случилось?
— Пыфффр — МРР.
— Какое лекарство от бессонницы? Где? Уверен?
— Пыфффр! Пыфффр! Пыфффр!
— Ну хорошо. Пойдём. Подожди! Хоть тапочки надену!
— МАУ! Пыфф — пыфф!
— Хотя ты прав. Полы то везде чистые и тёплые. Да не пихайся! Иду я!
Она приготовилась долго идти мрачным пустынным коридором.
Поплотней запахнула халат.
Посмотрела на ползающие по стенам охранные тени. Ругнулась. Ухватилась за хвост Алекса и…
Стационарный портал. Она по инерции сделала шаг и вышла на другом Уровне дома.
— Алекс! Ты куда меня привёл?
В нескольких шагах от неё загадочно светилась вязью охранных формул солидная двухстворчатая дверь.
Ксения посмотрела на кота: — Алекс?
Сворка двери приглашающе приоткрылась.
— Это приглашение? — шёпотом спросила у кота Ксюша. — Можно заходить?
Кот кивнул.
Она толкнула тяжёлую дверь и вошла.
Знакомый запах окружил её воспоминаниями.
Дверь захлопнулась.
Глава 34 Философия сказочного замка или Взгляд карающего ангела
Реки втекают в океаны — это закон мироздания…
Ксения замерла, как попавшая в незнакомый лес белочка, и задержала дыхание.
Если к гудящей голове присоединится тошнота!
«Нет. Нет. Нет! Только не это! Доченька, пожалуйста, не надо!»
Перед внутренним взором соткалась картина.
Лес. Могучие деревья разговаривают со звёздами.
На опушке маленький бревенчатый домик. В круглом окне на первом этаже горит ночник.
Хрустальный голос поёт колыбельную песню. Ксюша притронулась ладонью к стеклу. Окно бесшумно открылось.
Детская кроватка под балдахином.
Маленькие шары — ночники водят хороводы вокруг тихо беседующих молодых женщин, сидящих в креслах — качалках около кроватки.
Статная брюнетка в чёрном и рыженькая в лёгком зелёном сарафане.
Беседа прервалась. Обе женщины посмотрели на Ксюшу.
Рыженькая приложила указательный палец к губам: — Тш-ш-ш…
«Спасибо!» — с благодарной улыбкой кивнула на колыбель Ксюша.
«Не беспокойся. Иди…»
Она открыла глаза и глубоко вздохнула.
«Почему здесь так темно?»
Справа. Слева. И под сводчатым потолком начали загораться шары — светильники.
Ксюша огляделась.
Перешла на магзрение и прошептала: — Как бы мне хотелось жить в волшебном замке. Где в библиотеке ночью спорят сказки. За тяжёлой дверью слышен скрип пера…
Взгляд выхватывал всё новые и новые подробности. Удивление? Да.
В очень большом помещении с высоким сводчатым потолком и массивными балками гармонично сочеталось на первый взгляд несочетаемое!
Анфилада с далеко расположенными друг от друга эркерными окнами.
С затейливой раскладкой и формулой защиты. Сколько не смотри в окно, кроме беспросветной тьмы ничего не увидишь.
Тяжелые деревянные книжные полки до потолка в проёмах между окнами.
Рядом удобные разлапистые кресла.
Напольный пюпитр для книг с открытым на середине увесистым манускриптом.
Низкий стол между креслами, заваленный папками, кристаллами и странного вида тубусами с Печатями Сокрытия высшего порядка.
Ксения присмотрелась.
На широких полках помимо книг стояли ларцы, статуэтки и другие безделушки.
«Да нет, Ксюша. Это не безделушки. Ух ты!»
От каждой вещи тянулся шлейф Силы и энергии. Разной. Очень разной.
«Он собирает артефакты! Да тут Клондайк! Ксения Марковна, успокойся! Ведёшь себя, как сумасшедший учёный!»
Она заставила себя оторвать взгляд от полок и посмотреть в другую сторону.
«Валафар, ты всё — таки сумасшедший!»
