Мама позволяла Большому Джиму верховодить ею, потому что их связывала любовь. Но любит ли ее Ральф достаточно для того, чтобы быть мягким тираном, таким, как отец? Или все кончится тем, что он, в конце концов, просто раздавит ее, подомнет под себя? И ее, и Бет…
Сестра вбежала в комнату с искаженным от ужаса лицом.
– Келли, беги скорее в сарай. Мистер Дрисколл бьет Уидди.
Келли выбежала из дома и сразу услышала ужасающие звуки. Она попыталась открыть засов, но тщетно. Келли застонала. Еще удар. Уидди взвыл от боли.
Она забарабанила кулаками в дверь.
– Ральф! Прекратите! Откройте дверь!
Келли едва не рыдала от бессилия и отчаяния. Рядом Бет подпрыгивала на месте, громко поскуливая от страха.
Экзекуция продолжалась. Удары сопровождались криками Уидди. Келли снова забарабанила в дверь, пронзительно крича, пока не охрипла.
Внезапно все стихло. Потом загремел засов. В дверях показался Ральф, застегивая пряжку на широком кожаном поясе. В следующий момент из сарая, прихрамывая, выбежал Уидди, поднимая подтяжки на брюках. Лицо его побагровело, по щекам текли слезы.
Он с ненавистью крикнул Келли:
– Пропади ты пропадом! – И побежал к конюшням. Бет в слезах кинулась за ним.
Келли, вне себя от гнева, повернулась к Ральфу. Дрожащие руки сами собой сжались в кулаки.
– Как вы могли!
– Вы же сами пожелали, чтобы я занялся Уидди. Я сделал это ради вас. Теперь он сто раз подумает, прежде чем жениться на этой своей подружке. Вы ведь этого хотели?
– Я вовсе не хотела, чтобы вы его били! Он пожал плечами.
– Иногда это единственный способ держать человека в узде. – И криво улыбнулся. – Когда мы с вами поженимся, девочка моя, вы не раз почувствуете мою крепкую руку, если в этом будет необходимость.
– Поженимся? Ну, уж нет, я еще не совсем сошла с ума.
Ральф изумленно смотрел на нее.
– Но, Келли…
Келли подняла руку, как бы защищаясь от него.
– Ни слова больше. Иначе я утрачу даже те остатки уважения к вам, которые еще сохранились.
Услышав крики Бет, она обернулась. Уидди, верхом на лошади, уже скакал к воротам. Сестренка, всхлипывая, бежала за ним. Келли в ужасе смотрела им вслед. Бет вдруг споткнулась о булыжник и упала на землю.
– Бет, родная, что с тобой?
Дрожащим пальцем девочка указала на свою руку, неестественно вывернутую. В глазах ее был ужас.
– Очень больно, – прошептала она. Подбежал Ральф.
– Я поскачу в город и привезу врача. Мы тебя моментально вылечим, маленькая мисси.
Келли гневно выпрямилась:
– Не вздумайте вернуться сюда вместе с ним. Иначе я всажу вам пулю в лоб.
Келли поправила коробки на полках и слушала Дору.
– Во-первых, на вчерашнем заседании женского церковного комитета мы решили, что торжественное открытие может состояться через месяц. Миссис О'Нейл полагает, скамьи будут готовы к этому времени. А мистер Дрисколл. – Она запнулась, неуверенно глядя на Келли. – Извини, я не знаю, хочешь ли ты говорить об этом.
Келли давно не выезжала из дома, поэтому сейчас ей было любопытно.
– Что же сказал Ральф?
– Только то, что больше не надеется, что ты выйдешь за него замуж. Что у вас произошло, Келли?
– Я просто пришла в себя. Последние два дня я чувствую себя такой свободной, какой не чувствовала многие месяцы. Этот человек тяжелым камнем висел у меня на шее, а я этого даже не сознавала. Не знаю, как я смогу работать вместе с ним в комитете.
– К сожалению, мы не можем попросить его выйти из комитета. После того как мистер Дрисколл собрал столько денег, да еще, сколько выложил из своего собственного кармана. Я в жизни не видела, чтобы человек так разбогател за столь короткий срок. Два года назад, когда он приехал в Дарк-Крик, его банк едва дышал.
– Может, он нашел серебро, как Джейс?
– А как ты думаешь, смог бы он отдать все, что у него есть, ради тебя? – тихо спросила Дора, знавшая всю историю с Этэном Вагстаффом.
Келли снова почувствовала боль.
– Не надо, дорогая. Джейс сделал это не ради меня, а ради того, чтобы Вагстафф навсегда оставил его в покое.
Наступило неловкое молчание.
– Как Бет? – спросила Дора. – Доктор говорит, перелом не очень тяжелый.
– Ей очень больно. Она все время плачет и зовет Джейса. У меня просто сердце разрывается. Я едва уехала сегодня из дома.
– Моя дорогая… Я так за вас переживаю. Келли больше не могла сдерживать слезы.
– О, Дора… Все очень плохо, и с каждым днем становится хуже. Я до сих пор не знаю, где Уидди.
Она так и не рассказала подруге о том, что Ральф избил брата, о его боли и унижении. Не могла решиться рассказать, потому что чувствовала себя виноватой. Если бы она раньше разглядела жестокость Ральфа…
Дора смотрела с удивлением.
– Он в городе. С понедельника. Я думала, ты знаешь. Уидди женился на этой девушке, Элис. Живет там, в их… заведении.
Для Келли это был последний удар. Она разрыдалась.
– Что же мне делать? Я чувствую себя такой беспомощной. Одному Джейсу удавалось привести Уидди в чувство. Это я виновата во всем. У детей были папа и Джейс. А теперь, по моей вине, у них никого нет.
– Ну, так верни его. Ради детей.
Келли закусила губу, глотая слезы. Ради детей… Да, конечно. У Джейса есть обязанности перед семьей, разве не так? Все полагались на него, доверились ему. Как посмел он вычеркнуть их из своей жизни! Неужели нашел новую жизнь более привлекательной?
– Ты права, – решительно произнесла она. – Джейс не постыдился сбежать, оставил детей в полном отчаянии. Но я заставлю его осознать свои обязанности перед семьей. Включая сына!
Внезапно ей вспомнилась Нетга в шикарном платье. Чтобы убедить Джейса вернуться, потребуется нечто большее, чем слова. Келли достала большую коробку, покопалась в ней и нашла то, что искала: ярко-фиолетовое платье, плотно облегающее фигуру, с низким вырезом, кружевными оборками и бантиками. За такими платьями в магазин часто приходили девицы легкого поведения.
Келли обернулась и встретила испуганный взгляд Доры.
– Это мои доспехи. Только ради детей.
Но почему же тогда в этот самый момент на память пришли слова Большого Джима: «Бери от жизни все, что можешь и пока можешь…»
Глава 27
Келли сняла шляпу и длинный жакет. Перебросила его через седло, пригладила волосы. Да… вид, наверное, тот еще. Сегодня, перед тем как выезжать из дома, она уложила свои вьющиеся волосы по последней моде.
Несмотря на то, что была еще только середина дня, зал уже заполнили игроки. В воздухе плавал табачный дым, стоял непрекращающийся шум. Джейса не было видно. Набираясь мужества перед тем, как заговорить с кем-нибудь из работников, Келли вдруг увидела за стойкой бара Суини. Тот даже рот открыл при виде ее кричащего платья.
