Читаем без скачивания Нф-100: Небесное Сердце-1. Игры с Черной Матерью - Александра

- Не волнуйтесь, уважаемый, мы успеем, - монотонно ответил Харди, помешивая ложечкой остывающий кофе. За окном занимался мутный цинтеррианский рассвет, больное солнце поднималось из марева, почти непрерывно окутывавшего нижние уровни Города.

- Тогда до встречи, - и собеседник оборвал связь.

Директор Центра глубоко вздохнул и только покачал головой.

Ох уж этот Ашир Сайен... Месяца не проходило, чтобы соучредитель не встревал в дела Центра, то просто интересуясь статистикой переселенцев в кристаллы, то модернизируя трансплантационные машины. Центр продолжал заниматься всей бумажной, финансовой, подготовительной и строительной работой, а компания "Амина" осуществляла финальный этап пересадки.

Говорят, правда, что во времена, когда организация ещё называлась "Центром Экспериментальной Киберинженерии" влияние "Амины" было весьма незначительно. Компания была лишь поставщиком кристаллов и оборудования. Но сейчас Харди казалось, что это Центр стал придатком к такому монополисту на рынке инфоносителей, как "Амина".

Вот и теперь, стоило только отделу дальней связи поймать сигнал вышедшего из Ворот "Искателя", как менее чем через полчаса с директором Центра связался представитель правительства и заявил, что это дело государственной важности. Подробности последовали позднее. Те же власти настаивали, что экипаж должен быть принят на планету как можно тише и без лишней шумихи, а после проверок и дезинфекции задержан до выяснения дальнейших обстоятельств.

Кто только не связывался за последние несколько часов с Харди! И секретариат самого Верховного Канцлера, и сотрудники госбезопасности, и теперь вот ещё генеральный директор "Амины". То, что экипаж ещё не растерзан прессой и правительством Энвилы -- Харди считал своей заслугой. Всё-таки за долгую жизнь он привык верить в такие слова, как "дела государственной важности". И если даже Департамент Службы Безопасности зашевелился, то событие может и впрямь оказаться серьезнее, чем видится на первый взгляд.

Поэтому, чтобы, прежде всего, собственный персонал не раструбил о прилете на всю галактику, Фьюренц Харди спустил вниз указание оградить полиморфов от всякого общения друг с другом и с людьми до прилета профессионалов из "Амины".

- Но что такого может быть с этим экипажем? - рискнул несколько часов назад спросить директор у очередного позвонившего. Ни много ни мало, полковника Департамента Безопасности.

- Этот экипаж отсутствовал почти два века и на полсотни лет пропадал со связи. У нас есть подозрение, что они владеют нежелательной для распространения информацией. Мы уточним это при встрече. А до тех пор приготовьте на всякий случай процедуру зачистки.

Спорить с безопасниками всегда себе дороже. А в том, что у них были свои собственные контакты с "Искателем", Харди не сомневался.

Ко всему прочему, Ашир во время первого звонка произнес длинный и очень убедительный монолог, после которого у Фьюренса отпало всякое желание самому общаться с полиморфами.

- Дело в том, что кристаллы имеют свойство накапливать любое излучающее воздействие и потом испускать его с удвоенной силой, что нередко приводило к психическим и поведенческим отклонениям у биологических форм жизни. А в вашем Центре нет соответствующей аппаратуры, чтобы зафиксировать подобное излучение, но последствия, которые скажутся потом на сотрудниках вашего отдела, могут быть колоссальны.

И так далее и в том же духе.

В конце концов Харди принял решение просто дождаться всей разномастной команды "экспертов" и передать реликтовых полиморфов им с рук на руки. В этом была его работа. И случайных проблем из неведомых далей галактики он не хотел.

На часах настольного терминала ненавязчиво мигнули электронные цифры. До официального начала рабочего дня оставалась ещё пара часов, хотя весь Центр работал круглосуточно.

Немного подумав, Харди добавил в кофе вторую ложку сахара и принялся неспешно размешивать.

Каково же было его удивление, когда дверь напротив отъехала в стену, и в кабинет стремительно ворвался невысокий мужчина в темно-сером кителе. За ним следом спешил испуганный секретарь.

- ...Но директор сейчас не может! Постойте, у вас нет права! - скороговоркой выпалил он вслед гостю.

- Оставьте нас, - не повернув головы, ответил мужчина приближаясь к столу.

Харди замер, уставившись на вошедшего, и ложка прекратила звенеть о края чашки.

