2 августа 1906
Дедал и Икар
Дедал
Мой сын! мой сын! будь осторожен,Спокойней крылья напрягай,Под ветром путь наш ненадежен,Сырых туманов избегай.
Икар
Отец! ты дал душе свободу,Ты узы тела разрешил.Что ж медлим? выше! к небосводу!До вечной области светил!
Дедал
Мой сын! Мы вырвались из плена,Но пристань наша далека:Под нами — гривистая пена,Над нами реют облака…
Икар
Отец! Что облака! Что море!Удел наш — воля мощных птиц:Взлетать на радостном просторе,Метаться в далях без границ!
Дедал
Мой сын! Лети за мною следом,И верь в мой зрелый, зоркий ум.Мне одному над морем ведомВоздушный путь до белых Кум.
Икар
Отец! К чему теперь дороги!Спеши насытить счастьем грудь!Вторично не позволят богиДо сфер небесных досягнуть!
Дедал
Мой сын! Не я ль убор пернатыйСам прикрепил к плечам твоим!Взлетим мы дважды, и трикраты,И сколько раз ни захотим!
Икар
Отец! Сдержать порыв нет силы!Я опьянел! я глух! я слеп!Взлетаю ввысь, как в глубь могилы,Бросаюсь к солнцу, как в Эреб!
Дедал
Мой сын! мой сын! Лети срединой,Меж первым небом и землей…Но он — над стаей журавлиной,Но он — в пучине золотой!__________
О юноша! презрев земное,К орбите солнца взнесся ты,Но крылья растопились в зное,И в море, вечно голубое,Безумец рухнул с высоты.
1 апреля 1908
Одиссеи
Певцами всей земли прославленЯ, хитроумный Одиссей,Но дух мой темен и отравлен,И в памяти гнездится змей.
Я помню день — как щит лазурный,И зелень вод, и белость пен,Когда стремил нас ветр безбурныйК нагому острову сирен.
Их угадав на камне плоскомИ различив прибрежный гул, —В руках согретым, мягким воскомЯ слух товарищей замкнул.
Себя же к мачте корабельнойЯ дал покорно привязать,Чтоб песни лирной и свирельнойСоблазн опасный испытать.
И все мечта предугадала!Когда в тиши морских пустынь,Вонзая сладостные жала,Песнь разлилась полубогинь, —
Вдруг уязвленный мукой страстной,С одной мечтой — спешить на зов,Из тесных уз рвался напрасноЯ, доброволец меж рабов!
И наш корабль пронесся мимо,Сирены скрылись вдалеке,Их чар избег я невредимо…Но нет конца моей тоске!
Зачем я был спокойно-мудрым,Провидел тайны вод седых,Не вышел к девам темнокудрымИ не погиб в объятьях их!
Чтоб вновь изведать той отравы,Вернуть событий колесо,Я отдал бы и гимны славы,И честь, и ложе Калипсо!
1907
Эней
К встающим башням КарфагенаНептуна гневом приведен,Я в узах сладостного пленаДни проводил, как дивный сон.
Ах, если боги дали счастьеЗемным созданиям в удел,В те дни любви и сладострастьяЯ этой тайной овладел!
И быть всю жизнь в такой неволе, —Царицы радостным рабом, —Душе казалось лучшей долейИ всех былых трудов венцом!
И ночь была над сонным градом…Был выпит пламенный фиал…В тиши дворца, с царицей рядом,На ложе царском я дремал.
Еще я помнил вздохи, стоны,Весь наш порыв — в неясном сне, —И грудь горячая ДидоныВсе льнула трепетно ко мне…
И вот — внезапный свет сквозь тени,И шелест окрыленных ног.Над ложем сумрачным — ЦилленийСклоняет посох, вестник-бог.
«Внемли, вещает, сын богини!Ты медлишь, но не медлит Рок!Ты избран был хранить святыни,И подвиг твой, в веках, высок.
