– Рыков хочет занять место координатора Союза и ни перед чем не остановится. А ваша команда КОП, Василий Никифорович, – Парамонов повернулся к Василию, – не что иное, как подставка, на которую Рыков собирается свалить все грехи. Сам он останется в стороне, на «копов» же организует охоту… после того как они, естественно, устранят всех неугодных Герману действующих лиц.
Помолчали, вслушиваясь в торжественную тишину вечернего леса. Вверху над вершинами деревьев проступили первые звезды, издалека доносился смех и тихие женские голоса, где-то звенели комары, но близко не подлетали.
– Все? – осведомился Самандар.
– Второе предупреждение не столь важно, как первое, – глухо сказал Иван Терентьевич. – Между иерархами в высших горизонтах «розы реальностей» вспыхнула свара. Контроль границ нашей родной запрещенной реальности практически отсутствует, что дает возможность Монарху Тьмы подготовить и провести новое Изменение. Об этом он мечтает давно, люди ему стали неинтересны, а теперь появился и повод.
Самандар с любопытством посмотрел на ссутулившегося психотерапевта.
– Откуда у вас такие сведения, Иван?
– Вообще-то я не имел права говорить вам об этом, – совсем тихо проговорил Парамонов. – Я готовлюсь к Посвящению II ступени… но вы мне оба симпатичны, просто не мог не предупредить.
– Вот как?! Почему же я ничего не знаю о Посвящении? С каких это пор канцелярия Круга перестала информировать нас о Посвящениях?
– Канцелярия упразднена. Теперь каждая каста Круга подбирает себе преемников сама.
Самандар секунду молчал, потом шагнул прочь и растворился в темноте между соснами. Неизвестно, о чем думал Парамонов, но у Василия осталось чувство, будто он обидел Самандара.
– Мне почему-то жаль его…
– Мне тоже, – со вздохом признался Иван Терентьевич. – Вахид очень упорный Посвященный и способен на многое. – Последние слова прозвучали двусмысленно, однако объяснять, что он имеет в виду, Иван Терентьевич не стал. – И еще мне кажется, что он изменился…
Утро следующего дня началось с тревоги. Охарактеризовать бы ее смог только Соболев, помнивший слова Хранителя, что «мир висит над обрывом». Наступил момент, когда «мир спрыгнул с обрыва».
Первым, еще в четыре часа утра, проснулся в палатке Парамонов, ощутивший изменение психоэнергетических потенциалов на гигантской площади болот Мещеры. Затем рядом заворочался Самандар. За минуту они оделись, выскользнули из палатки и оказались на берегу, над которым лежала рыхлая подушка тумана. Уже рассвело, хотя солнце еще пряталось за горизонтом, воздух был свеж и прохладен, птицы начинали свои пока еще тихие утренние разговоры.
Иван Терентьевич подошел к палатке, где спали Василий и Стас, но будить Котова не пришлось: его инстинкт проснулся раньше хозяина, насторожил и заставил прислушиваться к своим ощущениям. Полог палатки отогнулся, и оттуда высунулась голова Василия.
– Что-то стало холодать, господа офицеры. Похоже, к нам гости?
Самандар, стоявший неподалеку в позе Железного Стержня, безмолвно нырнул в кусты.
– Их человек пятнадцать, – тихо и быстро заговорил Парамонов. – Уйти по воде не сможем, они перекрыли реку, мост и две дороги. Надо уходить лесом.
– Зачем уходить? Мы их встретим на подходах…
– С нами женщины и ребенок, – сухо напомнил Парамонов.
– Но и бегать от кого-то – не лучшее решение, – окрысился Василий. – Кто они?
– Судя по их аурам – это просто бандиты, хотя среди них имеется и какой-то темный профессионал. И они очень хорошо вооружены.
Из палатки, где спали женщины, бесшумно вылезла Ульяна, подошла к оглянувшимся на нее мужчинам.
– Что будем делать, мастера?
– Предлагаю отступать, – сказал Парамонов.
– Предлагаю отогнать, – эхом отозвался Василий. – Если не дать им отпор, они будут идти за нами до тех пор, пока не загонят в ловушку.
Ульяна окинула Котова насмешливым взглядом.
– Экий ты у нас не гибкий. Но зачем мы им нужны? Вы уверены, что объект охоты – мы?
– Объект нападения – я! – дошло вдруг до Василия. – Так, Иван Терентьевич? Или Самандар. Это не вы накаркали вчерашними рассуждениями? Кто-то из наших подопечных решил перестраховаться и начать первым. Уж не Рыков ли?
– Не похоже, – нехотя ответил Парамонов. – Скорее, это люди Хейно Яановича. Кстати, Маракуц, по слухам, принят в «СС» на правах одного из боссов. Тень-2, кажется. Вполне может быть, что Носовой дал ему приказ усмирить потенциального противника. У него ведь тоже разведка поставлена по высшему классу.
Появился Самандар, невозмутимый, стремительный, налитый упругой силой.
– Шесть человек идут по двум дорогам, с оружием, еще четверо со стороны леса и пятеро по реке. На болотах, очевидно, снайпер, там появляться нельзя, все протоки как на ладони. Предлагаю женщин и Стаса увести на озеро, к старице, туда они не сунутся, топко. Остальных разберем – кому кого.
– Согласен! – кивнул Василий. Ульяна и Парамонов с одинаковыми чувствами глянули на обоих. Вася и Вахид Тожиевич были людьми боя, в то время как Иван Терентьевич – человеком мирного решения конфликтов, но и он мог постоять за себя. Как и Ульяна.
– Я с вами, – заикнулась было девушка, но Парамонов по-отечески погрозил пальчиком.
– Ты уводишь Кристу и Стаса. Буди их тихонько и вперед. У нас в запасе не больше двадцати минут.
Мужчины подождали, пока Ульяна уведет растерянную Кристину и зевающего мальчишку, переглянулись.
– Кто их навел на нас?
– Не важно кто. Как пойдем?
– Каждому по группе, – отрывисто сказал Самандар, – Я возьму шестерых на обеих дорогах.
– Тогда я реку, – предложил Вася.
– Ясно. – Иван Терентьевич придержал приятелей за локти. – Только умоляю вас, не увлекайтесь дракой без нужды. Достаточно выяснить, кто они, кто их послал, и обезоружить.
– Кто бы их ни послал, я его достану, – с угрюмой угрозой проговорил Самандар.
– Ну, ни пуха…
– К черту! – ответили все трое дружным шедотом.
УТЕЧКА «ГЛУШАКОВ»
Прямой вызов координатора, да еще в Москве, где он избегал появляться, оказался для Юрьева полной неожиданностью. Он понял, что произошло что-то исключительно важное, что побудило Бабуу-Сэнгэ покинуть свой укрепрайон на Алтае и прилететь в Москву.
Юрий Венедиктович прислушался к себе, к внешнему миру – источников особого беспокойства не обнаружил и немного успокоился. Настоятель Храма Гаутамы звонил по криптофону, был деловит и тревоги не излучал.
– Где вы? – спросил Юрьев, находясь в своем первом рабочем кабинете в «черно-белом» доме; второй его кабинет располагался в Кремле.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
