— Получается вы записали будущее в прошлом?
— Получается что так, — кивнул наблюдатель. — И мы смогли высчитать, как тор будет уменьшаться.
— И что у вас получилось?
— Судя по визуальной динамике тор исчезнет через десять дней. Как раз наша планета почти приблизится на наименьшее расстояние к нашей звезде.
— Это как-то связано с другими торами?
— Напрямую. Сейчас торы наклонились на сорок пять градусов. Через десять дней они примут вертикальное положение и что произойдёт дальше можно только догадываться.
У профессора пиликнула рация. — Слушаю.
— Дядь Дим, вас вызывает штаб карантина, — послышался голос Виктора из динамика.
— Переведи связь на башню. Слушаю.
— Здравствуйте, — раздался голос Шпагина из динамика гаджета.
— Здравствуйте, — ответил профессор.
— Очень важное и срочное дело. С нами связался Скрипка. Онрассказал о сложившейся ситуации касаемо записи аномального поведения тора. Вашему центру настоятельно приписывается срочно покинуть базу и вылететь в ближайший город где есть аэродром.
— В Ледовск? — удивлённо спросил профессор.
— Пока туда. Останется только обслуживающий персонал из числа военных.
— А как же производство и разработки нового Беллерофонта?
— Производство законсервируйте. Подопытных закройте. Всю документацию, ценное оборудование, образцы вакцины Беллерофонт-2 и сырьё в виде холодца заберите с собой. Начинайте собираться.
— Но послушайте… — попробовал возразить Дроздов.
— Ни каких возражений не принимается, — оборвал его Шпагин. — Выполняйте предписание.
— Подождите, вы представляете сколько человек и кроме них крайне ценного оборудования нужно будет вывезти! — воскликнул Дмитрий Сергеевич.
— Представляю, — ответил Шпагин. — Принять вас мы не можем. Слишком ценный у вас материал, и ему и вам лучше оставаться в относительной безопасности. Давайте сделаем так, гражданских и часть из числа военных срочной службы вы отправите к нам, а сами полетите в Ледовск. Скрипка уже предупреждён и мы к вам в Ледовск вышлем самолёт с генераторами, специальными печками и дополнительным топливом для них.
— Топливом? — удивился Дроздов.
— Да, — ответил Шпагин. — Специальные многослойные брикеты. Одного брикета для печкихватает на сутки. Печь в состоянии обеспечить теплом комнату в тридцать квадратных метров, плюс на ней можно готовить пищу. Этим печкам не нужна вытяжка, работают по замкнутому циклу и в них есть фильтры, которые нужно будет менять раз в десять дней. Рассчитаем для вас всё на зимний сезон.
— Там будет создаваться новый центр? — поинтересовался профессор.
— Возможно. С собой обязательно возьмите вооружённую охрану.
— Так с нами и так военные с оружием полетят, — ответил Дроздов.
— Что-то я начал упускать детали, — произнёс Шпагин. — Пора в отпуск, — пошутил он.
— Хорошо бы атомный реактор вместе с печками к нам прислать, — пошутил в ответ Дмитрий Сергеевич.
— Там он есть, — ответил Шпагин. — Реактор остановлен, но запустить его не составит труда. Со временем пришлём вам специалистов, если понадобятся. Кстати я с самолётом отправлю вам карту Ледовска с нанесёнными на неё секретными объектами.
Услышав о реакторе наблюдатель Евгений аж присвистнул. — Ничего себе, — шёпотом произнёс он. — А я думал, что это байка.
— Убедил я вас? — строго спросил Шпагин.
— Убедили. Будем собираться.
— Тогда отбой связи.
Отбой, — вздохнул профессор и отключил рацию. Он растерянно посмотрел на наблюдателя. — Начинаем собираться, — тихо произнёс он.
— Начинаем, — ответил Евгений. — Но я остаюсь, я нужен здесь. И вся команда тоже не полетит. Хотя за всех не могу отвечать. А вот вам улетать точно нужно.
— Почему?
— Потому что без вас мы здесь сможем обойтись, а вот производство, которое возможно надо будет налаживать на новом месте не сможет.