Земная страсть да спит в герое!Тебе ль искать ливийских нег,Когда ты призван — Новой ТроиВзрастить торжественный побег?
Узнай глаголы Громовержца:Величью покорись, плывиК пределам Итала, — из сердцаИсторгнув помыслы любви!»
Виденье скрылось, как зарница,И голос замер, как мечта.Сквозь сон, открыв глаза, царицаКо мне приподняла уста…
Но я, безумный, с ложа прянул,Я отвратил во тьму глаза.И утром трубный голос грянул,И флот наш поднял паруса.
Сентябрь 1908
Приветствия
К Медному всаднику
В морозном тумане белеет Исакий.На глыбе оснеженной высится Петр.И люди проходят в дневном полумраке,Как будто пред ним выступая на смотр.
Ты так же стоял здесь, обрызган и в пене,Над темной равниной взмутившихся волн;И тщетно грозил тебе бедный Евгений,Охвачен безумием, яростью полн.
Стоял ты, когда между криков и гулаПокинутой рати ложились тела,Чья кровь на снегах продымилась, блеснулаИ полюс земной растопить не могла!
Сменяясь, шумели вокруг поколенья,Вставали дома, как посевы твои…Твой конь попирал с беспощадностью звеньяБессильно под ним изогнутой змеи.
Но северный город — как призрак туманный.Мы, люди, проходим, как тени во сне.Лишь ты сквозь века, неизменный, венчанный,С рукою простертой летишь на коне.
24–25 января 1906
Петербург
Карл XII
Памятник в Стокгольме
Ты в древних сагах был предсказан,Последний викинг, вождь-герой!Мечтой веков миропомазанЗа Север на смертельный бой!
Ты принял беспощадный вызов,Поверив в помощь тайных сил,Свой подвиг, сана не унизив,Как Рыцарь Полюса свершил.
И пусть, обманут зовом славы,Ты дерзко жребии метал,Пусть на пустых полях ПолтавыСудьбу столетий проиграл, —
Но сны заветные народаВ тебе свой образ обрели,Сны духовидца, морехода,Завоевателя земли!
Стоишь ты, призрак древней саги,В своей столице над толпойИ вдохновенным взмахом шпаги,Как прежде, манишь за собой.
Мне, гостю с вражьего Востока,Склониться пред тобой дозволь,Игрок безумный в кости Рока,Венчанный Полюсом король!
Сентябрь 1906
Stockholm
К собору Кемпэра
Я был разорван мукой страстной,Язвим извилистой тоской,Когда безмерный, но безгласныйВо тьме ты вырос предо мной.
Созданье канувших столетий!Вонзая в небо две иглы,Ты встал при тихом звездном светеКак властелин окрестной мглы.
Моим мечтам, всегда тревожным,Моей бессильной воле — тыСказал без слов о невозможномСлияньи силы и мечты!
Меня сдавил ты, неотступный,Всей тяжестью былых времен,И был я, жалкий и преступный,Твоим величьем обличен!
И вот — бродяга безымянныйНа темной площади поникПеред тобой, старик венчанный,Как пред Изидой ученик.
1/14 сентября 1908
Quimper
Опять в Венеции
Опять встречаю с дрожью прежней,Венеция, твой пышный прах!Он величавей, безмятежнейВсего, что создано в веках!
Что наших робких дерзновенийПолет, лишенный крыльев! ЗдесьПосмел желать народный генийИ замысл свой исчерпать весь.
Где грезят древние палаты,Являя мраморные сны,Не горько вспомнить мне не сжатыйПосев моей былой весны,
И над руиной Кампаниле,Венчавшей прежде облик твой,О всем прекрасном, что в могиле,Мечтать с поникшей головой.
Пусть гибнет все, в чем время вольно,И в краткой жизни, и в веках!Я вновь целую богомольноВенеции бессмертный прах!
1 августа 1908
