- Ошибка вышла, - сказал Эффлио как ни в чем не бывало, подставляя госпоже Спарро свою чашку и кивком головы указывая на горячий чайник.
- Чего-чего? - изумился белый.
- Я должен прибыть во дворец без опоздания. Мажордом Илинили обещался прислать за мной паланкин и пару носильщиков-мужчин. Понимаете?
- Ну а в чем же ошибка? - тут же заметно присмирев, спросил рыжий.
- Речь шла о мужчинах, а не о мальчишках. Белый схватил Эффлио за ворот и заставил его подняться на ноги.
- Брось выпендриваться, толстяк! Уж больно ты умный, как я посмотрю...
- Не всем же быть такими, как вы. - Эффлио вновь уселся в кресло. - Мы говорили о взрослых мужчинах, а он прислал мальчишек. Речь шла об импах, а он зачем-то отправил сюда етунов. Ладно. Думаю, королева как-нибудь обойдется и без меня...
- Еще оладышек, капитан? - поинтересовалась госпожа Спарро.
- Импах? - озадаченно хмыкнул белый. - На кой тебе сдались эти импы?
Эффлио потянулся к тарелке с оладьями.
- Чтобы попасть во дворец прежде, чем наступит лето. - Он поднял глаза на рослых увальней и раздраженно произнес: - А ну-ка, проваливайте! В следующий раз Илинили будет умнее. Да, смотрите дверью не хлопайте.
- Мы прибыли сюда для того, чтобы доставить вас во дворец! - стоял на своем рыжий. - Оплата - по серебряному пенни на брата.
- Ничего у вас, ребята, не выйдет, - вздохнул Эффлио. Откинувшись на спинку кресла, он повнимательнее присмотрелся к етунам. Шерстяная шапка белого касалась потолка. - Послушай, сынок. В Империи паланкинов полным-полно и носят их только импы! Импы проворнее и выносливее, етунам за ними ни за что не угнаться.
Белый нахмурился:
- Что-то я тебя не понял... Как это не угнаться? Рыжий задумчиво склонил голову набок и переспросил:
- Выносливее, говоришь?
Эффлио поднес к губам чашку с горячим чаем.
- Чего ж тут не понять? Носильщики-импы из Хаба или, скажем, из Шалдокана доставили бы меня во дворец за пару минут. Из вас, северян, выходят отличные моряки, да и силы вам, ребята, не занимать, но вот выносливости вам явно не хватает. Бежать с паланкином в руках не каждый сможет. Это - искусство. Трястись на носилках целый день я не хочу, поймите меня правильно. Скажете Илинили, что я решил остаться дома, и дело с концом.
Как ни в чем не бывало, он взял с тарелки еще один оладышек.
Рыжий явно почувствовал некий подвох.
- Варк и Зуг никогда про бег не говорили!
Эффлио не имел ни малейшего понятия, о ком идет речь. Он рассмеялся.
- Конечно! Нашел бегунов! - Он довольно фыркнул и, обратившись к госпоже Спарро, добавил: - Помните мой рассказ об етуне, которому вздумалось пробежаться?
- Еще бы! - захихикала госпожа Спарро. - Он сдох на ступенях китобоя, не так ли?
- Совершенно верно. А я ведь им говорил: ребята, с таким грузом вы в два счета вымотаетесь, а они мне все: мы, мол, ни в чем импам не уступаем...
Белый заметно насупился, его светло-голубые глаза гневно засверкали. Он вновь заставил капитана подняться на ноги.
- Давай-ка надевай свою шубу. Мы покажем тебе, как бегают етуны.
- Нет, нет! Зря вы мне это говорите! - запротестовал Эффлио. - Вы, молодые етуны, ребята горячие и решительные - спору нет... Но я уже видел, чем заканчиваются такие вещи, и никогда...
Белый схватил его за ворот и поднял с такой легкостью, словно капитан был каким-нибудь котенком. Лицо его побагровело от гнева.
- Быстро одевайся, иначе тебе придется померзнуть!
Рыжий и белый оказались прекрасными носильщиками - ничего подобного Эффлио еще не видел. Они взбежали на гору, не сделав на пути ни единой остановки, и рухнули наземь возле самого Королевского проезда. Не говоря им ни слова, Эффлио, на время забывший о своей астме, ленивой походкой направился к дворцовым воротам.
2
- Должностное преступление - вот как это называется! - завизжал Форонод, ударив кулаком по столу. Лицо старого етуна раскраснелось, седые волосы стояли дыбом. Он был взбешен и потому нес несусветную чушь.
"Старик плохо ориентируется в происходящем", - грустно подумала Инос. Старик уже давно не высказывал ничего сколь-нибудь дельного, но он был своего рода символом славного прошлого Краснегара, и потому вывести его из Совета она не могла.
- А то, что предлагается вами, это настоящий грабеж среди бела дня! Сидевшая с противоположной стороны стола госпожа Оглбон тоже разошлась не на шутку. Спорить со старым комиссионером осмелился бы далеко не каждый имп - для этого нужно было обладать недюжинной смелостью и уверенностью в себе. - Если четверть товара уйдет по обычной цене, мы лишимся четверти дохода! Торговцы на этом просто прогорят! Они умрут от голода!
- Умрут от голода? - презрительно усмехнулся Форонод. - Да вы же все жирные как свиньи!
- Советники! - воскликнула Инос, призывая спорящих к порядку, и одновременно ударила по столу зубом китовой акулы, который играл на заседаниях Совета роль молотка. Подсвечники дрогнули, и по свечкам побежали тонкие струйки расплавленного воска.
Первым тишину нарушил Хэвермор.
- Разумеется, ваше величество, разумеется, дамы и господа, моральный, долг велит нам заботиться прежде всего о бедных и неимущих, действительно голодающих, замерзающих и испытывающих невообразимые беды и лишения, о которых их более удачливые соотечественники даже не подозревают...
Старый епископ мог говорить на подобные темы часами" при этом речи его никого ни к чему не обязывали, однако в данном случае они могли снять чрезмерное напряжение, и потому королева решила не перебивать его.
Совет обсуждал цены на торф.
Инос, сидевшая во главе длинного стола, отметила про себя, что ее советники стали старыми и предсказуемыми, им явно не хватало свежих идей и юношеского задора. За годы своего правления Инос успела существенно расширить состав Совета, но постареть успели и те люди, которые вошли в него, как ей казалось, совсем недавно, - например, Крафаркран. Некогда это был молодой гигант, поражавший всех своей неуемной энергией. Теперь же он походил на ленивого раскормленного моржа, под тяжестью которого ломались дубовые стулья. Ждать, когда советники умрут, она не могла - решения следовало принимать не когда-нибудь, но уже сейчас, и потому очередное расширение состава Совета представлялось ей неизбежным. Нужно было включить в него шесть новых членов. Обязательно молодых. Она решила поговорить об этом с Рэпом...
Ей вновь взгрустнулось. И когда же наконец вернется Рэп?
- Но кто за все это заплатит? - с чувством воскликнула Оглбон. Она вновь часто задышала, при этом ее пышная грудь заходила ходуном. Епископ только что предложил организовать бесплатную раздачу торфа самым бедным семьям.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
