У Хью зачесались руки от непреодолимого желания сдернуть с нее чепец, распустить ей волосы и уткнуться лицом в эту шелковистую массу. Он даже испугался, что выдал себя, – настолько велико было желание. Однако Джиневра ничем не показала, что догадалась о его мыслях. Она просто смотрела на него и улыбалась холодной загадочной улыбкой.
Хью не знал, что она почти всю ночь металась в лихорадке страсти, заставляя себя оставаться в постели и помня, что борьба с Хью еще не окончена, и она не должна поддаваться слабости. Джиневра приняла твердое решение биться с ним из-за брачного договора. Если он намерен обокрасть ее, то перед ним предстанет противник.
– Давайте сядем за стол. – Хью указал на обеденный стол и первый сел во главе. Джиневра и магистр расположились справа от него, а магистр Ньюберри – слева. – Вы составили список своих владений? – обратился Хью к Джиневре. Она повернулась к магистру, который выложил на стол лист бумаги, исписанный убористым почерком. Хью взял его и углубился в чтение. То, что он узнал, не было для него новостью. У хранителя печати был свой перечень имущества вдовы и земель, на которых основывалось ее богатство. Хью ознакомился с ним, прежде чем ехать в Мэллори-Холл. Сейчас же он хотел проверить, не изменили ли они список в попытке скрыть от него какое-то имущество. – Это земли, унаследованные девочками после смерти их отца? – пробормотал он, посмотрев на Джиневру. – Что-то не припомню, чтобы сюда входили все земли вокруг Илкстона. – Вот как? – только и произнесла Джиневра и снова замолчала.
Хью не мог не восхищаться ее выдержкой.
Он обнаружил, что свинцовые рудники в Брассингтоне находятся у Джиневры в пожизненном владении. Рудники были богатыми, и такая оговорка в перечне хранителя печати отсутствовала. Проверить, правду она говорит или нет, можно только в Государственном архиве в Дербишире. Если это, правда, значит, рудники фактически не принадлежат ей и их нельзя включать в брачный договор. Предъявляя права на поместье Роджера Нидема, он выдвигал точно такой же аргумент. Если же это неправда и он примет ее ложь, она сможет распоряжаться землей без его ведома или вмешательства.
Хью снова поглядел на Джиневру. Как это типично для нее, подумал он, обратить его же собственный аргумент против него. По Джиневре нельзя было сказать, испытывает ли она смущение, – она сидела и смотрела на него с безмятежным равнодушием. Тогда Хью перевел взгляд на магистра. Тот смотрел в пространство и втягивал и раздувал щеки.
Какая хитрая парочка! Неудивительно, что они так хладнокровны – столько лет работают рука об руку над делами Джиневры и уже успели спеться.
– Вот что я предлагаю, – наконец нарушил молчание Хью. – Земли между Грейт-Лонгстоном и Уордлоу – те земли, которые всегда принадлежали моей семье, – полностью переходят к Робину.
Джиневра ожидала именно этого и согласно кивнула. Мастер Ньюберри начал что-то писать, а магистр Говард сделал какую-то пометку.
– В собственности ваших дочерей остается имущество, унаследованное после их отца. Это имущество, а также земли в окрестностях Илкстона – они не упоминались в первоисточниках – составят их приданое. – Хью пожал плечами: учитывая ее богатство, это небольшое отклонение не играет особой роли. – Итак, остальное ваше имущество, кроме Мэллори-Холла и рудников в Брассингтоне, отходит мне как вашему мужу, что является в порядке вещей. – Не обратив внимания на тихий возглас Джиневры, он продолжил: – В случае вашей смерти ваши дочери получат половину этого имущества. В случае моей смерти… – Хью помолчал, а затем, пристально взглянув на Джиневру, с нажимом сказал:
– Если я умру раньше вас, мой сын получит вторую половину. Если от нашего брака родятся дети, они получат справедливые доли от этого имущества, и распоряжения по этому поводу будут сделаны сразу после их рождения.
Джиневра убеждала себя, что нужно ожидать самого худшего, но в глубине души надеялась, что чувства Хью к ней обуздают его жадность. Ведь он знал, насколько важна для нее независимость.
В редкие моменты, когда в ней снова вспыхивал оптимизм, она представляла, как они будут жить вместе, в любви и согласии решая возникающие проблемы. Возможно, он разделит с ней тяготы управления поместьями. Она бы с радостью приняла такое партнерство.
Но Хью не оправдал ее надежд. Он намерен полностью лишить ее независимости.
Джиневра внезапно почувствовала, что не вынесет этого. Все ее благие намерения – обуздать гордость, проглотить обиду – разлетелись в прах. Он грабит ее, причем в открытую, при свете дня!
– Все! – воскликнула она, побледнев. В ее глазах пылал огонь гнева. – Вы хладнокровно хотите украсть все мои земли?
В глазах Хью тоже появился гнев.
– Едва ли это грабеж, мадам. Я же стану вашим мужем. Подобное положение вещей абсолютно законно и не противоречит обычаям. Я понимаю, в предыдущих браках все было по-другому, я же не откажусь от своих прав только потому, что так поступили мои предшественники. Уверяю вас, вы ни в чем не будете нуждаться, а ваши дочери обеспечены более чем щедро. Я ничего не забираю у них, вам же в полное владение оставляю Мэллори-Холл. Думаю, в подобных обстоятельствах это разумное решение.
– Вы не сделали ничего, чтобы быть достойным такого богатства, – заявила Джиневра. – Сейчас поместья приносят больше дохода, чем в то время, когда я получила их в наследство, и все потому, что я управляла ими, потратила огромные деньги на усовершенствования. А вы решили, что можете просто так отобрать их у меня.
– Это обычный брачный договор, миледи, – напомнил ей мастер Ньюберри.
– Я знаю, что обычно, а что – нет, – оборвала его Джиневра и обратилась к Хью: – Негоже нам ссориться на людях. Я настаиваю на том, чтобы мы обсудили эти вопросы наедине. – Она встала из-за стола.
– Здесь нечего обсуждать, – ровным голосом возразил Хью. – Эти пункты договора обсуждению не подлежат.
– Я не обязана соглашаться на этот брак, – процедила Джиневра.
– Вот тут вы правы. – Хью тоже встал. – Кажется, нам действительно есть что обсудить. Что ж, это привилегия женщины – менять решение. Сегодня изумительное утро. Вы бы не хотели прогуляться по саду?
– Я имела в виду отнюдь не приятную прогулку, – отрезала Джиневра.
– Тогда пройдем в мою комнату. – Хью направился к лестнице.
– Мне ждать здесь, лорд Хью? – спросил мастер Ньюберри.
– Да. Можете в наше отсутствие обсудить с магистром все пункты. Магистр должен убедиться в том, что в договоре полностью соблюдена буква закона, иначе леди Джиневра не подпишет его.
Джиневра поджала губы и прошла мимо него к лестнице. Ей так хотелось сохранить свои права, продемонстрировать свою гордость и достоинство, а потом милостиво согласиться на его требования, а он выбил почву у нее из-под ног!