В первое мгновения директор подумал, что от усталости обознался. Или заснул. Он даже решил, что это зрение подвело его, и чуть было не спросил "вы кто?" Но когда Его Величество Алиетт-Лэ остановился по другую сторону стола, сомнения у Харди сами собой отпали.

Лаккомо тор Сентаи Сан-Вэйв собственной персоной. Желтоватая кожа, аметистовые глаза, взгляд как нож. Царственная осанка, плотно сжатые губы, педантичная аккуратность во всем облике. Эмблема пляшущей в золотом круге птицы, генеральская звезда рядом.

Сомнений быть не могло. Никаких.

Кое-как собравшись, генеральный директор Центра кивнул секретарю, разрешив ему удалиться. Прокашлялся, отставил кофе, постарался принять хозяйский вид и, откинувшись на  спинку кресла, спросил:

- Чем могу помочь?

Лаккомо тоже не стал ходить вокруг да около, заявил коротко и прямо:

- Я забираю команду "Искателя".

Любезная улыбка медленно сползла с лица гендиректора. Как?! Как он узнал!?! По спине пополз холодок. Неприятности обеспечены. С обеих сторон.

Выяснять, где просочилась информация для торийского правительства было не к месту. Врать -- глупо. Строить из себя идиота -- тем более.

- Простите, - Фьюренс Харди снова надел маску доброжелательности, - но это невозможно.

- Это был не вопрос. Готовьте команду к отлету, - не изменившись в лице, отчеканил вице-король.

"Что угодно, только не это!" - мысленно выругался директор, и голос его тоже похолодел.

- Дело в том, что экипаж в данный момент находится на реконструкции. Внешняя оболочка почти целиком требует замены. Вы же должны понимать. Суровые условия, опасные среды... Радиация, опять же.

- Тогда немедленно прекращайте и выводите весь состав "Искателя" на пятую взлетную площадку Центра. Там ожидает мой транспорт. О реконструкции мы позаботимся.

Только неделю назад состоялось первое заседание Суда по делу о распространении информации о полиморфах. Внешний отдел торийской Прокуратуры подал иск на Центр. Да ещё в разгар шумихи с военными! Харди не сомневался, что эта двойная информационная атака была тщательно спланирована. Лазурных называли непрошибаемыми хамами.

Сейчас Харди убедился в этом лично.

- Мы не можем быть уверены, что ваша техника справится с подобной задачей. Наш Центр содержит всё необходимое для работы с полиморфами, - он продолжал возражать, понимая, что просто так от гостя отделаться не сможет.

"Тянуть время! Главное - протянуть время, если уж не удастся заставить его уйти".

- Тем более, есть опасность серьезного заражения вещества, и пока мы не проведем все соответствующие тесты...

- К вашему сведению, - Лаккомо едва шевельнул рукой, обрывая директора, - Лазурный Престол подписал соглашение лично с командой "Искателя" о предоставлении услуг по защите экипажа как от стороннего вмешательства, так и от полного уничтожения под воздействием внешней среды. Под защиту попадает целостность уникальной оболочки вместе со всем цифровым содержимым. Иными словами, ваши действия по изменению первоначальной структуры их тел -- незаконны.

Сквозь сложные формулировки и неминуемый акцент Харди едва успевал понимать ход мыслей Его Величества. Сдаваться так быстро он отказывался. Да и как сдаться, если после этого ему грозит неминуемое увольнение?!

- Однако наш Центр подписывал соглашение с правительством Энвилы по оказанию услуг их гражданам. А Команда Двадцать Восемь по сей день таковыми является.

- Тогда почему стены Центра ещё не осаждает энвильская пресса? - прищурившись, парировал вице-король и оперся о край стола.

В кабинете, расположенном на семидесятом этаже Центра, со стеклянной стеной с видом на столбы небоскребов повисло неловкое молчание. Харди почувствовал себя дичью, попавшей к хищнику на ужин. Не сводя фиолетовых глаз с жертвы, будто пригвоздив её к креслу, Лаккомо неторопливо распрямился, запустил руку во внутренний карман кителя и извлек оттуда круглую золотую пластинку инфоносителя с лазурными краями. Слова вице-короля зазвучали тихо, но разборчиво. Очень разборчиво.

- Согласно этому договору экипаж "Искателя" находится под протекторатом Лазурного Престола. Любое несогласованное с Престолом действие будет расценено как незаконное посягательство на личности, находящиеся под защитой Лазурной Тории.

Вице-король опустил пластинку на стол перед директором, и Харди разглядел на ней гербовую гравировку с танцующим журавлем. Документ, заверенный личной монаршей печатью и имеющий политическую силу.