на запад, наиболее удалённый от войны район, сам по себе о многом говорит. Второе – послы. Третье, четвёртое, пятое… Поверьте, это именно минимум смыслов, что я уловил… А ведь есть и те смыслы, что не уловил…
Глава 5
О том, что мы в ответе за тех, кого приручили
На выходе из поместья графа на меня пытался насесть Адрус. Пытался, наверное, совратить на что-то. Типа отговори отца от моей ссылки, а я за ценой не постою.
Я, к своему удивлению, посмотрел на него, как на ребёнка. Такого вот большого ребёнка. Смешного и наивного, пусть у него руки в крови. Вместе же отбивали штурмы…
– Адрус… – остановившись, я долго подбирал слова. – Иди козе в щель! Обиделся?! Не обиделся?! А мне пофиг! Сам потом поймёшь! Если поймёшь!
– Ваден… Ты что?
Я оставил за спиной охреневшего кор-сэ́. Я чуть ли не бежал от него. Скотина Халмар, твоё пророчество начало сбываться. От меня, как от зачумлённого, надо держаться подальше. Такой вот я подарок. Что это, стечение обстоятельств или местный божок и вправду имеет силу влияния на реальность, не важно. Важно другое, я притягиваю к себе неприятности, а платят жизнями те, кто рядом со мной стоит…
Дальше я действовал, как робот, на автомате. Поверьте, это, наверное, самое страшное для окружающих. Я не говорю про личные страхи, я говорю про страхи окружающих. Я догадываюсь, как выглядел для моих сопровождающих. Я уже видел такое в прошлом мире.
А что вы хотите?! Нервы ни к чёрту. Думаете, я стальной?! Хрен там! Ведь не смерти боюсь. На себя мне давно пофиг! Иначе вёл бы здоровый образ жизни и благополучно сдох бы от разрыва сердца на беговой дорожке. Думаете, чего же я боюсь. А вот не скажу! Думайте сами, наивные мои детишки.
Скажу проще. Я готовился. Посетил по совету графа портного. Заказал три костюма. Два парадных, один повседневный. Почему два парадных, думайте сами. Считайте, что это моя прихоть…
– Ваден? Что с тобой? – когда мы остались наедине в моей комнате, нарушив все нормы субординации, спросил Гумус. – Ты сам на себя не похож…
Мелкий переживает. Мелкий просек. Мелкий… Признаться, в тот момент мне стало где-то в глубине души приятно, хотя визит к отцу Адруса меня выморозил значительно.
– Гумус, ты не поймёшь… Поверь… Не поймёшь… – попытался я напустить тепла в свои слова, но почему-то слышал лишь холод в них. Хреновый из меня актёр. – С тебя три вещи… Пригласи этого… как его там… прилипалу от адвокатов… Зайди к Халмару. Скажи, что ночью я приду к нему… Закажи на всех нас стол внизу… Я хочу сегодня… В общем, чтобы все были у стола…
Он ничего не ответил. Как-то странно посмотрел на меня. Смерил взглядом. Уткнулся в глаза. И быстро отвёл взгляд. Интересно, что он так резко отвёл взгляд? У меня же обычные глаза. Чего это он?!
Ич Освир на моё удивление прибыл чуть ли не через пару минут после моего разговора с оруженосцем. Глаза почему-то от меня прятал в пол.
– Что у меня с глазами? – вместо того, что хотел спросить, спросил я это.
– Я не знаю…
– Я спросил?!
– Они серые, блеклые… блестящие, пустые…
– Понятно… Впрочем, не за этим ты тут… – невольно я сбился со своей мысли. – Для начала ответь… Бастард бастарда что-то наследует?
Молодой адвокат заткнулся. Задумался.
– Нет… Не наследует… – после пары секунд ожидания ответил он. – Но были прецеденты…
– Заткнись! Сам же понимаешь, что прецеденты – это исключения! – невольно сорвался я. – Значит так… Ты можешь вести бумаги? Можешь заверить бумаги от своего имени? Или ты просто пшик?! Честно!
Он заткнулся. Я по нему видел, что ответ ему даётся нелегко. Мне же почему-то было пофиг, как он ответит. Я вижу прямую… Заиньки. Поверьте, когда мужик всё для себя решил… Хрен остановишь, проще убить…
– Могу… – после полминуты сомнений выдавил он из себя. – Но я не в гильдии…
– Понятно… В гильдию, как понимаю, вступить сложно?
– Можно…
– Заткнись! – пресёк я его. – Я тебе ещё обнос банка не вспоминал! Пора искупать долги!
Он, наверное, что-то хотел сказать. Набрал воздуха в лёгкие… И поперхнулся под моим взглядом… Суки! Я трезвый. Почти адекватный! А они боятся! Твари! Барг, привет! Это ты, скотина, меня таким сделал! За это тебе респект и уважуха. Хоть и сломал мне нечаянно пару рёбер… Но как бывает трудно совладать с собой…
Спасибо моим учителям. Любить меня вы не учили… А ненависть я и без вас познал. Вы научили самому главному. Не бояться боли и смерти… Если кто-то считает, что это мало, то вы дети. Многие и это за всю жизнь не могут постигнуть.
Смешные. Когда дойдёте до той грани, когда с вами без всякой химии и алкашки не захотят связываться чемпионы страны, хотя по физухе намного превосходят вас, то тогда мне что-то выговаривайте…
Боевое безумие – это гораздо больше, чем слова. Почуешь его, и тебе конец. Ты можешь отсрочить этот конец, но финал один и тот же. Усмешка на лице и шаг вперёд. И это не бред дебила писателя. Это факт… Кто может, тот поймёт. Кто не может, сочтёт последние слова бредом. Ну и сами дураки, коли не знаете самых простых истин смерти…
Давайте я не буду повторять те слова, что сказал. Поверьте, есть более красивые слова, а тут бытовуха.
Кратко. Я уяснил, что бастард бастарда – это меньше чем ничто. Но есть исключения. Тут прецедентное право, как у англичан, а это иногда даёт преимущества.
В общем, какого тут корову за соски тянуть. Я написал завещание на своего мелкого. Это которому меньше полугода. Сразу скажу, в завещании я упомянул только самый мизер, тот, за который его невыгодно будет убивать. Так. Мизер земли, чуток золота и, самое главное, право на наследование титула.
Ещё раз. Золото пришлось нести в банк на депозит. От ста двадцати монет тридцать оторвал. С моими расходами это пару недель трат, а для него возможность купить доспехи и коня.
Последняя по важности в завещании земля. Земля – это не актив в пограничье. Титул – это главное. Агир, мой якобы отец, был первым поколением. Я второе поколение. Мой мелкий, если выживет, будет третьим поколением. А это автоматически ставит его в другую категорию. Это первые два поколения дворян платят налоги королю. Третье поколение ничем королю не обязано. Так по бумагам. А