— Надо провести собрание, — произнёс Дроздов. — Объявите своим, собираемся в столовой через пол часа.
***
Перед очередным заседанием посвящённым сводкам с зомби-фронта и продвижению скоплений заражённых к столице президент и премьер-министр уединились в переговорной комнате находящейся рядом с залом заседаний. Премьер рассказывал тему предстоящего совещания.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— В Восточной Европе, где проходила разделительная полоса из бетонных заграждений практически все заражённые с помощью Беллерофонта были перемещены в котлованы и специально возведённые загоны. Решено провести войсковые операции по зачистке европейских городов находящихся в непосредственной близости от разделительного забора при поддержке авиации. После чего будут возведены новые заграждения разработанные совместными усилиями специалистов с разных стран. Ограждения имеют сетчатую структуру с жёстким тяжёлым основанием обтянутую прочной непроницаемой тканью, которую будут наполнять воздухом из компрессоров. Возведения забора займёт незначительное время. Эти заграждения дадут возможность установить более крепкие бетонные блоки. Таким образом постепенно можно будет освободить всю Европу. Операции планируют начать с северного фланга, это рядом с нашим сектором общего забора. На том участке заражённых меньше и мы, если понадобится, можем оказать военную помощь.
На территории России и сопредельных государств до семидесяти процентов бешеных загнаны в отстойники и вырытые огромные ямы. В Китае и Индии дела чуть похуже. В Африке хуже всего. Из северной Африки практически всех эвакуировали, остались только заражённые. Про остальную территорию мало что известно, но больших скоплений не наблюдается. Решено воздвигнуть военные укрепления вдоль Суэцкого канала. На Ближнем Востоке в связи с малой численностью заражённых арабы неплохо справляются сами. Австралия и Новая Зеландия практически чистые, за всё время пандемии там были зафиксированы несколько сот случаев заражения. Теперь о США. Там мощными неядерными авиабомбами хотели уничтожить единственную заражённую цитадель Аллентаун, так как в лабиринтах улиц уничтожать зомби крайне затруднительно, дорого и опасно. Но из-за образовавшегося барьера в цитадели не обнаружили ни одного бешеного. По их подсчётам бесследно исчезло большое количество заражённых, примерно два миллиона. Около других цитаделей будет применён Беллерофонт, который палубной авиацией доставят в аэропорт. Рядом с ним находится исследовательская база. Туда, на эту базу, были отправлены наши специалисты для помощи в освоении выпуска Беллерофонта. Канада и Южная Америка просят поддержки, хотя такого разгула инфекции как у нас там не наблюдается. Я думаю что мы в скором времени сможем отправить туда своих специалистов.
— Надо будет помочь, — согласился президент.
В комнату вошёл полковник. — Разрешите? — тихо спросил он.
— Что-то срочное? — поинтересовался президент.
— Да, — кивнул полковник. — Касается космического объекта.
— Что там? — спросил руководитель страны, но увидев что офицер стушевался, улыбнулся и произнёс. — Говорите, от премьера мне скрывать нечего.
Полковник вытянулся в струнку насколько позволял живот. — Астрономы сообщили, что три часа назад объект остановился в точке Лагранжа L2 Солнце-Земля. При продолжении наблюдений в оптическом диапазоне от него час назад отделилось тело и двинулось по направлению к Земле с предполагаемой скоростью равной первой космической. Ещё через час тело начало увеличиваться в размерах не меняя скорости, и продолжает движение к нам постепенно расширяясь.
Президент вопросительно посмотрел на премьера, тот в ответ пожал плечами. — Скажите, что значит точка Лагранжа L2 Солнце-Земля. И первая космическая, это сколько? — поинтересовался президент у полковника.
Офицер лихорадочно стал что-то искать в карманах кителя и извлёк из одного сложенную бумажку. Развернув её полковник пробежал по листку глазами и сбивчивым голосом зачитал. — Расстояние от точки Лагранжа L2 Солнце-Земля до нашей планеты составляет полтора миллиона километров. Первая космическая скорость равна семи километрам, девятьсот десяти метрам в секунду. — Полковник оторвал взгляд от бумажки и с опаской посмотрел на президента.
