только… убегать! На этот случай они заранее заготовили специальные бомбочки, и два таких шарика Коля вынул из мешочка и кинул себе под ноги.
Дым мгновенно заволок помещение, погребя под собой Борзого и его шестерок, бьющихся с Кузнецом. Коля кинулся в сторону, оббегая место действия по дуге. Однако тот снова будто предвидел его действия, Коля едва успел отпрыгнуть от меча, вынырнувшего из облака дыма! Он каким-то образом знал, где находится Коля, хотя сам его не видел!
Выпад! Еще один! По дуге! Меч выныривал из облака жалящими выпадами, и Коля отступал все дальше. Внезапно раздался крик и из-под дымовой завесы хлынула кровь.
— Мама! — раздался детский крик.
Следом наконец вынырнул Борзый с окровавленным мечом.
«Неужто он, пытаясь достать его, зарубил женщину?» — пронеслась в голове мысль, но тут же выкинул ее. Задача не меняется!
Коля кинулся в сторону Кузнеца и шестерок, бьющихся с ним, пока Борзый отплевывался от крови, попавшей в глаза. Коля пнул бандюка в спину, четко зашло, Борода воспользовался этим шансом, чтобы топором проломить тому голову вместе со шлемом, однако топор застрял. Другой бандюк атаковал Кузнеца со спины, видя свой шанс, но Коля не тормозил и, вытащив меч, проткнул тому спину. Однако меч застрял, пришлось отказаться от него.
Тут Кузнец, наконец, заметил его, улыбка появилась на губах, а в следующий момент заблокировал закованным в металл телом, меч другого бандюка и откинул его в сторону. Приветствовать друг друга времени не было — противников еще оставалось трое — Борзый и двое других.
Коля достал мешочек с алхимической дрянью и собирался использовать бомбочки снова, однако Кузнеца, который его защищал, внезапно смело в сторону! На землю полетел щит с внушительной вмятиной посередине. Борзый!
Коле впилась в шею железная хватка и он полетел на землю, выронив мешочек — припасы рассыпались. Ублюдок все-таки его достал!
— Ну наконец-то ты вылез, падла! — заверещал Борзый усевшись сверху, как и в прошлый раз. — Теперь не уйдешь!
Борзый мог свернуть ему шею в любой момент, но почему-то медлил. Вместо этого, он достал и продемонстрировал знакомый нож —
