– Делайте, что хотите, полковник! – Коэн сделал ещё один шаг в глубь тамбура. – Но ремонт АЭС должен начаться немедленно! Где ремонтная бригада?
– Их вездеходы пришлось задержать, мутанты атаковали из-под снега! – доложил офицер. – Ремонтники будут здесь через двадцать минут! Мы срочно стягиваем все силы сюда для организации обороны! До тех пор прошу вас вернуться в бронетранспортер! Когда пурга стихнет, мы отобьем бункер и отправим назад шаттлы!
– Хорошо, полковник, я разделяю вашу позицию! – замдиректора заторопился к выходу, невольно ежась при каждом танковом выстреле. – Позаботьтесь о людях мистера Мартинеса, нам дорог каждый человек, тем более сейчас!
Коэн в окружении телохранителей скрылся снаружи, и офицер обернулся к инженеру Мартинесу:
– Сейчас сюда подойдут бронетранспортеры на воздушной подушке. В них вы и ваши люди сможете переждать пургу. Раненым будет оказана медицинская помощь. Подготовьте тяжелобольных к отправке в Новую Америку, за ними придет отдельный транспорт, как только шаттлы будут готовы к вылету! Остальным получить оружие, боеприпасы и средства личной связи!
– Как?! – вырвалось у Майка. – Разве мы не летим домой? Мы же едва уцелели в этой бойне!
– Никто не летит домой до тех пор, пока Новая Америка не будет в безопасности! – жестко отрезал полковник. – Это приказ президента и конгресса. Шаттлы возвращаются пустыми, на борт берут исключительно тяжелораненых. Иначе здесь быстро никого не останется. А потом всю страну заберет Холод. – Он кивнул в сторону входа: – А вот и ваш транспорт. Открыть ворота!
Возившаяся с механизмом ворот команда техников налегла на створы, распахивая их полностью, и Майк увидел четверку утыканных пулеметами бронированных машин на воздушной подушке, быстро приближающихся к входу в центральный корпус АЭС. Всё видимое пространство позади них кипело ужасающей кровавой битвой. Повсюду с яростным визгом и бешеным рычанием бесновались огромные стаи всевозможных мутантов, исступленно бросающиеся на медленно продвигающуюся в глубь Реактора технику. Густые потоки пуль рвали зверьё на части, но остальные твари немедленно зарывались в глубокий снег, пропадая из виду, и вновь рвались в атаку уже с другой стороны. Находящимся внутри стальных машин стрелкам мутанты навредить не могли, но стоило людям оказаться вне техники, как монстры устремлялись на них отовсюду. Несколько вездеходов на колесах низкого давления уже потеряли целостность шин и теперь не двигались с места, беспомощно вращая изгрызенными обрывками колес, всё глубже зарываясь в снег. Два экипажа, пытавшиеся выбраться из вездеходов и добраться до ближайших машин, мгновенно оказались разорванными на части, остальные не покидали обездвиженных бронетранспортеров, пытаясь отстреливаться от взбешенного зверья.
– Внутрь! Бегом! Шевелись! – рядом с Майком возник человек в арктическом снаряжении службы безопасности Полярного Бюро с винтовкой в руках. – Всем занять места в бронетранспортерах!
Майк побежал к распахивающемуся люку ближайшей бронированной машины и, запрыгнув внутрь, зашелся в сухом кашле. Следом за ним влез инженер Мартинес. Он тут же бросился к ящику с аптечкой и извлек оттуда пузырек с таблетками.
– Проглоти две штуки! – Инженер сунул его Майку в руки. – Пойдешь к врачу в числе первых!
Сильный порыв ветра ворвался в распахнутые люки и швырнул в лицо Мартинесу добрый фунт снега. Инженер выругался, отпрянув на спинку сиденья, и принялся вытирать залепленное снегом лицо. В бронетранспортер один за другим влезали полярники, за которыми появился один из солдат службы безопасности и наглухо задраил входные люки. Но вопреки ожиданию Майка машина не тронулась с места. Вместо этого под ногами что-то громко гудящее начало стихать, и бронетранспортер будто осел на снег.
– Что происходит? – едва вздохнувший с облегчением Майк с тревогой посмотрел на солдата. – Почему мы не уезжаем?
– Начинается пурга, надо отключить воздушные подушки, чтобы исключить опрокидывание, – объяснил тот. – Мы не знаем, какой скорости ветра ожидать. Так что пока будем стоять на месте.
Инженер Мартинес коротко чертыхнулся и полез к перископу внешнего наблюдения. Майк, заметив рядом с собой точно такой же, последовал его примеру, прислушиваясь к шипению эфира в динамике инженерской рации. Вокруг уже мело вовсю, видимость быстро падала, и многого увидеть не удалось. Майк успел разглядеть вдали череду замерших друг возле друга шаттлов и догорающий остов разбившегося ракетоплана в сотне метров за ними. Где совершили посадку остальные, видно не было, и он попытался рассмотреть, что происходит у бункера. Но мчащиеся по перепаханному лапами и воронками окровавленному снежному полю облака снега не позволяли видеть так далеко, и Майк сосредоточился на незатихающем бое в районе ангара консервационных шаттлов. Судя по беспрестанному нервному радиообмену в эфире, служба безопасности до сих пор не смогла решить проблему с медведями, и полковник приказал отрядам отступить на время пурги. В быстро уплотняющейся снежной круговерти со стороны ангара виднелись частые вспышки выстрелов и сполохи взрывов.
– Мы подстрелили ещё одного! – кричал кто-то, похоже, командир танка или наводчик. – Но дальше вести огонь бесполезно! Я ничего не вижу! Прошу разрешения отойти задним ходом!
– Это «Чарли-2»! – тут же ответили ему. – Он ещё жив! Он жив! Эта тварь запрыгнула мне на броню, я не могу его сбросить! Не стреляйте по раненому медведю, вы разнесете нас, к дьяволу!
– Всем прекратить огонь! Задний ход! Отступаем на сто метров! Избегать столкновений!
– Он пытается оторвать мне пушку!!! – заорал второй «Чарли». – Разбил прожектор и выдрал с потрохами башенный пулемет! У меня потеря герметичности!
– Уходи назад, мы собьем его пулеметным огнем, как только увидим тебя! – вмешался в радиообмен ещё один голос. – Видимость не превышает десяти метров, я не могу вести огонь отсюда! Сближайся!
– О мой бог! Да сколько же их там?! – нервным фальцетом заголосил кто-то. – Мы же убили пятерых! Разве медведи живут стаями?
– Это Холод, парень! – зло ответили ему. – У него свои законы. «Чарли-2», я тебя вижу, но на башне пусто, только крови полно! Где медведь?
– Спрыгнул вниз секунду назад! Я не вижу, куда он делся! У меня поврежден передний перископ!
Вскоре пурга ударила с такой силой, что в перископ стало невозможно разглядеть вообще ничего. Майк отпрянул от него и откинулся на жесткую спинку сиденья, вновь закашлявшись. Инженер Мартинес хотел было ему что-то сказать, но в этот момент механик-водитель бронетранспортера увеличил обороты двигателя вдвое, и бывалые полярники, не сговариваясь, одновременно посмотрели на вшитые в снаряжение термометры.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
