— Вот это да! А я думал, что мы быстро отправим раненых и вернемся в бригаду.
— Ничего пока не выйдет. Вы хотя бы взяли с собой на дорогу какое-нибудь продовольствие, а то здесь голодный край. В деревне, кроме картошки, ничего нет. Да и та на исходе. Мы тут голодные, как волки.
— Не все же время немцы будут бомбить Бегомль, и может, нам удастся все же отправить раненых.
— Все может быть. А сейчас давайте-ка, располагайтесь по домам. Пока здесь нас немцы еще не тревожат, — сказал я Каминскому.
Он осмотрел раненую руку Голикова и сказал:
— А рука у него стала лучше. Да и сам он, видимо, чувствует себя лучше. А вот у Володи Мухина дела совсем плохие. У него разрывной пулей поврежден коленный сустав, и я совсем не знаю, что мне с ним делать. Видимо, придется ногу ампутировать.
Приехавшие в деревню гудковцы совсем растревожили девушек. В конце деревни стоял недостроенный новый дом. Деревянные стены и пол были уже сделаны, а крыши и окон еще не было. И вот принаряженные девушки в чистых платьицах, но босые, так как обувь уже была вся изношена, затеяли в нем на гладко выструганном полу танцы. Весело играла гармонь, и партизаны с девушками лихо отплясывали белорусские танцы. Я тоже решил пойти и посмотреть на это первомайское веселье. Забыв о смертельной опасности, которая грозила нам, как и местным жителям, молодежь веселилась 1 мая до позднего вечера. Наблюдая за этим весельем, я вспомнил, как в мирное время у нас в деревне Дубровке, где я родился и вырос, тоже по вечерам гуляли девушки и парни, танцевали, пели песни, и мне стало очень грустно. Как же я далеко нахожусь от моих родных. Что-то у них там происходит, где-то теперь моя Ира…
Прошло еще несколько дней тревожного ожидания. К нам стали поступать слухи о том, что немцы начали наступление на партизан Бегомльского района. Я совсем не знал, что нам делать с ранеными товарищами. И уже собрался ехать в Бегомль, чтобы узнать, каково сейчас положение в городе и на аэродроме. Но неожиданно сам заболел и не смог поехать.
Что же происходило в то время в Бегомльской партизанской зоне? После провала ряда карательных экспедиций, которые гитлеровцы провели зимой и в начале весны, они в первых числах мая 1943 года предприняли обходное наступление в районе Лепеля, Бегомля и реки Березины. Эта крупная карательная экспедиция была названа немцами «Коттбус». Главная цель ее, по замыслу командования, заключалась в том, чтобы восстановить дорогу Минск — Витебск и очистить от партизан контролируемую ими территорию в треугольнике Плещеницы — Докшицы — Лепель. Карательной экспедицией командовал группенфюрер СС генерал-лейтенант полиции фон Готтберг. В его распоряжении находились два полицейских полка СС, дружинное соединение СС, шесть охранных батальонов, две полицейские танковые роты, первый батальон 931-го гренадерского полка, четыре роты оберфельдкомендатуры с батареей орудий и взводом тяжелых минометов и другие роты и полки соединений. Кроме того, этой карательной экспедиции были приданы самолеты 51-й бомбардировочной эскадрильи и 7-я — особого назначения. После ряда разведывательных операций гитлеровское командование приняло решение усилить оперативные группы еще несколькими охранными батальонами и артиллерийскими полками. Вражеские силы, брошенные против бригад им. Железняка и Дубровского, оказались очень большими.
Центральный штаб партизанского движения, будучи информирован об этом, принял все меры к тому, чтобы помешать осуществлению планов этой вражеской карательной экспедиции. В целях облегчения борьбы партизан Бегомльского района было дано указание Полоцкой группе партизанских бригад активизировать боевые действия в своих районах. Такие же указания были даны и партизанам других областей и районов, прилегающих к Бегомльской зоне. Получили такое указание и бригады Сенненско-Оршанской зоны.
Выполняя это указание, комбриг Леонов принял решение разгромить Волосовский гарнизон. Комбриг бригады «Гроза» Решетников организовал несколько засад на колонны немцев, двигающихся по дорогам северо-восточное Толочина. А комбриг Гудков выделил большую группу наиболее боеспособных и хорошо вооруженных партизан и вместе с ними направился в Бегомль, на помощь бригадам им. Железняка и Дубровского, а оставшимся в районе Бука партизанам приказал организовать засаду на шоссе Минск — Орша в районе Озерец.
Всеми этими бригадами были также организованы группы подрывников и разосланы по наиболее важным шоссейным и железным дорогам с целью минирования мостов и дорог и совершения диверсий, особенно на главных магистралях: железной дороге и шоссе Минск — Орша.
5 мая 1943 года Гудков вместе с разведчиками и сборным отрядом партизан выехал из лагеря в сторону Бегомля. Рано утром 9 мая Гудков с разведчиками, значительно опережая основную часть партизан сборного отряда, на конях приехали к нам в Бабцы. В этот же день немецкие карательные силы повели наступательные бои против партизан бригад «Смерть фашизму», «Дяди Коли» и других, оттесняя их из района Минска и Борисова. Гитлеровцы, действующие на этом направлении, вышли на линию обороны партизан Илия — Плещеницы — Зембин — Костюки. А на востоке они пытались занять дорогу Лепель — Борисов. Начались особенно ожесточенные налеты авиации противника на партизанский район. Только на город Бегомль в течение 9 мая было сделано 632 самолето-вылета. К вечеру город был весь в пожарах.
Гудков, не задерживаясь в нашей деревне, тут же утром, оставив сопровождающих его разведчиков в Бабцах, вместе со своим ординарцем на конях отправился в Бегомль, в комендатуру города, чтобы узнать, какова военная обстановка вокруг Бегомля и партизанского района. Они приехали туда часов а восемь утра, когда еще не было налетов авиации противника, и разыскали комендатуру, в которой в это время находился начальник штаба «Железняка» Бирюков Л. П.
— Сколько с вами прибыло партизан? — спросил он Гудкова.
— Около сотни, — ответил Гудков.
— Ну вот что, товарищ Гудков, эта ваша помощь для нас как капля в море. Вы знаете, что гитлеровцы сосредоточили против нас огромные силы, намного превосходящие наши. У них танки, авиация, артиллерия, минометы. Мы еле-еле сдерживаем их натиск. Нам, зная хорошо местность, приходится все время маневрировать, и тем самым мы не даем немцам быстро продвигаться вперед. А ваши товарищи совсем не знают нашу местность, поэтому могут оказаться здесь в очень тяжелом положении. Пока еще не поздно и немцы не успели занять дорогу Лепель — Борисов и не захватили наших мостов через Березину, вам немедленно надо отходить из деревни Бабцы. Увозите скорее ваших раненых товарищей, так как нам будет трудно удержать в своих руках Бегомль, и, наверное, мы сами будем уходить из него. Лучшей помощью для нас будет, если вы в своем районе увеличите активность действия партизан. Громите там гарнизоны противника, рвите линии связи, делайте засады, взрывайте железную дорогу. Тем более что нам стало известно, что часть охранной 286-й дивизии, которая находится в Толочине и охраняет железную дорогу Орша — Минск, переброшена сюда к нам и ведет бои с нами. Значит, охрана железной дороги несколько ослаблена, и вам будет легче совершать диверсии на этой дороге. Вот это и будет ваша помощь нам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
