Боль в голове усиливалась. Коттен спотыкалась и шаталась. Она испугалась, что ее сейчас вырвет. Джон подталкивал ее вперед.
— Повелевает тебе Бог-Отец… Крестное знамение.
Пол будто задрожал. Горячий ветер, дрожь по всему телу — она куда-то падала. Коттен снова попыталась шагнуть, но подвернула ногу.
— Повелевает тебе Бог-Сын… Крестное знамение.
— Повелевает тебе Бог-Дух Святой…
Крестное знамение.
Джон обхватил Коттен и поднял на ноги. Воздух в лаборатории пульсировал, все вокруг рушилось.
— Так просто ты не уйдешь, — раздался неприятный голос, словно царапали камнем о камень. — Ты слаба, как и твой отец.
От жара Коттен теряла последние силы. Боль снова вспыхнула, и она выдернула руку из ладони Джона.
— Тебя заклинаем Богом Живым, Богом Истинным, Богом Святым, Богом, так возлюбившим мир, что Он отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную. — Джон снова схватил ее за руку.
Теперь стало так жарко, что кожа покрылась волдырями.
Джон перекрикивал шум ветра, от которого чуть не лопались ее барабанные перепонки.
— Свят, Свят, Свят Господь Бог Саваоф. Господи, услышь молитву мою… Боже Небес, Боже Земли, Боже ангелов, Боже архангелов…
Вой ветра.
Порыв жара, опаливший волосы. Гремящий голос Джона. Резкая боль.
Коттен слышала грохот падающих столов, бьющегося стекла, лязг металла о металл. Ей хотелось сдаться, упасть на колени, просить о милости, но Джон прижимал ее к себе, и скорее нес, чем вел. У нее не было ни сил, ни желания идти самой. Она попыталась вырваться и убежать, но он держал крепко.
— Господи, услышь молитву мою, и вопль мой да придет к Тебе.
Коттен обмякла.
— Я не могу. Не могу. Джон подхватил ее и обнял.
— Через Христа, Господа нашего, от козней диавольских избави нас, Господи. Аминь.
Крестное знамение.
— Во имя Отца… Крестное знамение.
— И Сына… Крестное знамение.
— И Святого Духа. Крестное знамение.
Ветер вдруг стих, воздух остыл. Невыносимая боль в голове унималась. Коттен открыла глаза и увидела: на том месте, где стоял старик, вспыхнул свет и закружилось облачко пыли.
Джон и Коттен прошли в дверь. Обессилев, она опиралась на него, в горле жгло.
Прижимая девушку к себе, он нажал кнопку, чтобы дверь закрылась.
Коттен напоследок окинула взглядом лабораторию — легкие клубы дыма в воздухе, кружащиеся листки бумаги, отблеск пламени в горелке.
Джон взял ее лицо в ладони.
— Взорвется в любой миг. Надо уходить.
И они побежали. Джон тащил ее, но силы постепенно возвращались. Лабораторная дверь герметично закрыла гибельную смесь чистого кислорода и открытого огня.
Коттен старалась сосредоточиться, но перед глазами все расплывалось. В голове стоял плотный туман, мысли беспорядочно метались. Джон вел ее по коридору прочь от лаборатории, их шаги эхом отдавались у нее в ушах.
Сирены визжали, словно доисторические звери в смертельной схватке. Кожу больше не жгло, но девушка билась, что останутся волдыри. Ноздри наполнял резкие запах серы, когда она бежала, вцепившись в чемоданчик.
По дому метались испуганные голоса. Они с Джоном ввалились в прихожую, к подножию огромной лестницы, Слуги, официанты и гости бежали мимо них к центральному выходу.
— Скорее! — завопил Джон, увлекая ее в толпу.
Она вдруг вдохнула свежий и влажный ночной воздух, спустилась с крыльца, спотыкаясь, прошла по дорожке Каблуки проваливались в мягкую землю. Коттен старалась не расплакаться. Подул ветерок с реки, по щекам потекли слезы.
В следующий миг земля и воздух содрогнулись от ударной волны. За спиной прогремел взрыв.
Взорвалась лаборатория.
Они с Джоном пролетели по воздуху с полдюжины ярдов и упали на цветочную клумбу. Сначала лицом в мягкий грунт рухнул Джон. Но Коттен ударилась головой о бордюр. Оглушенная, она с минуту лежала неподвижно.
Наконец девушка подняла голову и оглянулась на классический архитектурный ансамбль. Из восточного крыла поместья тянулся дым, из выбитых окон рвалось пламя, лизало скат крыши. Журчание фонтана неподалеку смешивалось с потрескиванием огня.
Земля вновь задрожала от взрывов послабее.
Шум в голове, похожий на гул роящейся саранчи, на неистовую вибрацию, делался громче, оглушал ее.
— Джон…
Коттен увидела его лицо, искаженное, словно она смотрела из-под воды, со дна бассейна.
Она поняла, что проваливается в темноту. Пальцы, сжимающие ручку чемоданчика, ослабли, и через миг она выпустила его.
«Претерпевший же до конца — спасется».
Матф. 24:13ВОЗВРАЩЕНИЕ
— Я думала, что больше тебя не увижу, — сказала Коттен, глядя в лицо сестры — в лицо Мотнис, озаренное сияющим светом.
— Я всегда здесь.
— Все правда закончилось?
— Пока да, — ответила Мотнис, поглаживая сестру по лбу. — Наш отец тобою гордится.
— Так он обрел покой?
Ее образ потускнел, свет побледнел.
— Никогда не забывай.
— Что? — спросила Коттен, потянувшись к ней.
— Geh el crip, — Мотнис ослепительно улыбнулась и исчезла.
Сквозь туман проник голос Теда Кассельмана, и Коттен очнулась. Она вдруг почувствовала себя ныряльщиком, поднимающимся из глубины.
— По-моему, просыпается, — заметил Кассельман.
Коттен моргнула. Джон взял ее за руку.
— С возвращением.
— Да.
Комната была унылой и пустой, пахло антисептиками. Девушка подняла руку и увидела трубку капельницы. Нахлынули воспоминания о том, как они бежали.
Ей хотелось заговорить, но язык словно прилип к небу, а губы склеились. Она посмотрела на пластиковый кувшин и чашку на тумбочке.
— Пить хочешь? — спросил Джон.
Коттен кивнула. Он налил воды в стакан и поднес ей. Вода охладила горло, омыла язык и губы. Девушка зажмурилась от света, льющегося в больничное окно.
— Сколько времени? — прошептала она.
— Половина пятого, — ответил Джон. — Ты два дня была между жизнью и смертью. Сейчас вид у тебя более живой. Похоже, на сей раз ты останешься с нами. Доктор говорит, ты поправишься. У тебя просто сильное сотрясение.
Коттен посмотрела в глаза Джону.
— Где оно? — шепотом спросила она.
— В ФБР, — ответил Джон.
Она закрыла глаза. Все казалось таким ненастоящим, словно сон, от которого она с радостью очнулась, хотя следы кошмара еще не рассеялись. Тело болело, кожа горела как от солнечного ожога. Нет, все было на самом деле — гробница и Гэбриэл Арчер, клонирование и Чарлз Синклер, дядя… Она вздрогнула, вспомнив признания Гаса и как старик преградил им путь из лаборатории. Коттен посмотрела на своего шефа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