Трактир! Ну трактир же! Сколоченная из толстых досок барная стойка с отполированной до блеска столешницей.
Батарея пузатых бутылок. Барные стулья с обитыми тёмно — коричневой кожей спинками.
Чуть левее — очаг с массивной закопченной решеткой.
На открытых полках банки со специями, добротные тяжёлые сковородки, посуда.
«Не хватает только дубовых столов и скамеек. Молоденьких пышнотелых подавальщиц, умело лавирующих между столами и громко распевающих песни пьяных воинов! Шум. Гам. Запах жаренного мяса, эля и перегара. Фу — у! Вот это лишнее! Не стоит думать об «ароматах», которые источает толпа подвыпивших воинов!» — весело усмехнулась Ксения.
Оценить по достоинству размеры помещения она не могла.
Дальнюю часть надёжно укрывал её давний друг Сумрак.
Ксения сделала с десяток шагов и с удивлением поняла, что откуда — то по ногам потянуло холодом.
Она остановилась. Помялась с ноги на ногу. Прислушалась к тишине и пошла дальше.
Начали загораться шары — светильники. Сумрак вежливо отступал.
Ксюша остановилась и с изумлением посмотрела на небольшое возвышение, к которому вели три ступени.
«Я не знаю, что сказать! Вот честно!» — подумала Ксюша.
Большая площадка.
В центре круглая костровая чаша.
Основательная. Скорее даже монументальная, сложенная из неотесанных каменных блоков песочного цвета.
Массивное, спорящее размерами с чашей кресло. Обитое похожим на замшу тёмно — бежевым материалом.
Рядом, на низком столике с мраморной столешницей деревянный поднос. На подносе ждут хозяина высокая квадратная бутылка и пузатый бокал.
Справа и слева от возвышения — широкие проходы, ведущие дальше в темную неизвестность.
Ксюша медленно осмотрела бесконечный по ощущениям зал по кругу и вдруг поняла!
«Мне нравится! Мне здесь очень нравится! Как назвать этот стиль? Адарская монохромность? Нет. Здесь её точно нет. В этой замковой зале собраны тысячи больших и маленьких штрихов и оттенков! И каждый отражает в себе частицу многоликой души хозяина!»
Покой и комфорт. Не для тела, скорее для души.
Треск дров в костровой чаше.
Шкварчащее на решетке мясо.
Бокал ароматного напитка.
Кожаные корешки древних фолиантов на убегающих к потолку полках.
Отголоски энергий сотен артефактов.
В нужных пропорциях разбавленная умиротворяющими звуками тишина, в которой можно спокойно подумать.
Тишина, где под час принимаются решения, способные перекроить будущую историю не одного мира!
«Вы не перестаёте меня удивлять, уважаемый Арр Нехаштирон!»
Она задумчиво прошла мимо площадки с костровой чашей в сопровождении тихо загорающихся под потолком шаров — светильников.
Ксюша насчитала сорок шагов и остановилась.
Сумрак зажёг последний шар, и она увидела две высокие двустворчатые двери с вязью охранных формул.
Между полотнами дверей росло из густого тумана кряжистое дерево с красными, как кровь, острыми листьями.
Из — под одной из дверей тянуло ледяным холодом. Магическим холодом.
Разыгравшаяся фантазия нарисовала скованную льдом реку.
Ночь. Высокие деревья с голыми, покрытыми инеем ветками.
Морозный треск в тишине и чьи — то хрустящие по снегу тяжёлые шаги…
Очень захотелось развернуться и дать дёру! Но ноги как назло отказались выполнять приказ хозяйки.
«Чёрт!»
* * *
Валафар плавал. И плавал. И плавал.
Пока не понял, что вместо гудящих мыслей в голове тихо идёт снег.
Он оглядел свой внутренний мир.
Зима. Чудовище флегматично ловит зубастой пастью медленно падающие крупные снежинки.
Сила рисует на льду абстрактные картины.
Пахнет морозом, мёдом и ведьминской Силой.
«Переборщил…»
Сильнейший нырнул и поплыл в обратном направлении под серебристо — голубой коркой льда.
Чудовище с
